Террор в Македонии

Буссенар Луи Анри

Подобрав ружье, она медленно направилась к двери и несколько раз громко и требовательно стукнула в нее прикладом. Однако с той стороны никакой реакции не последовало.

Выждав немного, Никея постучала еще и еще. Дверь все так же оставалась замкнутой, но в ней приоткрылось смотровое окошечко.

Тогда в напряженной тишине зазвучал чудный голос девушки. Она запела героический гимн Косова, что всегда оказывало сильное впечатление на патриотические чувства славян. Люди, уставшие от тяжелейшего перехода, сразу приободрились и, замерев, внимали завораживающему пению.

Наконец

за дверью послышалось движение, и старческий надломленный голос спросил:

– Женщина! Кто ты, если так проникновенно поешь о несчастиях нашей порабощенной родины?

– Посмотри как следует! Разве не узнаешь меня? Я та, кто год назад здесь в крепости потребовала жизни и свободы для троих мужчин, кого Марко собирался расстрелять. Я та, кому свыше даровано право приказывать, потому что ангел тьмы [151] коснулся меня своим крылом… Посмотри на меня! Я Никея!

151

Ангел тьмы – в религиозных представлениях – дух, посланец дьявола.

– Безумная Никея! Посланница Пророка! Теперь я узнал тебя! Что ты хочешь, женщина?

Чтобы не выйти из роли, девушка намеренно помедлила, словно не слышала вопроса. Она вновь запела. За дверью слушали, потом тот же голос переспросил:

– Так чего же ты хочешь?

Снизу все отчетливее доносились крики преследователей. Шум погони приближался. Через несколько минут они будут здесь. От ответа Никеи, от поведения невидимого стража зависело спасение. Молодая женщина с восхитительным спокойствием продолжала:

– Под угрозой самых страшных несчастий я требую, чтобы открыли эту дверь! Я хочу убежища для меня и моих спутников! Слышишь? Ты должен выполнить мое желание, или я прокляну вас всех!

– Будь по-твоему, и пусть Бог простит меня, если я поступаю плохо!

В ту же минуту послышался лязг отодвигаемых засовов, тяжелая дверь заскрипела и медленно, словно нехотя, открылась, пропуская пришельцев.

Последней зашла Никея, и в этот же момент на площадку перед крепостью с шумом ворвались албанцы во главе с Марко. Женщина с силой толкнула за собой дверь, та с грохотом захлопнулась перед самым носом у разгоряченных погоней бандитов.

Задвинув все запоры, девушка обернулась. Перед ней стоял высокий, седой, слегка ссутулившийся старик. В молодости это был отчаянный разбойник, проливший немало крови, не знавший ни страха, ни жалости.

Но сейчас в его тусклых глазах, устремленных на девушку, виделось выражение суеверного ужаса, он набожно протягивал к ней свои узловатые руки с синими прожилками вен. Никея, желая еще усилить впечатление, посмотрела на него долгим гипнотизирующим взглядом провидицы [152] .

152

Провидец (провидица) – тот, кто может с помощью особого дара предвидеть будущее.

Патриоты тем временем в полном молчании, чтобы не

нарушить общей возвышенной атмосферы [153] , быстро расположились вдоль стены и приготовились к отражению атаки.

Им показалось странным, что крепость выглядела почти пустой, во всяком случае, на первый взгляд. Явились еще несколько стариков, женщин и детей, они с удивлением взирали на непрошеных гостей. Вероятно, все мужчины этого клана, способные носить оружие, последовали за Марко и сражались в его войсках.

153

В данном случае речь идет об особом настроении группы людей, отрешенных от житейской суеты, мыслящих о возвышенном, высоко важном для них.

Тишина продолжалась недолго. С той стороны принялись нетерпеливо колотить в дверь, и властный голос бея потребовал:

– Открывай! Ты слышишь меня, старик? Где ты? Немедленно открой дверь!

– Я запрещаю тебе делать это! – произнесла Никея тихим свистящим шепотом, словно заклинание, испепеляя растерянного привратника взглядом.

Стук усилился. Марко в бешенстве сыпал угрозами и проклятиями.

– Эйуб, если ты не послушаешь меня, я изжарю твой старый скелет на медленном огне! Сию же минуту открывай! Ты меня знаешь, я приказов не повторяю!

– Она не позволяет этого, сеньор бей!.. В нее вселилась душа Пророка, Аллах говорит ее устами. Я ничего не могу поделать, она этого не хочет!.. – бормотал, заикаясь, старик.

– Да ты просто спятил, старый черт! Гром и молния! Открывай, говорю тебе, или, клянусь бородой отца, я вырежу всю твою семью!

– Уходи!.. Исчезни!.. Возвращайся в свое жилище!.. – тихо, но настойчиво повторяла Никея, слегка подталкивая незадачливого стража в спину. – Иди!.. Так говорит мне ангел… Иди!.. Я так хочу. Отныне только я приказываю здесь. Бей бессилен против меня… против тебя… против кого бы то ни было… Его воля должна отступить перед моей… Иди!..

Пятясь, устремив в пространство затуманенный взгляд, старик удалился, а двое патриотов тут же встали на часах возле двери.

Другие обитатели крепости тоже узнали девушку. Послышались испуганные возгласы: «Это она! Посланница Бога!» Никея улыбнулась им, что-то ласково сказала, стараясь успокоить.

Несмотря на свою обычную сдержанность, Жоаннес был поражен странным ходом событий. Остальные тоже пребывали в состоянии крайнего удивления.

– Ну что же, пока мы, кажется, в полной безопасности, – отметил командир, переводя дух.

– Действительно, просто чудо! – заметил один из стоявших рядом. – Мы теперь полные хозяева неприступной цитадели. И если только здесь нет потайного лаза, связывающего крепость с внешним миром, мы сможем выдержать длительную осаду.

– Хорошо, что ты заговорил об этом, Деметр. Я как раз вспомнил. Ведь в прошлый раз мы с Паницей и Михаилом проникли сюда именно через подземный ход. Он начинался где-то недалеко от дороги, ведущей к крепости, а выходил совсем рядом с центральной площадкой. Пойдем-ка поищем!