Тени судьбы
Шрифт:
– Ох, - выдохнул Такк, - деревья... высокие...
Гилдор улыбнулся:
– Говорят, что длина каждого ствола не менее ста пятидесяти эльфийских шагов, но я видел как-то одно старое дерево шагов в двести.
Эльфийский шаг, как уже успел заметить Такк, был не короче ярда.
– Эх, малыш, они едва ли сравнятся с теми, что в Адонаре, где много веков назад мои предки взяли семена.
Лес Адонара! Семена! И эти гиганты! Такку стало не по себе при мысли о работе, проделанной эльфами, которые много веков назад насадили целый лес Старых Деревьев.
Наконец они вступили под раскидистые кроны: над
– Кест!
– сказал кто-то невидимый
– Стойте!
– приказал Гилдор, и друзья остановились.
– Я - Золотая Ветвь!
– сказал Гилдор по-эльфийски.
У Такка перехватило дыхание: внезапно их окружили одетые в серое лаэнские воины, которые неожиданно выступили из сумеречных теней леса. У некоторых были луки, у других - сверкающие мечи, у предводителя же - черное копье.
– Туон, - сказал Гилдор, узнавая светловолосого копьеносца.
Туон улыбнулся Гилдору, но не поставил копье на землю. Он словно был настороже и внимательно изучал взглядом лица спутников Гилдора. При виде ваэрлинга глаза его удивленно сузились.
– Ладно, Туон, - сказал Гилдор громко, чтобы все могли услышать, убери Черный Галгор - это надежные друзья.
Туон отставил копье в сторону.
– Тревожные времена настали, Алор Гилдор. Враг из Грона стремится забрать наши земли в свой железный кулак. Я не могу сомневаться в твоих словах и все же хотел бы узнать имена твоих спутников.
– Нет, Туон, - сказал Гилдор, - я их пока тебе не открою, деяния этих воителей таковы, что Корон Эйрон должен первым услышать о них и узнать об их доблести. Пока лишь скажу, что перед тобой гном, ваэрлинг, человек и лаэнец - те, кто прошел сквозь Дриммендив. Мы прошли его темные глубины от Закатных Врат до Рассветных.
Крики изумления наполнили воздух, глаза эльфов расширились. Эльфийский капитан отшагнул назад, замер и попытался что-то сказать, но Гилдор поднял руку:
– Нет, Туон, Корон - тот, кто узнает все первым, но если тебе понадобится как-то называть этих троих, пусть они будут Метатель Топора, Владетель Бейна и Тяжелый Меч. А меня в таком случае можно называть Факельщиком.
Но другие - страшные - вести я сообщу вам, как стражам, в первую очередь. Сейчас в Дриммендиве находится могучий отряд слуг Модру - никак не меньше десяти тысяч. Но, думаю, пройдут ещё дни и недели, прежде чем они направятся на юг, - сейчас они в смятении, а Черная стена стоит неподвижно и не приближается к Дарда Галиону. Однако вам следует не терять бдительности - никому не дано знать планы Модру.
Гилдор умолк, и по рядам эльфов пронесся ропот.
– О, Алор Гилдор, это воистину страшная весть!
– воскликнул Туон. Она означает, что нам надо неустанно нести стражу вдоль всей границы леса Дриммендив слишком близко отсюда. Но даже в этом случае понадобится множество лаэнских воинов, чтобы в случае необходимости защитить нашу землю от вражеских полчищ. А большая часть нашего войска - на севере, Корон Эйрон сам скажет тебе это. Он недавно вернулся из Риамона, и хорошо, что вы застали его здесь.
Туон снова оглядел товарищей, с губ его были готовы сорваться вопросы, но он не заговорил, а только кивнул Гилдору, соглашаясь с решением эльфийского лорда сказать обо
– Хоть ты и сказал о воинах Модру, Алор, ты так и не упомянул Ужас, и твое молчание красноречиво. Но мы повинуемся твоей воле и не спрашиваем об именах и деяниях. Верно, велики были ваши подвиги, если вы прошли через Дриммендив. Но полно, пойдемте и разделим трапезу. Эти кони доставят вас туда, где на Куадрилле стоят у причала лодки, - там река не замерзает.
Туон показал, куда идти, повернулся на каблуках, дав знак одному из воинов проводить товарищей в лагерь, и вместе со своим отрядом бесшумно исчез между деревьями.
Гилдор и Гален снова ехали верхом, Брегга сидел за спиной эльфа, а Такк - вместе с человеком. Они быстро скакали под сенью могучих Старых Деревьев вдоль южного берега Куадрилла. Перед ними ехал Териль, лаэнский воин, которому Туон поручил проводить их к причалу.
Стук копыт заглушал мягкий мох, стволы мелькали мимо, и любой звук мгновенно растворялся в тенистом сплетении ветвей.
Такка поражали огромные деревья. Теперь он видел, что Гилдор сказал правду, - гиганты поднимали ветви в небо на несколько сотен футов, и окружность каждого ствола можно было измерять ярдами. Такк знал, что древесина из этого леса драгоценна, что она ценится выше любой другой, но эльфы, свободный народ, никогда не рубят свои деревья. Когда же это сделали однажды слуги Модру, эльфы сочли их поступок страшным грехом и с горечью говорили о гибели Девяти Гигантов. Но эльфийская месть была быстра и безжалостна. Судьба тех, кто срубил деревья, стала устрашением для других: товарищи нашли их останки в горных логовах Митгара, и никогда более благородные деревья не гибли под топором. Иногда, правда, зеленые гиганты становились жертвами молнии или бури, а то и сильный ветер с равнин Валона срывал большие сучья. Все эти останки эльфы аккуратно собирали и тщательно осматривали, прежде чем отдать искусным резчикам. И умелые руки создавали из бесценной древесины подлинные сокровища.
Под сенью благородных деревьев скакали три резвых коня. Несколько часов длилось путешествие, пока, наконец, они не оказались у излучины Куадрилла на крутом берегу, с которого в воду свисали длинные космы мха. Здесь Териль остановил коня и спешился, и товарищи последовали его примеру. Над сумеречной страной опускался вечер.
– Здесь можно разбить лагерь, Алор Гилдор, - сказал Териль.
– Завтра вы отправитесь на лодке по Куадриллу туда, где в него впадает Селленер. Там на южном берегу вы сразу найдете ещё один болотный сторожевой лагерь и возьмете коней, которые довезут вас в Сердце Лесов к Корону Эйрону.
– Лодка?
– фыркнул Брегга.
– И где же она? Изо мха её, что ли, плести?
– Да брось ты, Метатель Топоров, - засмеялся Териль.
– Конечно же нет! Зато её можно вывести из мха.
И лаэнский проводник спрыгнул с берега, отвел свисавшие зеленые космы и показал дюжину эльфийских лодок, спрятанных под широким камнем. Каждая была около шести футов в длину, с веслом - это были узкие, изящно закругленные сооружения.
Брегга расхохотался, заглушая шум реки, но на лодки взглянул с явным восхищением. В отличие от большинства гномов, он умел и плавать, и управлять маленькими суденышками вроде этих.