Терминаторы

Мазер Беркли

– Ясно. А теперь постарайся вспомнить, не забыл ли ты какие-нибудь детали, даже на первый взгляд незначительные.

Он наморщил лоб, но покачал головой.

– Это все.

Я повторил удар, но на этот раз сильнее. Грант завопил от боли.

– А деньги, которые ты передал девушке из госпиталя? Уже забыл?

– Про деньги я ничего не знал, - запричитал Грант.
– Робсон просил отдать ей конверт. Я совсем забыл...

– Больше не забывай, - предупредил я.
– Говорил же тебе, нам многое

известно. Ладно, о чем вы говорили во время полета?

– Ни о чем. Мы даже не разговаривали. Не думаю, что немец вообще говорил по-английски, а второй был слишком слаб. И вообще, в ночном полете не до разговоров, эту чертову колымагу и днем водить не сахар...

На этот раз я целиком разделял его мнение.

– Ну, ладно, Грант. Ты угодил в чертовски затруднительное положение.

– Незачем вам было вмешиваться, - горестно причитал он.
– Мне удалось немного подработать на стороне, даже за горючее платил из своего кармана, да к тому же во время полета проверил все приборы. А теперь попал в такую передрягу!

– Да, что ты говоришь?
– удивился я и стал загибать пальцы. Использование вертолета без разрешения владельца. Полеты в запретной зоне. Оказание помощи банде международных контрабандистов. По индийским законам ты уже получишь лет пятнадцать, - Грант тихо застонал.
– И это в случае, если я решу передать дело в руки полиции; а если нет, тебя ждут ещё худшие неприятности.

– У меня остались те пять сотен, - с надеждой вспомнил он.

– Тебе они ещё пригодятся.

– Но если тебе они нужны больше...

– Ах так, пытаешься купить мое молчание? Это взятка?

– Да, - сознался он.

– Ладно, отдашь, когда вернемся. А сейчас выбирайся наружу и посмотри, может ли эта штука снова подняться в воздух?

Он вылез из кабины и осмотрел лопасти.

– Одну нужно немного подтянуть...

Потом поковылял в хвост.

– Вроде все в норме, но точно скажу, только когда запущу мотор. Машину придется буквально вытаскивать из этого дерьма.

– Продолжай осмотр, - приказал я и отвел Уэйнрайта по склону за пределы слышимости, Сафараз тем временем варил чай и разогревал на спиртовке нехитрую снедь.

– Можешь считать, что я наивен, - сказал Уэйнрайт, - но я ему верю. Вряд ли он мог это придумать, слишком напуган.

– Я того же мнения. Проблема в другом, что с ним делать?

– Оставим здесь, отключим радио, чтобы не смог наладить связь, и все.

– А если он поднимет машину в воздух и кого-нибудь предупредит? возразил я.

– Захватим его с собой, руки свяжем, в рот запихнем кляп. Именно так со мной обошлись эти ублюдки.

– Жуткая обуза. Летать-то он умеет, а так - обычный хлюпик, свяжет нас по рукам и ногам.

– Что ты предлагаешь?

– Существует единственный выход, - заявил

я, но по лицу Уэйнрайта понял, что его вот-вот стошнит.
– Нет, глотку резать пока не будем. Откопаем машину и отправим назад. Риск в пределах разумного. Мы обещаем не сообщать в полицию и не выставлять на расправу перед Йевом, но только если он вернется прямо в Лахор. Так я смогу передать Гафферу шифровку, а уж ему придется заняться нашим приятелем Робсоном.

– Понятно. Ты хочешь сказать, что нельзя исключать вероятности его перехода к ним.

– Сомневаюсь, но я могу послать его в компании Сафараза...

– Лучше не стоит. Я тебя не виню, - он смотрел в сторону, - но если я правильно понял, ты хочешь отправить меня?

Так поступить я не мог. Это было самым разумным решением, но я просто не мог.

– Нет, ты мне нужен здесь.

Уэйнрайт даже не поблагодарил, но я почувствовал, какое он испытал облегчение.

– Продержим его до восьми вечера, - продолжал я, - а там пусть летит. В десять по радио свяжемся с Гаффером, как раз перед прилетом Гранта, тот его встретит и постарается изолировать.

– Я вижу, ты все уже продумал.

К счастью, снегопад прекратился, и мы смогли расчистить сугробы, так что теперь лопасти винта могли вращаться беспрепятственно. Такое занятие помогло нам согреваться до полудня. Затем Грант забрался в машину и без проблем запустил мотор. Правда, до этого ему пришлось изрядно повозиться с регулировкой угла атаки одной из лопастей несущего винта. Потом они с Уэйнрайтом сделали пробный облет, и все закончилось благополучно. Оставшееся время я посвятил сочинению шифрованного послания Гафферу, после чего снова вызвал к себе Гранта.

– Мы решили дать тебе шанс, - заявил я и поймал на себе подозрительный взгляд перса, покупающего ковер у армянина.
– Ты этого не заслуживаешь, но можешь принести нам пользу. Возвращайся в Лахор. Там передашь кому надо донесение, а затем станешь нем, как рыба. Тогда мы ничего не скажем ни полиции, ни мистеру Шалому. Можешь объяснить ему, что при посадке возникли некоторые осложнения, но теперь все в порядке. Сделаешь все как надо - не придется ближайшие десять лет лопать баланду в индийской тюрьме.

– А какие вы можете дать гарантии?

– Не знаю, но, может быть, хочешь узнать альтернативный вариант?

– Да, хочу.

– Мы выведем из строя вертолет и бросим тебя здесь, - его глаза округлились от страха.
– Без карты и припасов твои шансы можно в расчет не принимать. Продержишься ты от силы дня три-четыре.

– Я согласен, - выдохнул он.

– Мудрое решение, но мне понадобятся те пять сотен. Отдашь после нашего возвращения.

– Конечно, конечно, - согласился он. По поводу взятки у него сомнений не возникало.