Территория

Видинеев Дмитрий

"Ты молодец", - сказал ягуар.

Эльдар вытер вспотевшие ладони о занавеску, свернул тетрадный листок с порошком в конвертик и вышел из комнаты. Сердце бухало в груди так, что казалось, вот-вот разорвет грудную клетку. Да уж, чтобы сделать третий шаг требовалось изрядное мужество. Он уселся за стол. Теперь нужно было дождаться, когда отчим выйдет из кухни в туалет. Эльдар знал: когда Клоун бухает, то частенько бегает отлить.

Из кухни доносилось ворчание:

– ... Я могу заставить... заставить смеяться кого угодно... да, мать вашу, кого угодно... это вам, нахер, не тортом в рожу!
– удар кулаком

по столу.
– Это... это ис... искусство! А они меня ненавидят... потому что... потому что завидуют, с-суки... я им не какой-то там Бим-Бом из подворотни... я - талант!

Эльдару вдруг пришло в голову, что идея со снотворным не была подсказана ягуаром. Зверь всего лишь намекнул, и после этого намека план как-то сам собой сложился в сознании. А может эта идея давно пряталась в голове и только и ждала своего часа? Эльдар посмотрел на дверь спальни. Как там мать? Наверняка после проклятого ужина она плакала. Плакала, как обычно, тихо, то и дело нервно вытирая глаза пальцами, словно злясь, что слезы текут и текут. Эльдар это видел не раз. И больше не хотел видеть никогда.

Прошло минут десять, пока ворчание отчима не прекратилось. Эльдар услышал, как он отодвинул стул и зашаркал тапками по полу. Щелкнул выключатель. Клоун вошел в туалет.

Время пришло. Эльдар сделал глубокий вдох и резкий выдох, вскочил со стула и подбежал к дверному проему. Выглянул.

"Ну же, не останавливайся!" - прорычал ягуар.

Буквально физически чувствуя ускользающие секунды, Эльдар прошмыгнул мимо туалета на кухню. Развернул тетрадный лист и высыпал порошок в бутылку, в которой осталось еще примерно четверть водки. Из туалета донеслось невнятное бормотание и у Эльдара внутри все сжалось. Дрожащей рукой он взял бутылку, зажал ладонью горлышко и хорошенько встряхнул. А потом поставил бутылку на прежнее место, схватил со стола тетрадный лист и, ощущая нарастающую панику, бросился прочь из кухни. Как раз вовремя - отчим вышел из туалета в тот момент, когда Эльдар юркнул в гостиную.

"Я горжусь тобой!" - ликовал ягуар.

Эльдар вернулся на кухню примерно через час. Клоун сидел на стуле, но голова его покоилась на блюде с остатками селедки. Он не дышал. Бутылка была пуста. План сработал. Первое, что испытал Эльдар при виде мертвеца - ужас. Взгляд приковали побелевшие губы Клоуна. В сознании возникла жуткая картина: губы отчима медленно размыкаются, шевелятся, как черви. "Хотел от меня избавиться, пацан? Ты нарушил правила! Ты, мать твою, нарушил все долбанные правила!.."

Эльдар тряхнул головой и сказал себе, что Клоун мертв! Он больше никогда не произнесет ни слова! Ни единого словечка! Больше не будет правил и унижений! На секунду Эльдар испытал ликованье и, криво улыбнувшись, взъерошил волосы. И никакой прически под Гитлера!

Милицию и скорую мать вызвала в пять утра, когда обнаружила труп. Эльдар, сидя на диване в гостиной, слышал, как переговариваются в кухне милиционеры: "Траванулся мужик. Водка сто пудов паленая, чуешь какой запах? В нашем районе это уже пятый, кто за последние два дня, траванулся". А позже Эльдар подслушал разговор матери с соседкой и узнал официальную версию смерти: отчим спьяну принял пилюли, которые несовместимы с алкоголем. В итоге - инсульт.

На похоронах мать не проронила ни слезинки. Когда она вместе с другими немногочисленными "скорбящими"

пошла к выходу с кладбища, Эльдар ненадолго задержался. Он вынул из пластикового пакета рыжий клоунский парик, расческу, очки и бросил все это на могилу. Что касается очков, то они больше не были нужны, за последние два дня зрение неожиданно улучшилось - ягуар обещал перемены, и слово свое сдержал.

Эльдар презрительно посмотрел на дешевый венок "От коллег по работе" и помочился. У него теперь были свои правила, например ссать на могилы клоунов.

И ягуар эти правила одобрял.

– Ты спас меня, - проговорила Элла, опустив глаза. Ей было трудно говорить из-за скопившейся в горле горечи.
– Я... я не знаю, что...
– она поморщилась, стараясь подавить рвущиеся из груди всхлипы.

– Теперь все позади, - сказал Эльдар.
– Главное, мы спаслись. Сейчас приедем ко мне, вызовем полицию в особняк.

Элла кивнула. Она вспомнила шевелящуюся тьму в глазах морбеста, и ощутила тошнотворную пустоту в желудке. "Сегодня день потерь!" - эта мысль надавила на сознание тяжестью надгробной плиты. Страна Чудес, Отец - их больше нет. Элла почувствовала, как зарождается злость - спасительная преграда от сумасшествия. Неожиданно захотелось попросить Эльдара вернуться в особняк и встретиться с врагом лицом к лицу. У них ведь есть оружие! Проклятый морбест смертен, его можно убить, отомстить за все - за никчемные ноги, за Страну Чудес, за Отца!.. Она стиснула зубы и тяжело задышала. Потом взглянула на Эльдара и подумала, что было бы не честно просить его вернуться. Он и так много для нее сделал. Ни один человек не сделал бы больше. "Время на месть еще будет!" - Элла удивилась, насколько уверенно прозвучала в сознании эта мысль.

Эльдар тяжело вздохнул.

– Я пытался отговорить твоего отца взрывать каменное дерево, но ты ведь знаешь: если ему в голову что-то взбредет - не отступит.

– Дерево?
– озадаченно спросила Элла.

– Да, тот окаменевший дуб в заповеднике. Я сразу сказал: это плохая идея. Вот только Черномор не слушал ни меня, ни Воя. В общем... когда дерево взорвали, появился огромный цветок...

– Фиолетовый, - перебила его Элла, - похожий на морскую звезду.

Эльдар ошарашено посмотрел на девушку.

– Откуда тебе это известно?

– Я... трудно объяснить, - она никому и ни когда не рассказывала о Стране Чудес. Это было настолько личным знанием, что сама мысль о том, чтобы поделиться им с кем-то, казалась кощунственной. Но теперь все изменилось. Тайна потеряла смысл. Впрочем, рассказ о Запределье прозвучал бы для Эльдара, как бред. Лучше пока все упростить.
– Этот цветок я видела во сне, - сказала она.

– Вот как? Хм... Получается у тебя был вещий сон? Я слышал о таком.

– Расскажи, что было дальше?

Эльдар пригладил всклокоченные волосы, бросил взгляд в зеркало заднего вида и продолжил:

– Из цветка вылетели черные жгуты. Они... дьявол, они были быстры, как молнии! Схватили твоего отца, Эдика, Кирилла и утащили... я не знаю, куда они их утащили. В какой-то темный туман в середине цветка. Все произошло за секунды. Сам я чудом спася. Думал, что твой отец и остальные погибли. А что мне оставалось думать?

– Отец стал чудовищем, - задумчиво проговорила Элла.