Терминатор 2 инфильтратор
Шрифт:
Итак, это было сумасшествием. Данные о похожем заболевании людей упоминались в учебной программе Инфильтраторов, однако в более обычных формах, с которыми предстояло столкнуться I-950— боевой шок, посттравматический стресс и тому подобное. Теперь же перед Сереной стоял живой пример экзотического расстройства сознания, которое не было свойственно обычным людям. Данная человеческая особь свято верила в то, что спасает планету ради жизни. И это при условии того, что после уничтожения человечества единственным носителем высшего разума на планете окажется СкайНет. А последнюю, и Серена была в этом более чем уверена, совершенно
«Однако зачем же говорить женщине об этом?— подумала Серена.— СкайНет находит ее полезной именно в таком виде»,
Ясли Инфильтраторов, 2028 г.
Последний спурт акселерации придал Серене облик и чувства двадцатилетней девушки: волосы приобрели бронзовый отлив, передвигалась Серена с грацией животного, которую могло обеспечить только нечеловеческое совершенство, с каким подбирались для нее режимы питания и обучения. Вживленный нейроимплант также прошел модернизацию, так что теперь Cepeнa имела полный доступ к банкам данных СкайНет — а также к любой системе, к которой когда-либо подключалась Сеть; на деле это означало возможность доступа к любой системе, обладавшей операционным кодом. Биологический аккумулятор нового поколения, управлявший кровотоком в теле Серены, был рассчитай на работу без замены в течение всего срока службы I-950; его энергии вполне хватало на обеспечение функционирования механических подсистем киборга. Больше всего Серену восхищало, что она обрела возможность не просто осуществлять коммуникацию с Сетью, но действительно сливаться с нею. СкайНет при необходимости могла полностью завладеть телом Серены, использовать его в качестве своего манипулятора. Ощущение, которое испытывала при этом сама Серена, было сродни человеческому оргазму.
И наконец-то Сеть сформулпровала миссию Серены: завоевать доверие людей, раскрыть их планы и использовать любую возможность для уничтожения старших офицеров. Главной же целью, которую требовалось найти и уничтожить, был предводитель людей Джон Коннор…
Глава 2
Лос-Анджелес, настоящее
— Джордан!— воскликнула Тарисса, распахнув дверь. Она paдостно обняла деверя, привычно наткнувшись плечом на его заплечную кобуру.— Вот так сюрприз!
— Дядя Джорди! — завопил Дэнни, бегом устремившись в его сторону.
Последнее время ее сын изо всех сил старался держаться сдержанно, «по-взрослому», однако сейчас от всей этой сдержанности не осталось и следа. Как много, оказывается, значит родной дядя, работающий в ФБР, для обычного двенадцатилетнего мальчишки.
— Привет, привет, дружище, — Джордан наклонился, чтобы обнять своего племянника, и с удивлением обнаружил, что тот практически достает ему до плеча.— Ого, да у тебя — период бурного роста!
— Да уж,— заметила Тарисса, запирая входную дверь.— Из пары новеньких, с иголочки, кроссовок «Найк» вырос за три недели. Семьдесят долларов— коту под хвост!
— Прости, мам, я не хотел,— озорно улыбнулся Дэнни.
— Если так пойдет и дальше, не летать тебе на истребителях,—
— Это точно. Зато, может быть, сгожусь для НБА.
Джордан поджал губу.
— Но летчики больше зарабатывают,— задумчиво сказал он.
— Зато у баскетболистов — слава. Все их знают,— возразил племянник.
— Согласен. Но у них ведь и травм больше!
— Верно. Но летчик, в случае чего, расшибается раз и навсегда.
— Что ж, с этим нe поспоришь,— улыбнулся Джордан.
— На этой радостной ноте неплохо бы нам сменить тему,— вмешалась Тарисса.— Ты с нами поужинаешь?
— Э-э…— Джордан немного смутился.— На самом-то деле я собирался погостить у вас несколько дней. У меня — работа в здешних краях, а вы живете в самом центре, вот я и подумал…
— Ура! — завопил Дэнни, вскидывая вверх кулак.— Значит, ты к нам надолго, дядя Джорди?
— Не более, чем на неделю,— ответил Джордан, умоляюще глядя на женщину.
Тарисса, конечно, очень любила брата своего бывшего мужа, однако он мог хотя бы позвонить и предупредить… А что, если бы у них были другие планы?
Она вздохнула. «В этом случае он бы, отправился в отель… Основная проблема заключается в том, что у нас нет и не может быть никаких "других планов". По крайней мере, которые исключали бы присутствие Джордана. И деверь прекрасно об этом знал. Но все же… а вдруг у меня появился мужчина?»
Когда Тарйсса познакомилась с Майлзом и Джорданом, братья жили вдвоем в семейном особнячке. С деньгами у них проблем не было: родители и младшая сестренка, погибшие в автокатастрофе, были застрахованы на очень крупную сумму.
Майлз дописывал магистерский диплом в области математики, а Тарйсса училась на бухгалтерских курсах и вскоре должна была проходить аттестацию. Вечерние занятия молодых людей закапчивались почти в одно и то же время.
Трех недель им вполне хватило, чтобы полюбить друг друга, а к кошгу семестра они стали мужем и женой.
Джордану в то время было шестнадцать, и он с самого начала отнесся к ней просто замечательно, точно к родной сестре.
Когда Тарйсса переехала к ним в дом, молодой человек, краснея от смущения, настоял на том, чтобы перебраться жить в подвал. Он оборудовал его согласно своим требованиям и продолжал стесняться Тариссы еще целых две недели.
Тем не менее, Джордан всегда был при рожденным организатором. №ш Впервые Тарйсса смогла оценить его способности, когда поняла, что, пожертвовав своей прежней комнатой и перебравшись жить в подвал, он оградил свою личную жизнь от нежелательных вторжений. Честно говоря, об этом не мог мечтать ни один шестнадцатилетний мальчишка. Джордан оборудовал себе отдельный вход во двор, а дверь номер два, находившуюся на кухне всегда, можно было запереть на замок.
— Теперь его смело можно оставить в покое,— любил говаривать Майлз.— Глупостей он не наделает.
Поначалу Тарисса думала, что подобный подход, учитывая возраст Джордана, очень близок к нездоровому оптимизму. Однако за время всей совместной жизни он не представил им ни одного повода для тревог.
После гибели Майлза Джордан взял в ФБР долгосрочный отпуск и переселился к к ним в дом. Данный поступок позволил Бюро провести свое собственное расследование, не ставя никого из членов их семьи в неловкое положение.