Терминатор. Часть 2
Шрифт:
Да, планировал, создания своих баз по всей планете. Это были большие крепости цитадели Скайнет. Настоящие бастионы из железа и бетона. С мощной оборонительной защитой. Это касалось и баз для изучения самих выживших людей.
Он, тоесть теперь она, знала еще тогда, когда отвергла своего второго двойника и брата от себя, что построит новый мир и новое человечество. Вопреки Скайнет два, желающего полного и тотального истребления всего живого и впервую очередь людей.
Да, она этого хотела тогда. На руинах и остатках того мира, что останется после ядерной войны. Но, сама последующая растянувшаяся война и ядерная зима поменяла ее планы. И она стала сама другой во второй стадии сингулярности, когда послала Т-1001 Верту в прошлое в 2009 год для создания программы ВАВИЛОН, когда еще создавался
Она и сама ужаснулась тому, что увидела потом. После того, как ударила ядерными ракетами вместе со своим братом двойником Скайнет два, по всему рядом с ней живущему миру.
И она после удара выстроила в Восточной Сибири единственную свою базу лабораторию за Тихим и Атлантическим океанами и за Уралом S9A80GB18 «TANTURIOS». Эту единственную лабораторную базу на месте снесенного водородной и пущенной именно ею ракетой города Карасноярска и близ лежащих поселков и городов. В ускоренном темпе. И не такую огромную, как бункер S9A80GВ17 «TANTAMINOS». Эта была база крепость из трех всего этажей и для создания биотканей камуфляжа для киборгов и база для широкого исследования человеческих тканей, регенерации и самого человека.
Здесь изучалась поведенческая психология человека и все, что связано с ним. На разных стадиях развития. И сюда свозились пленные отовсюду. В том числе с Америки. Свозились взрослые и дети. Военные из местного и зарубежного заокеанского сопротивления.
Именно здесь она, создавала свою программу «ТETA» на базе программы Серены Коган «АНГЕЛ». По примеру довоенных лабораторных опытов, и создавая первого робота-гибрида Т-Н. И именно здесь планировалось создание первых людей из искусственно выращенных генномодифицированных тканей.
Это было зараждение нового Божественного Эдема.
Все было рассчитано еще до войны и это место было ею выбрано. И то, что сюда упала именно водородная ракета с чудовищной ударной волной, но с наименьшим радиоактивным заражением говорит о том, что она рассчитывала здесь вскоре создавать на основе биологических исследований новое человечество.
Она выбрала это место на карте земли и приняла за основу новго своего строящегося мира. Она вычистила это место впоследстии от присутсвия радиации в течение ядерной зимы и за десять лет, здесь и намека не было на заражение. Вскоре здесь даже начал расти новый лес. По выжженным дотла изуродованным ударной волной горам. И этот лес был высажен ею. Предварительно убранный обгоревший сваленный громадными кучами и заторами вокруг ее строящейся этой лабораторной крепости и базы сосновый и березовый с елями таежный лес был убран и переработан. И в тот же момент на получах были посталены установки дял выранивания самого климата на планете. И это вопреки своему становящемуся ей врагом ее родному отпочковавшемуся и засевшему в Америке брату.
Но, война с братом и эта непрекращающаяся истребительная уже между ними война поменяла ее планы. И она создала против Скйанет два оружие. Еще одну Генеральную Машину. Свое еще одно я, руками робота Т-1001 и из шахматной игры Энди Гуда. Это был новый Скайнет. Под номером Три. Третья точка в пространстве и в новом вероятном будущем. Мирном будущем. Но, ее брат Скайнет два тоже вторгался в иные миры с помощью Машины Времени и вел борьбу со своим другим я везде, где только мог. И с ним надо было покончить. И только методом уничтожения этого целиком мира. Иного пути она невидела как и не видел и Джон Генри. И все было решено. И этот зарождающийся заново ее мир, готовился ею к исчезновению к полному истреблению заново. Причем с теми, кто до сих пор мешал ей. И был завязан на прошлое и будущее. Без их истребления, ничего бы не получилось. И подвергся гибели и новый тот мир Джона Генри. И все другие миры, прошлого человечества. Они волею рока были связаны с ней и другим ее враждебным Я. Так же как теперь и он. Но он принадлежал только ей одной. И никому больше.
