Тени безумия

Пашковский Юрий Юрьевич

«А, я понял. Ты думаешь, там будет кто-то из Конклава, вроде того хорька из Старога?»

Хорька, гм… Тут Дигнам верно подметил. Наблюдатель от Высшего совета в Староге за межпространственным туннелированием, вместе с представителем Небесного Огня встречавший Уолта, действительно напоминал этого зверька формой своего темного лица со светлыми усами и бородкой. Вот только глазами Янис Тиратус ну никак не походил на хорька – внимательные, цепкие, острые. Глянет – словно насекомое пытается прогрызть лоб, пробраться в мозг и покопошиться в нем. Вертлявое, бесцеремонное насекомое, которое не успокоится, пока не побывает во всех закоулках и не перетрясет все тайники и загашники. Конклавовец

долго и нудно, повторяя вопросы по нескольку раз, расспрашивал Уолта, каковы причины посещения Старога, с какой целью он направляется в Мирту, какие артефакты и Свитки перевозит. Даже представитель Небесного Огня в итоге не выдержал и возмутился, когда Янис предложил Ракуре предоставить багаж для досмотра, явно превысив свои полномочия.

– Эти наблюдатели себя чуть ли не наместниками богов на земле считают, – пожаловался после Террис. – Думают, если контролируют Арки, то им все позволено. И все время к нашему брату-волшебнику придираются. Если Торговый дом или королевский курьер, то пропускают без расспросов, а проверка на наличие запретной магии самая обычная, можно сказать – поверхностная. Проверяют, есть ли негативные эманации, и ничего больше. А стоит магу, к их сообществу не принадлежащему, порталом воспользоваться – пытаются обыскать так, словно он воплощение Баалааба во плоти. И ведь могут задержать его, невзирая на срочность задания или значимость путешествия. Мол, надо разобраться. Терпеть этого не могу! Мы же не враги, одно дело делаем. Вам еще повезло, Магистр. Тиранус… простите, мы так Тиратуса прозвали – он посланников Школы Магии особенно не любит. Он ведь один из наших, бывших орденских. Мечтал после учебы в Небесном Огне стать Магистром, но не поступил и с тех пор имеет зуб на Школу.

Уолт заверил Терриса, что отношение наблюдателя его ничуть не задело. Соврал конечно же. В пятый раз услышав вопрос о своем семейном положении, совершенно не касающийся порученного ему дела, Уолт едва удержался от наведения усыпляющих чар на конклавовца и сопровождавших его чародеев. Путешествие до староговской Арки заняло больше времени и сил, чем Ракура рассчитывал, он устал и убоговски хотел поскорее оказаться в гостиничном номере, а треклятый Тиратус намеренно затягивал расспросы. Мало того, что Уолт всю дорогу терзался сомнениями по поводу навязанного экзамена на второй разряд, вдобавок дормез, в котором он ехал от Арки в Ширайском княжестве до Арки в Завидии, поломался посреди дороги, и пришлось проводить ритуал призыва Младшего владыки элементалей, чтобы успеть к активации портала вовремя. Земной Хозяин оказался с норовом, постоянно пытался переподчинить созданную с помощью его Силы гранитную повозку, и Намина Ракура изрядно помучился, удерживая эфирные «поводья». В итоге он опоздал, и пришлось весь день трястись на лошади до Арки в соседнем городе.

Янис Тиратус стал не просто последней каплей в чаше терпения Уолта – он был водопадом, обрушившимся на утомившегося Магистра. Не просто Магистра – боевого мага первого разряда, уже привыкшего, что к нему и его профессии относятся с должным почтением.

Еще немного – и он сорвался бы. Смирить гнев помог взгляд Яниса, точнее, на мгновение промелькнувшее в нем неприкрытое торжество. Конклавовец ждал, что Магистр сорвется, и сопровождавшие его два воина в рунных доспехах лениво следили за Ракурой, словно им не впервой было усмирять пытающихся придушить Тиратуса магов.

