Тепло твоих рук
Шрифт:
– Хорошо, – сказал Зак. – Я с тобой полностью согласен. Боже, как хорошо обсуждать эти вещи с кем-то, кто заботится о Кайле точно так же, как и я. Все эти годы я был один. Не было даже бабушки или дедушки. Ты снимаешь с меня огромный груз, Оливия.
Она продолжала массировать его плечи.
– Для меня очень важно, что ты предоставляешь мне право голоса, Зак. Ты ведь мог полностью изолировать меня от ее воспитания. Спасибо.
Он повернулся и поцеловал ее, его руки соскользнули под свитер. Кожа Оливии была такая нежная, такая теплая. Он провел по ее спине, тонкой талии, вверх по ее плоскому
На Оливии были спортивные брюки, которые Зак снял, оставив ее только в трусиках. Белых, хлопковых и невероятно горячих. В следующий момент он избавился от свитера. Зак откинулся, чтобы полюбоваться ее наготой, а затем взял один из ее сосков в рот и принялся его дразнить. Чем больше Оливия изгибалась и стонала, тем меньше он мог ждать. Он сел на нее верхом и положил ее руку на пряжку своего ремня.
Оливия наклонилась, чтобы расстегнуть его брюки, а он вновь принялся ласкать ее соски, затем застонал, когда она обхватила рукой его пульсирующий член. Оливия уложила Зака на кровать, а сама принялась гладить и покрывать поцелуями его грудь, спускаясь все ниже и ниже к его бедрам. Наконец она оседлала его и на мгновение прижалась к его груди, сливаясь с Заком в жарком страстном поцелуе. В следующий момент она соскользнула с него и спустилась вниз, к его пенису. Зак застонал и сжал в кулаке волосы Оливии, когда она принялась лизать и сосать его.
Зак едва сдерживался. В конце концов он перевернул Оливию и прижал к кровати. Его палец скользнул внутрь ее, и Оливия застонала, выгибая спину. Зак исследовал ее языком, губами и пальцами, пока приглушенные стоны не превратились в крик. А затем он перевернул ее на живот и вошел в нее сзади. Он двигался так резко и быстро, что тонкая пленка пота тут же покрыла его грудь. Зак толкал Оливию словно поршнем раз за разом, пока наконец не кончил.
Прошло несколько минут, прежде чем он смог восстановить дыхание. Зак дотянулся до руки Оливии и сжал ее. У нее едва хватило сил сжать его руку в ответ.
– Я ведь не причинил тебе боли? – спросил он. – Я…
Оливия улыбнулась:
– Нет, ты не причинил мне боли.
Зак провел пальцем по ее подбородку, затем вниз до ключицы. Оливия закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. Она была спокойна. И по крайней мере в данный момент Зак чувствовал себя совершенно точно так же.
Они полежали так некоторое время, а затем Оливия вылезла из постели и повела Зака в ванную комнату, прилегавшую к гостевой спальне. Она включила воду и встала вместе с Заком под горячие пульсирующие струи.
У них не было сил ни разговаривать, ни улыбаться. Они вытерли друг друга, а затем обнаженные пошли обратно в постель. Оливия свернулась рядом с ним, прижавшись спиной к его животу, и через несколько минут глаза Зака закрылись сами собой.
Глава 20
Мальчик с девочкой бегали по залитому солнцем лугу. Мальчик, другой, не тот, что прежде, протягивал Оливии листок бумаги. Она пыталась его взять, но как бы близко к нему ни подходила, никак не могла дотянуться. Девочка танцевала среди полевых цветов. Ромашка
Задыхаясь от волнения, Оливия села в кровати. Сон уже исчез. Она взглянула за окно. Уже светало, и небо было серым.
Зака в постели не было. С колотящимся сердцем Оливия натянула брюки и свитер и вышла из комнаты. Что происходит? Каждый раз, когда ей снились дети, что-нибудь случалось. Но на этот раз это были другие дети. Другие дети – другие события? Возможно, это означает, что на этот раз будет что-нибудь хорошее.
Оливия поднялась на второй этаж и открыла дверь в комнату Кайлы. Кровать была пуста. В ужасе она влетела в комнату Зака, чтобы разбудить его, но его в комнате тоже не оказалось.
Оливия сбежала вниз. Тишина. Затем до нее донеслось тихое бряканье. Она пошла на звук. На кухне Зак и Кайла помешивали горячий шоколад в своих чашках.
– Извини, – сказал Зак. – Мы старались не шуметь, чтобы не разбудить тебя.
– Мы уже час разговариваем, – с улыбкой заметила Кайла. – Мы помирились.
Оливия почувствовала, как ее сердце дрогнуло в груди.
На следующее утро Кайла была в школе, Зак на работе, а Оливия отправилась в город за покупками. Она хотела отыскать для Кайлы что-нибудь особенное, чтобы подарить за участие в конкурсе. Не важно, что случится в конце, но Кайла должна чувствовать, что она настоящая красавица внутри.
Проходя мимо ювелирного магазина, Оливия решила, что кулон на цепочке будет идеальным подарком. Сердечко, которое будет символизировать ее любовь к Кайле.
День святого Валентина был не за горами, так что Оливия не удивилась, увидев, что в магазине полно народу. Она рассматривала витрины, выбирая то, что ей нужно, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Оливия подняла глаза и увидела Жаклин Маккорд.
– Привет, Жаклин, – сказала Оливия.
– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – спросила та.
Это несколько смутило Оливию.
– Думаю, я слышала твое имя на одном из собраний.
– Нет, ты не могла его там слышать, – возразила Жаклин. – Матерей не представляли. Это Зак рассказал тебе обо мне?
Оливия окинула взглядом переполненный магазин. Если бы она оказалась с Жаклин наедине, она бы начала волноваться.
– По правде сказать, я упомянула как-то, что встретила тебя в магазине, и описала твою внешность. Зак назвал мне твое имя.
– Странно, что он еще помнит, как я выгляжу, – сказала Жаклин.
Оливия наклонилась к витрине.
– Я бы хотела купить этот кулон на цепочке, – сказала она.
– Значит, ты вернулась, – сказала Маккорд. – Теперь, когда Зак стал богатым архитектором, все считают, что он как сыр в масле катается. Тринадцать лет назад ты не хотела ничего общего иметь ни с ним, ни с его ребенком.
Оливия ахнула, но быстро взяла себя в руки. Она повернулась к прилавку.
– Я хотела бы купить этот кулон на цепочке.
– Ты этого даже не отрицаешь! – воскликнула Жаклин. – Когда я интересовалась Заком, у него ничего не было. У него и родителей-то, можно сказать, не было. Ему нечего было предложить, а я все равно любила его.