Тени Пост-Петербурга

Дьяков Андрей Геннадьевич

— Куда мы идем?

— К метро «Парк Победы».

— А почему по поверхности? От Московской туннель чистый всегда был…

— Тебя, дурака, выгуливаю. Ты давай, обвыкайся быстрее. В походе мне с тобой цацкаться некогда будет.

Наконец, стена зарослей по правую руку резко оборвалась. За деревьями маячила шайба здания метро. Огромный кусок углового дома отсутствовал, словно откушенный неведомым гигантом. О былом «пиршестве» теперь напоминали только глыбы бетона, завалившие перекресток Московского проспекта и Бассейной.

Перебравшись через завал, путники двинулись к метро. Сзади донесся глухой рык. Сталкер, поворачиваясь, вскинул «калаш».

Из-за бетонного блока мелено вышел волк. Метр в холке. Горящие глаза. Неестественно длинные лапы и шерсть в подпалинах. Глеб спрятался за спину Отшельника, но шорох позади заставил его обернуться. Из парка показались несколько сородичей хищника и разбрелись по сторонам, окружая путников. В довершение ко всему со второго этажа полуразрушенного дома метнулась тень еще одного зверя. Перемахнув завал, гигантский волк ростом с человека мягко приземлился рядом с первым хищником. «Вожак» — затравленно подумал Глеб.

— Это волчица и ее выводок. Хитрая тварь. — Сталкер передернул затвор. — Стой на месте.

Выстрелив в воздух, Отшельник демонстративно наставил дуло автомата на волчицу. Та, обнажив в жутком оскале желтые клыки, не нападала. Затем коротко взрыкнула. Выводок, обойдя путников по широкой дуге, сгрудился вокруг матери. Повисла напряженная тишина.

Внезапно Глеб почувствовал на спине прикосновение. Он опомниться не успел, как сталкер, схватив его за шкирку, бросил вперед. Мальчик упал на асфальт рядом со стаей хищников. Оглянувшись, он затравлено посмотрел на Отшельника. Тот стоял, опустив автомат, и немигающим взглядом следил за стаей. Обида и страх нахлынули с новой силой, а затем стало не до эмоций. От выводка отделился молодой волк, а мать длинной мордой подтолкнула его вперед. На урок охоты.

Глеб в ужасе пополз к ногам сталкера, но тот резким окриком остановил его:

— Либо он тебя завалит, либо я. Выбирай!

Мальчик в отчаянии развернулся в сторону хищника и выхватил пистолет. Захлопали выстрелы. Отдача непривычно ударила в руку. Ствол повело в сторону. Волк мгновенно снялся с места и, рыская в стороны, в два скачка достиг жертвы. Жесткий удар массивной туши выдавил из легких воздух. Глеб покатился по мостовой. Пистолет отлетел в сторону. Перед взглядом замаячила слюнявая челюсть, усеянная длинными клыками, но шлем мешал хищнику добраться до горла. Перевернувшись на живот, Глеб орал что-то неразборчивое, протягивая руки к сталкеру. Тот спокойно наблюдал за расправой, не вмешиваясь. Зубы хищника сомкнулись на ноге мальчика. Кевраловый щиток защитил мышцы, но тело мотало из стороны в сторону из-за рывков сильного животного.

Земля и небо мелькали перед глазами, хищник трепал Глеба как куклу. В какой-то момент боль в ноге стала невыносимой и мальчик завыл. На мгновение зверь остановился и тут же получил каблуком ботинка по глазам. Зубы разжались, и Глеб почувствовал секундное облегчение. Отшатнувшись, волк припал к земле, изготовившись для новой атаки.

— УБЕЙ! — вдруг гаркнул Отшельник.