Да и Вришанами правильно сказал в тот момент: «В воде не ссорься с крокодилами». Прав предыдущий. Не стоит цапаться с Конклавом на их территории, да еще так открыто. В скрытой борьбе Школы и Высшего совета за влияние на мир магов у последнего больше

средств и возможностей. Будущему боевому магу со способностью высшего преображения Стихий лучше с конклавовцами не конфликтовать – если он собирается стать таковым. Экзамен на второй разряд проводится Высшим советом, и допускаются к нему лишь одобренные Архонтами чародеи. Станет таковым Магистр, устроивший разборки с обычным провинциальным наблюдателем от Конклава? Вот уж вряд ли!

И потому Уолт терпел.

Но слава Перводвигателю, что не выдержал и вмешался Террис! Славный парень, надо будет на обратном пути отблагодарить его. Впрочем, то дела далекие и вероятные. А сейчас – Мирта. Вон и Дигнам приумолк, осознав важность момента, и на въезде в город никого, не придется ждать своей очереди в веренице телег и повозок, пеших и конных, аристократов и простолюдинов. Кажется, все складывается хорошо.

По второму впечатлению Мирта свое прозвище оправдывала не меньше, чем по первому.

У города не было ни стен, ни иных защитных рубежей вроде валов или рва. Вместо этого Мирту окружала цепь рунных менгиров, создающих охранное магическое поле, живо напомнившее Уолту лангарэевский Купол с одним лишь отличием – колдовская Пелена укрывала государство упырей со всех сторон, в том числе охватывая и воздушные просторы и подземные глубины, а чародейская «фортификация» Города Магов доходила до гор позади Мирты и там завершалась. Впрочем, имелось еще одно отличие: магическое поле вокруг города было бесцветным и невидимым, в то время как барьер Царствия Ночи переливался всеми оттенками пурпура.

Можно не сомневаться – в случае надобности колдовское поле полностью накроет город, служа надежной защитой как от армий смертных, так и от нашествия чудовищ, если первые сойдут с ума и решат напасть на Город Магов, а вторым не хватит ума обойти Мирту стороной.

Позади менгиров возвышались огромные статуи около тридцати метров высотой. Будь это любой другой город, статуи являлись бы скульптурами богов, возведенными для проведения обрядов, восхваляющих Созидателей и их деяния. Однако Мирта славила не поклонение и веру, а познание и разум. Изваяния легендарных волшебников встречали прибывающих в Город Магов. Четыре статуи особенно выделялись среди остальных. Они стояли ближе к оберегающему Мирту заслону, были крупнее и выше.

Первым обращал на себя внимание горный тролль Ильтарикар Грозный, который, согласно дошедшим из Первой Эпохи преданиям, был первым учеником Магов-Драконов. В львиной шкуре на голое тело, с посохом, больше походившим на дубину, покрытый с ног до головы татуировками – могучий уроженец клана Грозящих Небесам оправдывал свое прозвище.

Рядом с троллем стоял человек Кестар Волтарийский, воин-маг, создавший первое Великое боевое заклинание. В латном доспехе, выкованном гномами и зачарованном карликами, со сложнейшей вязью магических знаков на нагруднике, нанесенной сгинувшей расой миилькатов, Кестар держал в руках Соултарас, Меч Света, и Гархад, Меч Тьмы.

Чуть на отдалении от воина-мага гордо выпрямился получеловек-полуэльф Ниасс Тоанэ, лекарь-маг, основатель первой в мире вольной гильдии волшебников. В тоге с прекрасно расположенными складками, с браслетом Порядка на правой руке и браслетом Хаоса на левой, эльфин вытянул перед собой развернутый свиток.

И, наконец, Будущий, маг из пророчества Бальтасаара Аланского, предрекшего появление чародеев, равных по силе и могуществу богам. Его лицо и фигуру скрывал наглухо запахнутый плащ с капюшоном, он опирался на посох с навершием в виде серповидного кристалла, украшенного десятью различными по форме камнями-символами Изначальных, Начал и Стихий.