Тень ястреба
Шрифт:
Ахимас накинул сюртук и сказал:
— Я готов.
— Я захожу, и чтобы без глупостей. Руки держи на виду, — ответил солдат и зашелестел ключами.
Дверь открылась, и перед Ахимасом предстал высокий солдат с винтовкой Герсонгер 33–30, за спиной. Он молча подошел и надел наручники на Ахимаса.
— Теперь шагай!
Ахимас вышел в тюремный коридор.
Камера напротив, где еще вчера было много людей, опустела.
— Повернись! Теперь прямо по коридору, — скомандовал солдат и пошел
Так, молча, они прошли несколько долгих коридоров и лестниц, пока наконец не оказались перед выходом во двор. Здесь стоял неприметного вида серый экипаж, запряжённый хилыми лаорскими кобылами. Около экипажа стояло четверо агенорских гвардейцев с винтовками. Один из них открыл дверь экипажа. Внутри Ахимас увидел вчерашнего офицера.
— Господин, Эйрингросс, — сказал Ахимас.
— Господин, Арден, вечно сиять. Садитесь.
Ахимас подошел к экипажу. Его руки все еще были в наручниках. Он встал на подножку экипажа, и чуть пошатнувшись, шагнул внутрь. Главнокомандующий закрыл дверь и скомандовал кучеру:
— Трогай!
Ахимас сел на мягкое, обтянутое кожей сиденье. Оно скрипнуло. Наемник взглянул в лицо военному и спросил:
— Так, что вы решили, господин Эйрингросс?
— Вы еще не поняли?
— Нет. Если бы не они, — Ахимас показал наручники, — я бы решил, что мы едем за город. Где вы… — Я думаю, поняли, к чему я.
— Нет, вы ошибаетесь.
— В таком случае, куда мы едем?
— Мы едем ко мне домой.
— Вот как. Тогда не могли бы вы снять с меня наручники? А то все как вчера!
— Пока что рано. Сниму на месте, — отрезал Эйрингросс.
— Далеко нам ехать?
— Не слишком. Я живу недалеко от Баль-Бинарэ, на Эмиссар-Адвиранс.
Ахимас аккуратно отодвинул одну из занавесей на окне и поморщился.
На торце дома висел огромный баннер. На нем непропорционально и уродливо был изображен человек в фартуке. Он указывал пальцем перед собой. «Не ограничивай себя! Посети выставку произведений живописи, созданных мастерами бухгалтерии завода скобяных изделий! Вдохновись и вдохнови других!» — было написано тошнотворно безвкусным шрифтом.
— Ужасно? Не правда ли? — спросил Дорий. Ахимас кивнул.
— Пугающе, — сказал наемник.
— Закройте вы занавеси! Я ездил за вами инкогнито. Никто не должен видеть нас вместе.
И еще кое-что: сейчас у меня дома находится один из ваших старых заказчиков — Бирон Бененгрей.
— Стоп! Вы знаете Бененгрея?
— Да я его знаю, — сказал Эйрингросс. — Будьте благодарны ему. Ведь он настоял на том, чтобы я вас освободил. Когда мы приедем, молчите о том, что произошло вчера во дворце. Он не должен знать о покушении. Вы меня поняли? Не заставляйте меня жалеть, о принятом решении.
— Хорошо. Я даю вам слово молчать.
Экипаж
— Это ваш дом?
— Я снимаю его. Мой дом сгорел во время захвата Эрнбурга рунами, — ответил Эйрингросс, выходя из экипажа.
— Понимаю, сам пережил подобное, — согласился Ахимас и сошел на мостовую. Рядом, десятком шагов правее, стоял знакомый, механический экипаж хаилина.
Ожидавший на крыльце особняка дворецкий обратился к Дорию:
— Добро пожаловать, ваше высокоблагородие. Господин Бененгрей ждет в гостиной. Обернувшись на Ахимаса, он сказал: — А вам вечно сиять, господин.
— И да светиться во все времена, — ответил Ахимас, проходя в открытую дверь.
— Дорий, это чудовищно! Господин Арден в наручниках! Мы, кажется, обсудили это вчера? — возмутился хаилин, и его серая шерсть встала дыбом.
— И вам вечно сиять, господин Бененгрей, — невозмутимо ответил Дорий Эйрингросс, доставая из кармана связку ключей. — Позвольте ваши руки, Ахимас.
Наемник протянул вперед обе руки. Главнокомандующий раскрыл наручники.
— Теперь я могу считать себя свободным? — спросил Ахимас.
— Вы свобод… — начал Бененгрей
— Этот вопрос по-прежнему открыт, господа, — оборвал Эйрингросс.
— Открыт? — спросили Бирон и Ахимас хором.
— Расскажу вам про задание, которое вы должны выполнить, — сказал Дорий.
— Задание?
— Да, Ахимас, вчера в ресторане, вы согласились помочь мне в расследовании, — сказал министр Бененгрей. — Господин Эйрингросс, как и я, обеспокоен произошедшим на производствах в Грегорбонне.
— Так, это вы тот министр, считающий, что это диверсии? — уточнил Ахимас.
— Бирон, вы говорили про меня, находясь в «Океанской глубине»? — обратился к хаилину, Дорий.
— Я не называл вашего имени.
— Ну хорошо. Приглашаю вас в мой кабинет. Прошу за мной, — сказал Дорий.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Ахимас сказал идущему справа хаилину:
— Бирон, прошу прощения, что не смог появиться вчера на встрече.
— Все в порядке, Ахимас. Мне известно, что было с вами вчера.
— Известно? А что вы слышали?
— Господин Мальтомайн Равер-Рид, собирался отправить вас в Рунаборг, как преступника. К счастью, Дорий смог помочь вам.
— То есть вы рассказали Дорию про меня? Я просил не сообщать никому моего имени.
— Господин Бененгрей не говорил вашего имени, — сказал Дорий. — Я сам узнал, что вы работали на него раньше. Когда вы попали в тюрьму, я, разумеется, об этом узнал первым.
«Оказывается вот оно как, — подумал Ахимас. — Да, Дорий перестраховывается, врет, скрывает правду от Бененгрея».