Терминатор
Шрифт:
— Идем, Кайл, — окликнула его Сара.
Из соображения безопасности конторка мотеля была огорожена досками и напоминала кассу кинотеатра. Тихоокеанское побережье славилось своими живописными видами, жарким солнцем, а также высоким уровнем преступности. Перепачканные грязью, Сара и Риз приблизились к окошечку. Риз полез в карман и извлек оттуда перетянутую резинкой пачку засаленных купюр.
— Этого хватит? — спросил он.
— Еще бы! — воскликнула Сара. — Только я и знать не хочу, где ты их достал.
Она взяла из пачки сумму, достаточную для оплаты ночлега и, обернувшись к окошку, сказала:
— Нам нужна комната.
— С кухней, — добавил
Пока Сара объяснялась с хмурым управляющим, Риз обратил внимание на огромную немецкую овчарку, сидящую на цепи. Пес только что кончил лакать воду из своей миски. Риз заглянул ему в глаза. Пес был стар, но Риз уловил в его ясных коричневых глазах искру бойцовской отваги. Он медленно приблизился к собаке, протянул руку. Поколебавшись, пес встал и, подойдя к Ризу, ласково лизнул Ризу руку. Старая привычка сработала, и Риз расслабился, ощущая себя в большей безопасности в присутствии собаки.
Через некоторое время они с Сарой вошли в отведенную им скромную комнату. В ней были шкаф и кровать. За перегородкой помещалась крохотная кухня. Номер оказался с ванной. Заглянув в дверь, Сара увидела покрытые ржавой грязью кафельные плитки и душ. Конечно, это не «Уолдорф-Астория». И, тем не менее, райское местечко.
Риз с привычной тщательностью осмотрел помещение. С его точки зрения комфорт был гораздо менее важен, чем толщина стен и расположение окон, определяющее границы обзора и линию ведения огня. Бетонный блок. Отлично. Задняя дверь, на которой красовались крепкий замок и металлический засов, тоже внушала ему доверие.
Табличка «Этой дверью пользоваться запрещено» ничего не значит для солдата. Во время последнего ремонта маляры залили порог краской, но для Риза открыть дверь не составит никакого труда.
Сара плюхнула на кровать.
— Я, кажется, умру, если сейчас же не приму душ! — воскликнула она.
Риз посмотрел на нее с таким выражением, что стало ясно: для него этой проблемы просто не существует.
— Мне пора идти. Надо кое-что купить.
— Кайл, подожди… — Сара уселась на кровати. Ей не хотелось оставаться одной ни на минуту. — Тебе нужно сделать перевязку.
— Сделаем, когда я вернусь.
Глянув на нее, он понял причину ее беспокойства. Подошел и бросил на кровать пистолет 38-го калибра.
— Я скоро вернусь.
Он повернулся кругом и направился к двери. Чем быстрее он приступит к делу, тем быстрее вернется.
Сара проводила его взглядом и села, прислушиваясь к приглушенному урчанию проезжающих мимо машин. Сквозь опущенные жалюзи в комнату проникали полоски света. Она смотрела на пистолет. Он выглядел грозно и внушительно, хотя Сара знала, что пистолет не остановит киборга. Быть может, Риз оставил ей оружие для того, чтобы она могла убить себя, если во время его отсутствия киборг все же разыщет ее. Впрочем, нет. Риз этого не хочет. Само его существование подчинено одной-единственной цели — обеспечить выживание Сары. Тогда зачем он оставил ей пистолет? Оружие отнюдь не прибавило ей уверенности. Девушка осторожно потрогала пистолет и подняла его с кровати. Ощутив острый, грозный запах металла, покрытого смазкой, Сара почувствовала себя совсем маленькой и слабой.
Однако пистолет удобно лежал на ладони. Конечно же, оружие специально подгоняют под человеческую руку. Нет, тут дело не только в этом, подумала Сара. Ну да, Кайл хотел…
Чтобы Сара привыкла к оружию. Девушку охватила слабость. Ей открылась истина, выходящая за пределы нормального мышления. Быть может, ей придется пользоваться такими вот пистолетами до конца своей жизни!
Риз заметно
«Задание, солдат. Твое задание. Удержать равновесие. Укрепить оборону. Построить такую стену, чтобы ее не смог пробить даже восьмисотка».
Едва переступая сбитыми в кровь ногами, Риз вошел в супермаркет. Оглядывая этот гигантский склад продовольствия, устало покачал головой. «Да, — подумал он. — Еще одна проблема».
Приняв душ, Сара смыла с себя не только грязь и кровь, по и напряжение, в котором пребывала в течение последних десяти часов. Она ожесточенно намылила тело бруском простого белого мыла и окатила его потоком горячей воды. Затем завернулась в полотенце и уселась на кровать. С вымытых волос на спину стекали капельки влаги. Сара почувствовала себя почти чистой. Почти.
Она вытянулась на кровати. Замерла в неподвижности, чтобы хоть на мгновение избавиться от тяжести собственного тела, и немедленно провалилась во мрак глубокого сна.
Она оказалась в ловушке. Терминатор протиснул свое мощное тело в дверь, оскалив зубы в кровожадной, почти сладострастной в своем нетерпении, ухмылке, и навел на девушку оружие. Сара увидела, как маленькое оранжевое пятнышко лазерного прицела пробежало по ее телу и замерло на правой груди. В тот момент, когда она хотела спрыгнуть с кровати, раздался взрыв, от которого содрогнулась земля, и в сторону Сары полетела свинцовая пуля, рассекающая воздух подобно хирургическому ножу. Пуля вонзилась в ее тело, и Сара почувствовала тупой хруст ребер. Ее приподняло и отбросило вверх. Она ощутила, как из раны хлещет горячая кровь, я с удивлением отметила, что ей совсем не больно. Над ней стоял Терминатор и всаживал в ее некогда красивое тело пулю за пулей, которые, словно маленькие тараны, с хлюпаньем пробивали в ее плоти отверстия. Сара завизжала, ибо это было не убийство, а глупая и бессмысленная бойня. Она вдруг поняла, что в комнате тихо. Если она не кричала, то, значит…
Ей все это приснилось.
Уже темно, а Риз все еще не вернулся. Покрытые пылью электрические часы, стоявшие на тумбочке у кровати, показывали минуты седьмого. Она вскочила и тут же пожалела об этом. Ее мышцы, которым досталось за последние двенадцать часов, напоминали своей податливостью кусок мороженого мяса. Она слишком мало спала, чтобы они успели отдохнуть.
Пистолет лежал на столике, направленный дулом в стену. Сара глядела на него, как на повестку из Верховного Суда. Казалось, пистолет говорит ей: «Тебе не нравится, как я выгляжу? Фу, как невежливо! Мы теперь всегда будем вместе. Попробуй, усни без меня!» Сара содрогнулась и схватила трубку телефона. Через несколько секунд она уже разговаривала с мамой.
— Поверь мне, мам, — говорила она, — ты не можешь мне помочь. Лучше оставайся в безопасном месте. Я не могу сказать тебе, где я нахожусь. Это слишком опасно.
Однако мама на сей раз оказалась настойчивей. Она хотела хотя бы знать номер, по которому можно было бы позвонить, если ей придется уйти из дома — ведь в таком случае Сара не сможет с ней связаться. Что ж, в этом она права.
— Мама, я дам тебе номер, но ты должна обещать, что не сообщишь его ни полиции, ни кому бы то ни было другому. Слышишь? Мы пробудем здесь недолго. Хорошо, хорошо. Записывай.