Теперь Я ректор!
Шрифт:
«Чего застеснялась-то? — откровенно потешался надо мной дракон. — Согласись, тебе же нравится Эйнар».
— Отстань, — рявкнула я, погружаясь в горячую воду.
«Ну признайся, ведьма, ты таяла и млела от поцелуев хозяина. Я чувствовал твои эмоции, ты ведь уже готова была отдаться ему», — не унимался Нар.
— Заткнись, морда чешуйчатая! — процедила я сквозь зубы.
«Вот чего ты обзываешься? А? Я же обижусь, и точно не расскажу, как обратиться в дракона», — насупилась вторая сущность ректора.
— И не надо. Мне
И вдруг меня резко замутило, магия взбунтовалась, пробивая позвоночник. Не успела я опомниться, как вода мгновенно превратилась в лёд, сковав моё тело по самую грудь.
— Мамочки… — пропищала я, понимая, что угодила в капкан льда.
«Дура! — завопил дракон. — Ты зачем воду горячую набрала?!»
Глава 24. Ледяной плен
Глава 24. Ледяной плен
Эйнар
Вот ведь пигалица! Ванную мою заняла! Злой, как умертвие тролля, я вышагивал по комнате. Да что со мной творится? Откуда столько эмоций во мне появилось? Надо успокоиться, нельзя давать волю чувствам, а то привыкну ещё.
Я сел прямо на ковёр, сложив ноги. Вдох, медленный выдох. Вот так, хорошо. Я сосредоточился на дыхании и отключил мысли. Замечательно…
— Ваша Светлость! Помогите! — завопил баритон из ванной. Да что такое? Мне дадут спокойно помедитировать или нет?
— Я застряла! — продолжила орать ведьма моим голосом.
Сжав кулаки и челюсти, я поднялся на ноги и подошёл к двери.
— Что у тебя стряслось?
— Я это… тут нечаянно горячую воду набрала… а потом бац, и она уже превратилась в лёд, — захныкала она. — Я застряла…
— Что? — выдохнул я. Когда уже это закончится? Дёрнул дверь. Ну конечно. Закрыто! Собрался и ударил хрупким девичьим плечом в дерево. Ещё раз, и ещё, пока не заныло тело. — Дохлый тролль! У меня сил не хватает!
— Ну, пожалуйста! Попробуйте магию подключить, — жалобно ныла ведьма.
Вздохнув, я сосредоточился на сердце и направил силу в плечо, создавая броню. Раз, два, три! Удар! И вышиб дверь. Хорошо, что она внутрь открывается.
Я подбежал к ванне, и мне вдруг стало смешно, когда я увидел собственное тело, закованное по грудь в лёд. Сил злиться на Злату уже не было, видимо, с магией всё выплеснулось. И я истерически заржал во весь голос, держась за живот.
— Хватит смеяться! Лучше помогите! Это, в конце концов, ваше тело! — поджала губы ведьма. — Что мне делать? Я не могу растопить лёд!
— Ледяная магия только замораживает, — сквозь смех ответил я, — но не в силах растопить лёд. Придётся тебе ждать, когда вода растает сама. К утру, может, освободишься.
— Что?! Вы не поможете мне? — округлила она глаза.
— Иди к дохлому троллю, Злата Винс! — развернулся я и вышел из ванной.
— Стойте! Вы куда? А как же я?! — отчаянно закричала ведьма. —
Я закрыл дверь, чтобы крики не так были слышны.
— Ваша Светлость! Какой же вы чёрствый чурбан! — не унималась студентка. — Я же не высплюсь! Как мне потом в таком состоянии встречать делегацию из Эраллии? А?
Да чтоб тебя! Кулак врезался в стол. Ай! Больно! Я потряс рукой. Ведьма проклятая! Вздохнул и вернулся в ванную.
— Я не знаю, чем помочь, — вздохнул я, прикрыв веки на секунду.
— Разморозьте меня ведьминской магией, пожалуйста, — пропищала она. Уши бы мои не слышали её тон.
— Это возможно? — удивился я. — Не ожидал, что морские ведьмы умеют такое.
— Мы всё практически умеем, если дело касается воды, — гордо вскинула она подбородок, между прочим, мой.
— Что делать, говори, — я уже настраивался, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Где там у нас ведьминская сила?
— Направьте магию, подключите нежные и тёплые чувства, какие только сможете, — начала она говорить какую-то ерунду. — Лучше, конечно, любовь, так быстрее будет.
— Что? Любовь? К кому? — от удивления у меня округлились глаза.
— Да хоть к питомцу, — фыркнула она, — то есть я хотела сказать, к вашему дракону. Вы же его любите?
— Люблю? — что-то я не понимаю, при чём тут Нар.
— Вы же с ним с детства, это ваше второе «я», неужели не любите его? — изогнула она брови в две чёткие дуги. — Не думала, что айсары настолько отмороженные. Пробуйте уже скорее. Я, конечно, не замёрзну, но тело затекает.
И я задумался. Действительно, что я испытываю к своему дракону? Сколько себя помню, он всегда со мной. Мы вместе росли и крепли. А когда случился долгожданный оборот, радости не было предела. Мы летали над снежными горами, Нар был счастлив, обретя крылья и долгожданную свободу, — впрочем, как и я.
Мы настолько срослись, что я привык к нему, зная, — мы до конца будем вместе. И я не обращал внимания на свои чувства к нему. Нар, мой хитрый и верный друг, который не раз спасал мне жизнь. Неожиданно сердце тоскливо защемило, я прикусил губу. И вот теперь его нет рядом. Я скучаю по нему, по его низкому голосу, который без конца готов болтать, если бы не моё строгое к нему отношение.
Магия вовсю плескалась в сердце ведьмы необычной энергией — вязкой, тёплой, сладкой, как патока. Я вскинул руки и направил силу в лёд. Надо помочь Нару, моему другу. Он-то точно не виноват в том, что сейчас ведьма в моём теле.
Ванна трещала от стремительно тающего льда. Злата, распахнув широко глаза, с удивлением наблюдала за моей работой. Она напрягла мышцы, и изрядно подтаявший лёд треснул окончательно, освободив моё тело от плена.
— Ого! Даже у меня так быстро не получалось растопить лёд. Вы меня поразили, Ваша Светлость, — она встала во весь рост. — Спасибо большое! Ой! — и тут же прикрыла руками пах.