Тепло
Шрифт:
– На втором этаже мальчику стало плохо, уберите там, потом можете выйти на перекур.
Она замолчала, но так и не отошла от дверей, выжидающе глядя на Ленку. Которой ничего не оставалось, как поплестись в подсобку. Всё равно догнать Агни уже не было возможности.
Холл второго этажа встретил её лужей блевотины.
***
Она устало тащилась домой, в ноздрях, казалось до сих пор застрял проклятый запах рвоты. Сказать, что остаток рабочего дня прошёл скверно - не сказать ничего. Ленка размазывала сухую грязь по полам, превращая её в
Подходя к своему подъезду, она подняла голову, готовя ключи в кармане. У двери стояла Агни, глядя на стайку копошащихся воробьёв, которым кто-то кинул черствую корку.
– Где ты была?..
Накатило такое громадное облегчение, что кулак ослаб и разжался, будто она долго держала не ключи, а тяжёлый груз. Она шагнула к Агни и крепко обняла её, уткнувшись лицом в её пальто.
– Почему ты ушла?..
– Они предложили проводить меня до дома, - ответил голос Агни откуда-то сверху.
– Мы разговаривали всю дорогу. Они довели меня до подъезда и ушли.
Она замолчала.
– И ты ждала меня здесь всё это время?
– прошептала Ленка с упавшим сердцем.
– Почти три часа?
Агни кивнула.
– Я не могла войти в квартиру без тебя.
"Я обижалась на неё за то, что она забыла про меня и ушла с какими-то девчонками, а она всё это время простояла тут на улице... Хорошо хоть, она не мёрзнет, но всё же..."
– Пойдём домой, - пробормотала Ленка, не зная, куда деваться от мучительного стыда.
– Я сейчас поем и сбегаю сделаю тебе копии ключей. И всё расскажем бабушке.
Она взяла Агни за руку и открыла дверь.
– Мне очень жаль, что так получилось. Больше такого не допущу. Только ты, пожалуйста, не бросай меня так больше. Не уходи с незнакомыми.
Агни кивнула.
***
После ужина Ленка, решив не тянуть время, чтобы не разлениться, принялась быстро одеваться. Уже наматывала шарф, как вдруг Агни взяла её за руку.
– Ты чего?
– удивилась она.
– Можно мне с тобой?
Ленка бросила быстрый взгляд в большую комнату, где бабушка приросла ухом к телевизору. Террористы, там война, там экономический кризис, президент России назначил заседание, террористы...
– Понимаю, - кивнула она.
– Пошли, проветримся.
Она и позабыла, как здорово ходить куда-то вместе с кем-то близким, даже если это всего лишь рутинный поход за продуктами, или к слесарю ради дубля ключа, как сегодня. Получив блестящий, ещё тёплый новенький ключ, они решили прогуляться по торговому центру.
У отдела с бижутерией она остановилась и стала разглядывать блестящие побрякушки.
– Покажите, пожалуйста, брелоки для ключей.
Копаясь
– Зря сюда голубой камень воткнули, - неожиданно подала голос продавщица, видимо, также не чуждая любви ко всему блестящему, с таким интересом она разглядывала вместе с Ленкой брелоки, - надо было чёрный, у птиц ведь чёрные глаза.
– У галок голубые, - задумчиво откликнулась Ленка.
– Нет, тут всё как надо. Агни, тебе нравится? Агни?
Агни подробно рассматривала витрину: искрящихся и переливающихся ящерок, паучков, сов, кошек, но точно с тем же интересом, с каким изучала серые улицы, буквы и обстановку комнаты. Блеск её не трогал. Но когда она оторвала от варварского великолепия свой взгляд, в её голубых глазах отразились яркие искры от бликов разноцветных стекляшек. Они слились в один тёплый ровный огонь от улыбки Ленки, протягивающей ей искусственную птицу.
***
Небо давно почернело, на голову будто опрокинулся открытый космос. Далёкие звёзды тонули в чёрной бездне, и отчётливо проступали только самые яркие и крупные. Ленка поискала глазами Полярную, отметила Венеру и Вегу, которая ярко сияла только зимой. Мама научила её их узнавать...
– Раньше мне мама дарила украшения, - вспомнила она.
– До сих пор ношу одно. Красный крестик из эмали. Я тогда хотела поступать на врача, и мама меня поддержала...
– Она замолчала так же внезапно, как и заговорила.
Несмотря на темноту и холод, на улице кипела жизнь. Спешили с полными сумками взрослые, дети устроили импровизированную горку и, счастливо визжа, скатывались с неё один за другим прямо под ноги прохожим. Те спотыкались, реагировали по-разному - кто-то ругался, кто-то улыбался; родители стояли в сторонке, курили, общались и мало обращали внимания на своих чад, образовавших стихийное бедствие. Одной из матерей наконец надоело мёрзнуть, она натянула перчатки и потянула своё дитятко домой. Дитятко захныкало.
– Рена, а где твоя мама?
Ленка вздрогнула и не ответила, только закусила губу.
– Мне не очень понятно: мамы есть только у маленьких детей? Куда они исчезают, когда дети вырастают?
Стало больно непонятно где, то ли заскребло в горле, то ли заныли глаза изнутри. По щеке неудержимо скатилась обжигающая слеза. А ведь прошло столько времени...
Бац! Удар по уху оглушил её. Неожиданный, незаслуженный и чертовски обидный. Мокрый и очень холодный. Она резко обернулась и увидела невдалеке тройку мальчишек, но ещё раньше услышала хохот. И тут же увидела их спины - совершив подвиг, герои улепётывали. Она в бешенстве присела. Три-четыре жеста не заняли много времени: схватить в горсть снег, сжать, прихлопнуть с одной стороны комок, с другой, размахнуться. Бац! Мокрый снежок смачно плюхнулся в стриженый затылок, и обладатель затылка споткнулся. Раздался гогот, но на этот раз шакалята зубоскалили уже над своим незадачливым приятелем. Потерпевший поражение оглянулся на Ленку.