Тени Архонта
Шрифт:
— Тогда, думаю… — начал Брайс, но дочь перебила:
— Вектимар не проблема.
— Ты не поня….
— Я СКАЗАЛА, ВЕКТИМАР НЕ ПРОБЛЕМА, — отколотила Хеледд. — Оставь это мне, стратий Молдвинн. И займись тем, что должен делать верховный генерал.
Брайс ошалел от такой наглости. Повел бровью, разваливаясь в кресле, хмыкнул:
— Это что же?
— Обеспечивай безопасность короны! — не дрогнула Хеледд. — Я скажу сегодня собранию, что твои войска выйдут в течении недели, вы, милорд, — глянула на Девирна, — сделайте, чтобы так и было. Что до тебя, отец…
Хеледд
— Да-да, моя королева?
Но Хеледд было не до шуток.
— Если за трон будут бороться Лаудан и Диенар, то у Лаудана больше шансов: у Диенара будут другие проблемы, а Лаудан сможет привлечь на свою сторону Стабальтов. Отличный способ убрать их обоих за измену. Но если у них в рукаве будет другой претендент, борьба с нами для него объединит их, отец.
— И-и?
— Неужели надо говорить все вслух? — раздраженно вспыхнула женщина. — Во избежание смут и проблем будет лучше, если Диармайд Саэнгрин, если вдруг он до сих пор жив, помрет. Где-нибудь в канаве, чтобы никто и не догадался, что это королевский кузен.
Молдвинн вполне правдоподобно удивился:
— Я полагал, ты предложишь вашу с ним свадьбу. Чтобы заткнуть остальных.
Хеледд начала мерить комнату шагами, одновременно потирая виски пальцами одной руки. Наваливалась мигрень.
— Он никогда не готовился к правлению и на троне будет еще бесполезнее Драммонда. А учитывая, что он и двор все время будут цепляться к каждому моему действию только потому, что я была женой прошлого короля, и рано или поздно это все равно приведет или к бунту, или к мятежу или к гражданским распрям, проще убрать его сразу. Он же все-таки этот… смотритель пустоты. А, значит, предатель.
Собеседники замолчали на несколько секунд.
— А как вы надеетесь справиться с Векти… — Девирн только подал голос.
— Не ваше дело.
— А говоришь, не политик, — протянул стратий Молдвинн вполне одобрительно, игнорируя выпад дочери в сторону Продия. — Извини, — он кивнул в сторону королевы, у которой все еще краснела щека. — Я был неправ.
— Не в первый раз, — Хеледд твердо поднялась. — Впредь советую лучше помнить собрание после войны, отец. Нельзя в одного одолеть пятерых. Не хочешь погибнуть смертью предателя, держись союзников. И, чтобы ты там ни выдумал, — королева взглядом прошлась по лицам Девирна и Валиссы, — я — лучший из них.
Хеледд приблизилась к двери и постучала. Стражи её отца, из самых близких и доверенных Брайсу людей, отворили и немым поклоном. Кабинет Молдвинна всегда стерегли только они. Может, отец прав в том, что не доверяет толком никому? — подумала Хеледд, уходя. И даже ей.
Брайс, тем временем, переглянулся с Продием. Внешне тот был невозмутимым, но в глазах обоих мужчин читалось тайное ликование. Хеледд склонна к скандалам, но какие бы истерики её ни вели, в конечном пока она занимает на шахматной доске место ферзи, все будет идти в их пользу.
P/S: так и хочется написать что-нибудь в духе: "На самом деле, Темный Архонт — это король Драммонд! или Брайс Молдвинн!", но очевидно же, шутка будет так себе.
Три смотрителя и гном разбили вечерний бивак недалеко от южного Ас-Хаггардского тракта. Они шли весь день вдоль большака до более или менее сносного укрытия весь день молча. Привычка предыдущего странствия, когда нужно было во что бы то ни стало быстрее достичь безопасного пристанища, подгоняла их до вечера, пока они не поняли, что сейчас в подобной спешке в самом деле не было необходимости. Тут, в уцелевшей половине Ас-Хаггарда, к Смотрителям Пустоты всегда относятся с определенной приязнью — возможно, древняя память подсказывала, что прежние хозяева, теократы, были куда страшнее оскверненных охотников на исчадий.
Вскоре они устроились. Мужчины в молчании принялись за еду, чародейке кусок в горло не лез. Она, уперевшись в колено локтем, привалилась к руке головой и терла висок. Наблюдая за ней, Дей вдруг вспомнил её лицо в пещере, по которой они убегали из подземного города мертвяков — исполосованное черными жилами, которые её не красили, а его, Диармайда, пугали. Потеря Редгара только-только начала укладываться в голове, и чем яснее становилось это осознание, тем страшнее становилось лейтенанту.
— Данан, не изводи себя, — посоветовал Стенн. — Поешь.
Она качнула головой: мутит. Потом вдруг подняла на гнома глаза и позвала:
— Стенн?
Гном дураком не был — знал, что до этого разговора дойдет. Потому и молчал всю дорогу — обдумывал, что ответит. Собравшись с духом, Хольфстенн глубоко вздохнул, так что широко разошлись плечи и грудь.
— Я думаю, после Даэрдина будет очень трудно попасть в Таз’Гарот. Равно как и в обратном порядке, потому что дорога ляжет через владения темных эльфов. У вашего старика… у Редгара не осталось там каких связей?
Данан пожала плечами: кто б знал.
— Едва ли, — ответил за чародейку Дей.
— Что ж, в таком случае острый топор не будет вам лишним. В любой дороге.
Данан не поднимала головы, глядя в землю, улыбнулась коротко, с облегчением.
— Спасибо, — шепнула она. — И тем не менее, ты не обязан этого делать.
— В общем-то, сейчас все обязаны. Я не знаю, что из себя представляет Пагуба, но знаю, что представляют исчадия Пустоты. В подземельях немало мест, которые прежде были наши, а теперь — их. Гномы… — Стенн вдруг стал серьезным. — Ты знаешь, да, гномы знают об исчадиях не меньше, чем смотрители. А, может, и больше. В доме меня ждут только горн и огонь, и они, я тебе скажу, от исчадий не защитят.
Борво вдруг кивнул и сказал, наконец, тем тоном, какого от него Дей и Данан не слышали с тех самых пор, как они покинули лагерь короля Драммонда:
— Есть только наш руки и наши мечи, чтобы сделать хоть что-то.
Данан приняла это, как готовность Борво хотя бы на время унять подозрительность и плыть с ними в одной лодке.
— У кого-нибудь есть карты?
— Да, — отозвался Дей, подсаживаясь ближе. На вопросительный взгляд чародейки он ответил: — Фирин принес вместе с твоим новым посохом.