Теория выигрыша
Шрифт:
– Наш народ это любит… Сказки, я имею в виду…
– Само по себе это не так уж плохо, – после некоторого колебания сказал Бершадский. – Излишняя серьезность в делах тоже, бывает, вредна. Винсент Роацци называл успех «глупым».
Директор засмеялся.
– У нас с вами, Сергей Викторович, получился классический синхронизм Юнга. Я буквально за минуту до вашего прихода читал декабрьский «Нью Сайентист». Ребята из Школы бизнеса при Стэнфордском университете опубликовали данные о том, что психопаты –
– Кстати, в этой теории есть размышления о природе предвидений, – оживился Бершадский. – Или, как Юнг говорил, о «синхронизмах». Я даже грешным делом вспомнил моего родственника, я вам о нем рассказывал, бедолаге, он все любил повторять, что удачу можно предугадать по апельсиновому запаху.
– Во как! – изумился директор. – Оригинально!
Пока они разговаривали, пришел заказчик – живой и невредимый. Получив папку, он некоторое время листал ее, недовольно сопя. Потом вздохнул, протянул им по очереди руку для прощания. Уже уходя, в дверях обернулся и спросил серьезно:
– Вы не боялись, Сергей Викторович?
– Чего? Чего боялся? – всполошился директор, а Бершадский стоял молча – глядел на заказчика в упор.
– Нет, – сказал, наконец, – Ведь это как бы изображение дракона, а не сам дракон.
– Хитро! – засмеялся заказчик. – А самого дракона бы испугались? Кстати, я вас подловил, уж не обессудьте. В интернет лазили?
Бершадский рассердился: вот уж, воистину, горбатого могила исправит. Эту организацию, как ни назови, вечно она будет всех "подлавливать".
– С вашей стороны не очень порядочно было не сообщить мне о главном, – сказал он.
– О главном? – деланно удивился заказчик. – Но что считать главным? Вы тут пишете об исследованиях, проводившихся Дэвидом Бомом в восьмидесятые годы двадцатого столетия. А ведь эта теория была известна еще в фашистской Германии.
«Как чувствовал! – мысленно ахнул Бершадский. – Надо было поосторожнее с конкретикой».
– Лучше, если бы вы не скрывали историю вопроса, – надменно сказал он вслух.
– При чем здесь история? Мне нужно было независимое заключение… А то любят нашего брата обвинять в предвзятости. А сами-то?.. М-да, вот так вот… Ну, бывайте, господа ученые…
– Какой апломб! – сказал Бершадский, когда заказчик вышел. – Наши органы всегда умеют находить безопасные поляны для самоутверждения. Ничего не меняется, вы совершенно правы: то они гоняют бедных лимоновцев, то крышуют бизнес, то вот в магию полезли. Против настоящих террористов у них кишка тонка.
Тот испуганно кивнул: заказ был какой-то непонятный и неприятный.
Заказчик же между тем спустился вниз. Он отметил пропуск на
– Я взял заключение физиков, – сказал он.
– Это все-таки лишнее, – с небольшим раздражением заметил собеседник.
– Вы его не знаете. Он очень подозрительный.
– И что?
– А то, что нас должна интересовать только его теория. Поэтому мы собрали огромную папку бумаг, включающую мнение физиков.
– И что они там написали?
– Чушь собачью. Да это неважно.
– Рецензия за твой счет, Володя.
– За мой, за мой… И что вы в самом деле: на кону миллионы, а вы копейки считаете?
– Порядок есть порядок.
– Ладно. Легенда укомплектована полностью. Можно начинать реальную часть.
– Да, я понимаю…– в голосе собеседника появились нотки тревоги.
– Решайте, кто из пяти.
Сказав эти слова, он закрыл глаза и откинул голову назад. Он старался дышать спокойно, но было видно, что он волнуется, ожидая ответа.
– Я тут посмотрел, Володя, – после паузы сказал собеседник. – Настоящая кандидатура все-таки одна…
– Нет, напишет любой из них.
– Ты уверен?
– Да. Я умею убеждать.
Заказчик улыбался с закрытыми глазами.
– …Пойми меня правильно, но четверо что-то получили. А наше обвинение состоит в том, что он самозванец. У нас должны быть основания для такого обвинения. Ты же сам говоришь, что он подозрительный.
Заказчик открыл глаза, потянулся и весело поторопил.
– Кто из пяти?
И собеседник ответил:
– Лидия.
2
В конце шестидесятых годов мать Лидии приехала в Москву из маленького дагестанского городка, затерянного среди бескрайних пастбищ в нескольких часах пути от Каспийского моря.
Городок был низкий, лишь четыре здания здесь были многоэтажными, все четыре – казенные: трехэтажная распашонка администрации с крылом, отведенным милиции, четырехэтажная больница с голубятней на крыше, правление автобазы о двух этажах с пристройкой и пятиэтажное здание детского дома. Все остальные дома были частные и одноэтажные, разнящиеся только материалом, из которого сделаны. Дома победнее – глинобитные, дома побогаче – из белого силикатного кирпича. При тех и других – обязательные голубые ворота с затейливыми завитушками наверху.