Теневой клуб
Шрифт:
А вот Мартин Брикер весь день чувствовал себя словно в раю.
Как и говорил Джейсон Перес, Дэвиду Бергеру с его серебряной трубой доставались все соло и его частенько звали играть в бэнде старшей школы. В этот уикэнд состоялся футбольный матч, и соло, которое исполнил Дэвид, ни он, ни его коллеги-музыканты не забудут до конца своих дней.
План, который придумала О_о, был довольно прост, зато опасен: существовал риск попасться, поскольку проделать всё надо было среди бела дня, сидя под трибуной. О_о
Музыканты разогрелись и приготовились играть. Джейсон сообщил нам, что Дэвид не вступит до тех пор, пока не настанет его соло, и это устраивало нас как нельзя лучше.
После разогрева Дэвид положил трубу рядом с собой на скамью. Он не заметил, как мгновением позже инструмент утащили под трибуну, а ещё через мгновение вернули в точности на то же место, с которого стянули.
Началась музыкальная заставка, Дэвид встал, чтобы исполнить соло, дунул в мундштук и... из раструба выбулькнул огромный ком зелёной слизи. Эту бутафорскую слизь можно купить в любом магазине игрушек, но какая разница — всё равно она ужасно противная, вот что важно. Дирижёр и половина футбольной команды оторопело уставились на Дэвида.
А тот, не врубившись, задул ещё сильнее в свою дудку, и зелёная слизь разлетелась фонтаном, забрызгав весь бэнд. Музыканты, похоже, решили, что настал конец света. Они завопили и кинулись кто куда, а Дэвид опять дунул, выстрелив очередной порцией зелёной мерзости; труба при этом издала неприличный звук. Через десять секунд трибуна опустела: музыканты сбежали в раздевалку — содрать с себя замаранную одежду. Остался лишь Дэвид, который с багровой физиономией продолжал заплёвывать трибуну слизью.
Наш следующий трюк был самым рискованным, во всяком случае, до сих пор. Исполнение легло на меня, потому что настала моя очередь. Шерил с Рэндалом присоединились в качестве наблюдателей.
Среда. Полночь. Мы стояли на улице рядом с открытым окном спальни Дрю Лэндерса.
— Может, придумать что-нибудь другое? — засомневалась Шерил. В доме не светились огни, и мы были почти уверены, что Дрю спит, но кто его знает...
— Ни за что! — возразил Рэндал. — Это же такая классная шутка! Лучше не придумаешь. Мы должны это проделать. Однажды Дрю уснул на математике, так его никак не могли разбудить. Пришлось медсестру вызывать!
Шерил повернулась ко мне.
— Если ты по-прежнему настроен решительно, я с тобой.
Я улыбнулся и, осторожно вынув раму с сеткой от насекомых, влез в открытое окно.
Ну и комнатка была у Дрю Лэндерса. Правда, моя временами тоже могла бы нагнать страху, но эта... Настоящий свинарник. Невозможно было шагу ступить, чтобы под ногой что-нибудь не хрустнуло.
Дрю сладко дрых под целым ворохом одеял. В углу спальни ревел воздушным фильтром огромный аквариум — так вот, храп Дрю полностью заглушал его.
— Ты только глянь на это! — прошептал Рэндал, указывая на ряд кубков и призов, выстроившихся на полке над аквариумом. Шерил приложила
Напрасные тревоги — Дрю ничего не слышал, знай себе храпел. Я осторожно отвернул одеяло с его ступней. На них красовались грязные носки. Потихонечку, дюйм за дюймом я стянул их, и через некоторое время получил возможность обозревать стопы Дрю, от которых на меня мощно пахн'yло хлоркой пополам с уксусом, во всей их красе. Я протянул Шерил руку, и она вложила в неё пузырёк с лаком для ногтей.
Как мы и рассчитывали, Дрю, вскочив утром с постели, не стал заморачиваться сменой носков; а через пятнадцать часов после того, как мы покинули его дом, сгорающий от стыда Дрю Лэндерс был вынужден объяснять всей команде пловцов, как так получилось, что ногти на его ногах выкрашены в ярко-красный цвет.
Эрик Килфойл, звезда баскетбола, был потник. Не в том смысле потник, которым покрывают лошадь, а тот, с которого во время матча пот течёт ручьями и собирается в лужицы на полу. В его случае толку от дезодорантов и всяких там антиперспирантов было мало, однако, согласно сведениям Даррена, Эрик, перед тем как выходить на площадку, всегда обильно умащал ими подмышки.
Трюк, который Эбби придумала для Эрика, оказался сложнее, чем мы думали —потому что нам не только предстояло подменить флаконы с дезодорантом, но и сделать так, чтобы Эрик даже не заподозрил, чем он там мажет свои подмышки. В конце концов нам пришлось в точно рассчитанный момент времени вырубить в раздевалке свет, и таким образом ни Эрик, ни кто-либо из его товарищей по команде, не догадался, что, собственно, происходит.
Когда из тёмной раздевалки в спортзал высыпали баскетболисты, мы уже расположились на трибунах. Даррен, который был на площадке, нашёл нас глазами и подал знак «всё в порядке».
Разминку баскетболисты проводили в плотных тренировочных костюмах. Перед началом игры они их сбросили и остались в командной униформе. Эрик, похоже, уже начал обильно потеть.
Ему пришёл высокий мяч, и Эрик, само собой, подпрыгнул, воздев руки. В азарте матча никто, кроме судьи, не заметил, что творится с его подмышками. А вот у судьи свисток выпал изо рта.
Мячом овладела команда соперников. Эрик помчался на защиту к своему кольцу и вскинул руки. Теперь все увидели, как из его подмышек сочится светящийся зелёный пот, уже промочивший бока его майки.
Капитан команды соперников продриблил мяч вокруг обороняющихся и вдруг остановился как вкопанный, увидев, что у Эрика назрела небольшая проблема.
— Эй, чувак, что с твоими подмышками? — вопросил парень с мячом.
Закон природы: когда кто-нибудь упоминает твои подмышки, ты не состоянии удержаться — просто обязан проверить, даже если баскетбольный матч в самом разгаре. Эрик сунул левую ладонь в правую подмышку и вынул её оттуда всю измазанную фосфоресцирующей зеленью. Капитан соперников бросил мяч над головой замешкавшегося Эрика и заработал пару очков.