Теневой клуб
Шрифт:
— Шерил, на два слова?
— Конечно.
Она поцеловала Рэндала в лоб, и братец, до отказа накачанный снотворным, нашёл всё же в себе силы поднять руку и утереться.
Мы вышли в холл.
— Ты тоже считаешь, что остальные шуточки сыграл Тайсон? — задал я прямой вопрос.
— Конечно, — кивнула она.
— И с Остином тоже? — докапывался я. — Это тоже Тайсон?
— Думаю, д-да... — Шерил пожала плечами, глаза её забегали. Вот это-то и было самым подозрительным: не в характере Шерил прятать глаза. Ну разве что ей
Пора прибегнуть к блефу. Блеф по отношению к Шерил — это гадко и мерзко, но я должен был это сделать. Ситуация вышла из-под контроля; и если мои подозрения подтвердятся — мы все в такой беде, что хуже ничего и быть не может. Если я хочу узнать правду, мне придётся устроить грязный трюк.
— Ты врёшь! — отчеканил я ей в лицо.
— Что?
— Я знаю, что Тайсон этого не делал! — гнул я. — Это сделала ты.
Её лицо приняло выражение, какое бывает у крючкотворов-законников: оно появлялось у Шерил всегда, когда она искала аргументы, которыми пригвоздила бы своего противника к ковру.
— Как ты смеешь обвинять меня в чём-то подобном, Джаред Мерсер! Я полагала, что мы доверяем друг другу!
— Мы доверяем, но это сделала ты!
— У тебя нет доказательств!
— У меня есть доказательства, — солгал я. — Я видел тебя. Я видел, как ты подкладывала там эти камни, просто не хотел ничего говорить до нынешнего момента. Я видел тебя, Шерил!
На несколько секунд моё сердце словно перестало биться; я мог бы поклясться — сейчас со мной случится инфаркт. Если я ошибаюсь, то эта маленькая неправда положит конец нашей с Шерил долгой дружбе. Если же я прав, то дело обстоит ещё страшней. Куда ни кинь, всюду клин.
Шерил ещё какое-то время смотрела на меня с тем же сердито-адвокатским видом, а затем выражение гнева на её лице померкло.
— Тебе следовало сказать мне раньше, — проговорила она. — Так нечестно! — Она на мгновение отвела взгляд, потом снова взглянула на меня. — Ну ладно, ладно, это сделала я, — призналась она. Я прикусил губу и приложил все силы, чтобы не выказать своих чувств. — Ради тебя! Я не предполагала, что он так сильно поранится. Я рассчитывала, что он только немножко оцарапается, и ты бы тогда смог принять участие в окружной Олимпиаде. Ведь ты этого так хотел!
На краткий миг у меня возникло тошнотворное ощущение, что передо мной не Шерил; что это какое-то злобное, омерзительное создание приняло её форму, но внутри осталось всё таким же тёмным и зловредным. Однако ощущение быстро прошло, и я осознал, что передо мной всё та же Шерил, такая, какой была всегда, а то, что я увидел в ней — это отражение моей собственной сущности. Эта мысль была ужасней всего. Как будто в нас обоих — да нет, во всех нас — в момент образования Клуба вселилась какая-то страшная зараза и принялась расти...
— Ты же хотел этого! — простонала Шерил. — Ты сказал вчера, что хочешь, чтобы с Остином стряслось несчастье!
Она права, я действительно так говорил. Моей вины во всём этом было столько же, сколько и её.
— А другие проделки, Шерил?
— Нет, это не я, честное слово, не я! Я — только одну эту! Только одну! Остальные — Тайсон!
Так я и думал. Сомнений не осталось. А я-то считал, что подстава, которую устроил нам Тайсон — самое плохое, что могло бы с нами случиться! Нет — вот это было куда хуже. Я попятился от Шерил.
— Мне ужасно жаль! — запричитала она. — Не смотри на меня так! Я лишь хотела тебе помочь. Прости меня!
Я не мог больше находиться рядом с ней. Я не знал, смогу ли вообще когда-нибудь снова просто стоять около неё, уже не говоря о том, чтобы взять её за руку или поцеловать. Вид Шерил стал мне невыносим, поэтому я развернулся и побежал.
— Джаред!.. — закричала она мне вслед, но я не остановился. В её голосе звучали слёзы. Я никогда не видел, чтобы Шерил плакала, и в тот миг не дал себе шанса увидеть, потому что убежал, так и не оглянувшись.
Я выскочил в вестибюль и, промчавшись мимо моей озадаченной мамы, устремился к выходу. И в то время, как я, ни на секунду не снижая скорости, летел навстречу холодному осеннему вечеру, до меня начало доходить подлинное значение моего открытия.
Грин был прав!
Грин был целиком и полностью прав с самого начала. Истина состояла в том, что за всеми — за всеми! — этими неприглядными делами стоял Теневой клуб, но мы об этом даже не догадывались. Шерил навредила Остину ради меня, Рэндал — Эрику ради Даррена, Джейсон — наверняка это был он — взорвал аквариум Дрю ради Рэндала... Самое поразительное, что каждый сделал это втайне от других, не зная, что затевали остальные, и все были убеждены, что остальные трюки сыграл Тайсон.
«Что я наделал?» — думал я. Тайсон был самым невинным из всех нас!
Я мчался по дороге, ни на секунду не замедляя скорости. Я пробежал все три мили до берега океана, и моя майка с надписью «Гофер» насквозь пропиталась потом. Приближаясь к обрыву, я вдруг понял, что и Грин, и Тайсон были правы ещё в одном: Теневой клуб вовсе не был клубом — он был бандой. Конечно, мы не орудовали ножами или пистолетами, но вреда причинили не меньше обычных бандитов. Ненависти оружие не нужно.
Мы были бандой, а я был в ней заправилой. Вожаком банды.
Океан ярился, штормовые облака клубились над головой. Было уже шесть вечера, солнце давно село. Я обыскал всю узкую прибрежную полоску, но не нашёл ни Тайсона, ни кого-либо из членов Теневого клуба. Тогда я направился в Стоунхендж.
Я пронёсся сквозь лес и с размаху прыгнул в яму, в общем, не слишком рассчитывая, что обнаружу там кого-нибудь; однако я ошибся: утонув в глубокой тени, сидели четверо членов Клуба — мокрые и дрожащие. У всех на лицах было написано нечто среднее между ужасом и потрясением.