Теофил Норт
Шрифт:
— Он не останется в долгу…
— Стоп! Об этом я поговорю с ним самим. Когда я могу с ним встретиться?
— Можете прийти ко мне в кабинет завтра в шесть часов вечера? Тогда останется целый день для подготовки.
Теперь мне придется повторить значительную часть рассказанного, но я хочу, чтобы читатель взглянул на это с другой точки зрения. На следующий вечер, в шесть часов, Билл сидел у себя в кабинете. Джентльмен лет пятидесяти с «подцвеченными», как мне показалось, усами и волосами расхаживал по комнате, пиная стулья.
— Мистер Норт, это мистер Белл. Мистер Белл, мистер Норт. Садитесь,
Мистер Белл рубанул по шторе и опрокинул несколько кубков.
— Мистер Белл и миссис Белл случайно обнаружили, что мисс Диана собирается сбежать. Она уже раз убегала, но ее довольно быстро вернули. Оповестили полицию в трех или четырех штатах, и ее доставили домой. Для гордой девушки это унизительно.
— О господи, Билл! Давайте же скорее!
— Беллы, в общем, живут в Ньюпорте круглый год, но держат квартиру в Нью-Йорке и зимой несколько месяцев проводят там. Мистер Белл на меня не посетует, если я скажу, что мисс Диана — девушка горячая и у газетчиков определенного сорта вошло в обыкновение сообщать, что ее видели в общественных местах с неподходящими знакомыми — включая того человека, который был ее спутником в прошлом бегстве. — Я смотрел Биллу в глаза. Видно было, что новоанглийский задор в нем все-таки проснулся и мистеру Беллу он спуску не даст. — И вот миссис Белл случайно наткнулась на письмо, спрятанное у дочери в белье. Один здешний человек, которого я немного знаю, уславливается с ней в письме о встрече завтра ночью. Они намерены ехать в Мэриленд и там как можно скорее обвенчаться.
— О господи, Билл, это невыносимо!
— Билл, на чьей машине они едут? — спросил я.
— На ее. Его машина — школьный грузовик, в котором он возит свои команды на состязания. Они уезжают с острова на вечернем десятичасовом пароме в Джеймстаун, оттуда на пароме в Наррагансетт. Мистер Белл, понятно, не хочет еще раз обращаться в полицию. И самое главное, семья не желает, чтобы опять появлялись статейки в воскресных приложениях — так называемых скандальных листках.
Мистер Белл сердито подступил к Биллу:
— С меня хватит, Билл!
— Это факты, мистер Белл, — твердо ответил тот. — Факты надо выложить. Мистер Норт должен знать, о чем мы его просим. — Мистер Белл потряс кулаками у него перед носом. — Идея состоит в том, мистер Норт, что вы их где-нибудь перехватите… где-нибудь, как-нибудь… и вернете мисс Диану домой… Вы человек свободный, принудить вас никто не может. Мисс Диана взрослая женщина — а вдруг она наотрез откажется вернуться в дом отца? Единственное одолжение, о котором вас просит мистер Белл — как йейлец йейлца, — это сделать попытку. Вы согласны попробовать?
Я потупился.
Я не верю, что во вселенной есть хоть капля смысла. Я думал, что не верю в преданность и дружбу. Но вот Билл Уэнтворт, и
Конечно, я попробую — и добьюсь, чего надо. Но мистеру Беллу я тоже спуску не дам.
— Что же, по-вашему, я должен делать, мистер Белл?
— Ну, поезжайте за ними. Лучше уехать за Наррагансетт: если что-нибудь предпримете, то не слишком близко к Ньюпорту. Подождите, пока они остановятся поесть и переночевать. Сломайте им машину. Если надо, взломайте у них дверь. Объясните ей, что она идиотка. Какой позор! Она сведет мать в могилу.
— Вам известно что-нибудь позорное об этом человеке?
— Что?
— О мистере Джонсе — вы его знаете?
— Да откуда? Он никто. Паршивый охотник за приданым. Шушера.
— Мистер Белл, письмо мистера Джонса при вас?
— Ну да, вот — будь оно проклято! — Он вытащил письмо из кармана и швырнул на ковер между нами. Билл и я — тоже «никто», «шушера».
Билл встал и поднял его с пола.
— Мистер Белл, мы просим мистера Норта помочь нам в весьма щекотливом деле. Мы надеемся, что он с ним справится и что вы с миссис Белл пожелаете его отблагодарить.
В мистере Белле происходила внутренняя борьба. Придушенным голосом он сказал:
— Я очень расстроен. Прошу извинить, что бросил письмо на пол.
Я сказал Биллу:
— Мы положим его в большой конверт, запечатаем сургучом, адресуем мисс Белл и напишем: «Получено от мистера Огастаса Белла. Не прочитано и запечатано Уильямом Уэнтвортом и Теофилом Нортон». Мистер Белл, можно узнать, где ваша дочь познакомилась с мистером Джонсом?
— Большую часть года мы живем в Ньюпорте. Дочь а многие ее друзья входят в группу добровольного содействия местной больнице. Диана обожает детей. Она встретилась с этим Джонсом, когда он навещал там свою трехлетнюю дочь. Вульгарный и бессовестный охотник за приданым, как все остальные. Нам не раз приходилось отваживать этих мерзавцев. Тут все ясно.
Единственное, что можно с таким человеком — это выжидательно смотреть ему в глаза, как будто он сейчас изречет что-то на редкость убедительное. Без поддержки и рукоплесканий такие люди сморщиваются: им просто не хватает воздуха.
Выдержав паузу, я заговорил:
— Мистер Белл, я должен предложить несколько разумных условий. Никакой речи о вознаграждении быть не может. Я пошлю вам счет ровно на ту сумму, которую потеряю из-за перерыва в моих занятиях. Это — возмещение, а не плата за работу. Я хочу иметь в распоряжении машину, темно-синюю или черную — желательно, чтобы на переднем сиденье помещалось три человека. Мне нужен хороший револьвер.
— Зачем? — сердито спросил мистер Белл.
— Я не буду пользоваться обычными боеприпасами; я их изготовлю сам. Если полиция найдет машину вашей дочери на обочине в Род-Айленде или Коннектикуте и шина ее будет прострелена обыкновенной пулей, это, пожалуй, попадет в газеты. Я могу проколоть ее, так сказать, натуральным образом. Мне нужен заклеенный конверт с десятью десятидолларовыми банкнотами на покрытие некоторых расходов, если в них возникнет нужда. Думаю, они не понадобятся; в этом случае я верну нераспечатанный конверт мистеру Уэнтворту. И самое главное: справлюсь я или нет, я не скажу об этом деле никому, кроме членов вашей семьи. Вы согласны на эти условия?