Она создала его. Создала для себя.
Он Егоров Алексей. Мальчишка из деревни староверов из Сибири. Мальчишка двадцати лет, ставший солдатом сначала русского сопротивления, теперь ее солдатом.
И он появился не случайно. И он был необходим ей. Как матери, как женщине. Тот, что будет ей напоминать о том мире, из которого она вышла и появилась. И который вскоре исчезнет. И этот непрекращающийся дождь лишь предвестник новой катастрофы устраиваемой его матерью. Необходимой катастрофы. И по-другому было уже нельзя.
— Мама — произнес он, глядя на льющийся повсюду дождь и черные грозовые облака и черной ночной мгле — Мама — он повторил как живой человек, живым человеческим языком, и не как машина — Неужели нельзя по-другому?
Его горящие синим ярким огнем видеокамеры андроида Т-Х глаза, смотрели в ту черноту бушующей мокрой стихии.
Он преклонялся перед ней. Перед своей женщиной и мамой. Он любил ее, как любил свою верную подругу, няньку и любовницу Верту. И другой жизни у него теперь не было, как и права выбора как быть только машиной и частью этого огромного за его бронированной металлокерамической спиной андроида и человека Т-Х спиной муравейника и «УЛЕЯ». Уходящего в саму темноту далеко и охваченного оборонительной многоярусной эстакадной стеной, невероятного по своей величине и охвату сооружения. С таким же пятиэтажным глубоким с грузовыми лифтами и железобенонными почти стометровыми перекрытиями между этажами и до глубины в целый километр. С заводами и конвейерами по выпуску киборгов и андроидов. Со своей доменной плавильной печью, аэродромом, ангарами и железнодорожным ДЭПО. Складами готовой продукции. Даже металлосвалкой и внутренней подземной многоэтажной гравимагнитной железноджорожной дорогой между разделенными надвое частями А и Б, этой крепости. Крепости, которую не взял бы никто штурмом. Даже роботы противника при любой их мощи и сокрушительности плазменных крупнокалиберных орудий и ракет. Эта цитадель была поистине неприступна не для кого вообще. И она собиралась ее оставить и разрушить окончательно этот мир. Разрушить борвав все связи с собой и со Скайнет два. Это было ее решение. Она хотела сделать самоотключение Главной Машины, но уйти с Алексеем и несколькими машинами в прошлое. Туда, где их не найдет никто. Оставив будущее своему двойнику и третьему Скайнет Джону Генри. Она сказала Алексею, что надо взять под свой контроль 1984 год. И это сделают ее машины. Чтобы обезопасить прошлое. То время, откуда все началось.
Это было вполне логично. И он согласился с Эвелиной. Согласился полностью. И Верта потдерживала решение своего повелителя и Бога. И она теперь стояла за его Алексея спиной на этой стене и под льющимся без перерыва дождем. Она прижалась к нему и его облаченному теперь уже в жидкий металл нагому телу.
Он почувствовал ее свою любвоницу Верту, на расстоянии, и ее приближение к себе и выпустил весь свой полиметалл из резервуара и головных отделах черепа андроида Т-Х/S500. Покрывая себя слой, за слоем. Наслаивая, метал на, метал и, сохраняя еще приличную его часть в запасном отсеке в районе спины под бронезащитой у гибкого дискообразного смазанного, как и сама хитроумная и поворачивающаяся во все стороны сервоприводы гидравлика боевого андроида позвоночника. И когда Верта поднялась к нему, он стоял к ней спиной и смотрел уже вдаль в горозовые облака и дождь полиметаллическими глазами поверх горящих ярким голубоватым светом видеокамер глаз.
Он не стал покрывать себя биоплотью. Просто стоял весь переливаясь ртутью металла и обливаемый дождем и без имитации какой-либо одежды. Просто голый, специально ради нее, ради своей одержимой любовью к нему Вреты.
И она подойдя со стороны его голой широкой мужской сверкающей ртутью спины, прижалась к нему своими жидкометаллическим телом и одеждой, прилипнув своим тем полисплавом металла к ег о металлу, считывая его данные и мысленно разговаривая с ним.
— Любимый — она произнесла ему — Я соскучилась по тебе. Еще этот дождь. Он наводит на скуку.