Глеб в то мгновение уже не был уверен, что призыв сталкера обращен именно к нему. И это стало последней каплей. Злость, подобно прорвавшейся дамбе, затопила сознание. Злость на сталкера, бросившего его, словно кость, на прокорм мутантам. В руке Глеба сверкнул десантный нож. Он вскочил на ноги как раз вовремя, чтобы принять следующий удар беснующегося зверя. От страшного толчка лязгнули зубы, а левую руку словно засунули в тиски, но Глеб устоял на ногах. Приняв волка на левую руку, он надсадно заорал, всадив широкое лезвие в брюхо зверя. Мутант

дернулся и немного ослабил хватку. Глеб ударил еще… и еще… Зверь заскулил, опадая на землю бьющимся комком визжащей плоти. Мальчик навалился сверху, беспорядочно нанося удары и не переставая орать. Волк забился в предсмертных судорогах, а Глеб, оскальзываясь в луже дымящейся крови, поднялся на ноги и с безумным взглядом пошел на сталкера. С кончика ножа падали багряные капли, рисуя на асфальте кривую дорожку. Приблизившись к сталкеру, мальчик сделал отчаянный выпад, но Отшельник неуловимым движением принял руку на болевой. Нож упал на землю. Сталкер, удерживая брыкающегося паренька, поднял нож, вытер лезвие о рукав комбинезона и вогнал его в чехол на комбинезоне ученика.

Волчица обнюхала труп и, развернувшись, затрусила прочь. Выводок последовал за ней. Спустя минуту путники остались одни. Отшельник отпустил Глеба и побрел ко входу в метро. Мальчик прерывисто дышал, продолжая сверлить спину сталкера напряженным взглядом. Злость постепенно истаивала, уступая место тупому безразличию и ощущению непомерной усталости.

— Может и не сдохнет… — услышал Глеб тихий голос Отшельника, и, словно очнувшись, поднял сиротливо валявшийся пистолет и поспешил за наставником.

Знакомство с внешним миром состоялось.

Глава 3 «Зоопарк на колёсах»

Станция «Парк Победы» встретила путников настороженным молчанием. Сразу за гермоворотами взгляду открылось скудное убранство платформы, погруженной в полумрак. Собранные из чего попало лачуги ютились в хвосте станции. Горело несколько костров, у которых сгрудились немногочисленные жители. Станция была закрытого типа, но практически все двери по правой стороне отсутствовали. Около каждого проема, словно в лавке старьевщика, был разложен нехитрый товар — вяленые тушки крыс, грубо пошитая одежда, мотки веревок, ножи…

Из тоннеля, со стороны «Электросилы» донесся шум неторопливых шагов. К станции приближались люди. Жители, побросав дела, ринулись к своим торговым местам и принялись заунывно зазывать проходящих мимо станции клиентов.

Отшельник повел Глеба в центр станции, где находился спуск в технические помещения. Около ступенек стоял, насупившись, часовой с гладкоствольным ружьем. Завидев сталкера, он наклонился через перила и пронзительно свистнул. Из недр платформы выскочил паренек чуть постарше Глеба.

— Проводи к Бате, — шепнул он, косясь на Отшельника.

Глеб уже собрался было последовать за сталкером, но охранник придержал его рукой:

— Этот здесь подождет.

Отшельник кивнул ученику и скрылся внизу. Глеб остался стоять у лестницы. Озираясь по сторонам, он подспудно сравнивал это место с Московской и чем дольше смотрел, тем больше бросалась в глаза разница между двумя станциями. Быт налажен был на самом примитивном уровне. Даже электрических лампочек нигде не видно. Снизу доносился шум ребячьей возни, ругань кухарок. Пахло пережаренным мясом.

— Ты сам откуда будешь? — Мужичок с ружьем явно умирал со скуки и решил завести разговор.

— С «Московской».

— Хорошая у вас станция… — Часовой тяжко вздохнул. — И бабы, говорят, ладные. Я вот, думаю, тоже туда переберусь. А то Батя опять пайки урезал. Лютует…

— А где все живут? Внизу?

— Внизу конечно! Станция-то проходная. Охрану не наладишь — вон все двери нараспашку… Да и как по другому? Наверху — парк. Зверье бродит. Так что экскурсии нам противопоказаны. Торговлей перебиваемся…