Тени прошлого
Шрифт:
Стропилин молчал. Он знал, что за этой шутливой репликой, сразу последует серьезный разговор.
И точно. Расслабленный тон мгновенно превратился в жесткий. В голосе шефа звучала, если не сталь, то что-то близкое к этому.
— Какие новости от Сейфуллина? — посмотрел он на Стропилина.
— Работает, Иван Петрович, работает…. Выяснил, что Веригин нас обманывал. Тетрадь у него…
— Значит, все же ссучился крысятник хренов, — не выдержав, выругался Вяльцев.
— Выходит так, — согласился Стропилин.
— Где он прячет тетрадь?
— Его помощник, который
— Ему можно верить?
— После того, как с ним поработал Сейфуллин, думаю, да.
— Ты докладывал мне, что нашел лаборанта, который работал с профессором и который может расшифровать эти записи.
— К сожалению, Иван Петрович, Веригин убрал и его, и сделал это человек, который помогает и нам.
— Как его фамилия?
— Мохов.
Стропилин понял, что Вяльцев забыл, что Мохов был у них в прошлом году, однако напоминать шефу об этом, не стал.
— Передай Сейфуллину, что бы сделал все, чтобы тетрадь была у нас. И как можно, быстрее. И еще, что ты думаешь, предпринимать с Веригиным?
— Он сейчас работает по интересующему нас автохозяйству. Думаю, пусть дело доведет до конца, а там посмотрим.
Очнувшись, Павел понял, что заснул прямо в кресле. Часы показывали полночь. Он прошел в спальню, включил ночник, разделся и лег в постель. Заложив руки за голову, уставился в потолок. Он попытался проанализировать информацию, которую получил не так давно от Васькова, которую завтра же должен довести до Лустенко.
Неожиданно он потерял нить. Отвлек его от размышлений обыкновенный паучок, который занимался на потолке своей рутинной работой. Вот он побежал в одну сторону, вот в другую, а вот он остановился…
Павел прикрыл глаза и попытался вернуться к последней встрече с Васьковым…. Васьков поделился тогда с ним своим анализом информации, которая на первый взгляд могла показаться абсурдной…
…Мухин такой, и Мухин другой…. А вдруг это и на самом деле близнецы, а непросто братья? Близнецы, которые решили «поиграть», как, например, в школе, в подмену? Нет, — вздохнул, Павел, — по-моему, это все фигня…. Он снова открыл глаза, и уставился в потолок. Паучка, там уже не было. Закрыл глаза, и снова мыслями утонул в информации Васькова. Васьков утверждает, что лаборант по документам старше своего брата Ивана, на полтора года…. А если, все же?.. Тогда, кто есть, кто?.. Нет, фигня это все, — снова вздохнул он и, повернувшись на правый бок, попытался заснуть.
Ясное утреннее небо неожиданно потемнело. Неизвестно откуда навалившаяся на город мрачная свинцовая туча, вдруг вспыхнула яркой молнией, и почти сразу раздался ужасающий грохот.
Зонтика с собой не было, и пока добежал до офиса, промок до нитки. В кабинете ждал начальник отдела кадров агентства Валя Москвин, как и он, Павел, отставной военный.
— Ни хрена себе, — хрюкнул он, увидев перед собой всколоченного Павла, с которого ручьем текла вода.
— Ладно, «ни хрена себе», ты лучше дай полотенце, да распорядись
Пока Павел приводил себя в порядок, дежурный охранник успел принести термос с чаем.
— Паша, — подождав, когда тот втиснется мокрым задом в свое потертое кресло, и сделает глоток чая, — обратился к нему Москвин, — тут какой-то тип хотел поиметь тебя по телефону.
— Даже так? — Павел внимательно посмотрел на Москвина. — И что он хотел? — Он не думал, что это может быть Васьков, или Лустенко. Тот и другой никогда не звонили ему на служебный.
— Что он хотел? — Москвин подошел к столу. — Хотел, говорит, побазарить с твоей персоной лично
— «Побазарить», говоришь…. Из братков, что ли?
— Да нет, это я так сказал…. Просто, говорит, нужно поговорить с тобой лично. Обещал перезвонить.
Резкий телефонный звонок заставил обоих вздрогнуть. Павел поднял трубку и, прежде чем ответить, выразительно посмотрел на Москвина. Тот моргнул глазами и неопределенно пожал плечами.
— Слушаю вас. — Выдержав паузу, тихо произнес Павел.
— Павел Александрович? — услышал он тихий вкрадчивый голос.
Павел поймал взгляд Москвина и, выразительно покосившись на трубку, в подтверждение тому, что говорит именно тот, о котором он говорил, кивнул головой.
Москвин, ткнув себя пальцем, кивнул в сторону двери. И не дожидаясь, что скажет Павел, вышел из кабинета.
— Я слушаю вас, — снова повторил Павел и добавил. — Если вы хотели услышать Павла Александровича Калинника, то это действительно я…
— А вы осторожны, Павел Александрович, — глухо проурчала трубка.
— Жизнь заставляет, — сухо сказал Павел, и сразу спросил: «Кто вы, и что вам нужно? И простите, у меня мало времени…».
— Видите ли, Павел Александрович, я хотел бы с вами встретиться наедине. Так сказать, «тет-а-тет».
— Так в чем дело? — Павел дернулся в кресле. Он почувствовал, что насквозь промокшие брюки крепко присосались к сидению кресла. — Приезжайте ко мне в офис. Если адрес вам неизвестен, я объясню. Да, вот еще что…. Вы не назвали себя.
— Да, вы правы, — трубка мгновение помолчала. — С вами говорит Сейфуллин Ринат Рустамович. Я в вашем городе, в командировке…. А адрес вашего агентства мне известен. Но мне хотелось бы с вами встретиться на нейтральной основе. Машина за вами придет в любое указанное вами место, и туда, куда укажете.
— Извините, — слегка помедлив, спросил Павел, — но я никак не пойму, зачем вам нужна встреча именно со мной.
— Да, конечно, — сразу ответила трубка. — Мне собственно, нужна встреча с известным вам Лустенко Виктором Ивановичем. А выйти на него я могу только через вас.
— Простите, а кто такой, Лустенко Виктор Иванович? — начал, было, Павел, но его тут же перебили:
— Я понимаю вас, Павел Александрович. На вашем месте я поступил бы также. Но смею вас заверить, что вы не просто знакомы с Луценко, вы учились с ним вместе в высшей школе КГБ, той, что находится рядом с Белорусским вокзалом. А также мне известно, что Лустенко сейчас также как и я, в командировке, в вашем городе, и вы не так давно имели с ним встречу.