Тень ястреба
Шрифт:
— Политика. Я что-то слышал, про подобные парады в других, захваченных рунами странах. Аполо Фольредору постоянно нужно напоминать про себя и свою проклятую религию! Рунаборг хочет, чтобы все население Валлеврвена стало носителями смешанных частиц. Они называют это «человек духовный»! Так, что наверняка какой-нибудь новый бред про таланты представят!
— Да, Фольредор — гадина склизкая! Всех, кто до сих пор что-то умел, извел подонок! Но ты мне скажи, зачем вчера, рунаборгские солдаты ходили по улицам и долбили во все двери? Они вручали обладателям чистых частиц бумажку
— Это в самом деле что-то новое, — сказал Ахимас. — Не удивлюсь, что это некая хитрость! От рун всегда жди беды! Возможно, они хотят что-то сделать с этими людьми. Во сколько парад начнётся?
— Ну, в районе двух часов дня.
— Тогда я успею.
— Успеешь… Успеешь… Рунам в застенок! Да, вижу, ты уперся! Не? Не послушаешь моего доброго совета?
— Нет. У меня мало времени.
— Ну и ладно валите господин А. Авось и пронесет. Эльфа только опасайся, того, что рестораном владеет.
«Забавно, ведь мне к нему и нужно», — подумал Ахимас и сказал:
— Ты не первый, кто мне это советует. Значит, с ним, действительно не все чисто.
— С ним нечисто все! Так, я я тебе скажу.
— Сможешь обозначить на карте маршрут к ресторану? А я пока соберусь.
Ахимас поднялся с кровати и прошел к аквариуму. За ним стоял ранец. Он достал из него карту и десять риппэ. Сзади подошёл Леонардо и молча принял из рук Ахимаса то и другое. Он сел за стол и стальным пером, набросал на карте линию и красный крестик, точь-в-точь как на пиратских картах.
— Стаж, — вырвалось у Ахимаса. Он вспомнил, как это говорил Кротен про Ульхрюля. Леонардо на момент обернулся.
— Ага, — согласился он, а затем, сделав еще несколько надписей на оборотной стороне пергамента, вручил карту Ахимасу.
— Рыбы голодны, — сказал Бармен Леонардо и отправился рыться в ящике стола, видимо, в поисках корма. Попутно он рассказывал Ахимасу детали маршрута.
Наконец, найдя плоскую жестяную банку в недрах стола. Леонардо взял из нее пригоршню сушёных, красных червячков и коварно, подобно Хоргу — злобному богу тьмы запустил эту массу в аквариум к рыбёшкам. Черно-белые чопории, жадно накинулись на кроваво-красное угощение.
Глава 9. Под куполом
День в самом деле был самый неподходящий для того, чтобы преодолеть путь в совершенно противоположную точку Эрнбурга. И виной всему был готовящийся парад. По улицам гарцевали конные отряды рунаборжцев. Какие-то военнопленные нуараны таскали большие деревянные ящики туда-сюда, катили в гору тяжелые повозки, накрытые непроницаемой тканью, а простые горожане неспешно, подобно прудовым улиткам, угнетенно ползли вверх, в сторону проспекта Баль Бинаре. Их вялое движение сопровождалось пристальным вниманием небольших группок солдат в белых мундирах, дежуривших на каждом углу во главе с рунаборгским офицером.
И вот одна из таких групп, дежуривших
— Назовите ваше имя! — велел старший офицер в идеально белом мундире. Он широко демонстративно улыбался.
— Эрнст Рэйнхорн, — Ахимас назвал новое имя.
Офицер потребовал документы. Лицо Ахимаса ему показалось знакомым. Глядя на него, офицер нахмурил лоб, но продолжал улыбаться из-за чего, его собственное лицо стало еще менее естественным. Он долго пытался вспомнить. Но, словно что-то не давало ему. Внешность Ахимаса не совпадала полностью ни с одним знакомым ему образом. Когда Ахимас протянул ему ундоскопию и медальон, офицер тщательно ее изучил. Он несколько раз прикладывал медальон к особому прибору, издававшему звон, а затем спросил:
— Вы впервые в Эрнбурге?
— Можно и так сказать. — ответил Ахимас.
— А я вас видел где-то раньше?
— Вероятно, в Осваннских газетах.
— Какова ваша цель посещения Агенориды?
— Торгово дипломатическая миссия. Я промышленный представитель.
— Да, конечно же! Представитель, — сказал офицер, расслабив наконец лоб. — Для чего вам оружие? У вас же есть лицензия?
— Да, вот этот документ, — спокойно ответил Ахимас.
Изучив документы, Рунаборжец сказал:
— Тут указана самооборона. Для чего вам самооборона?
— Время неспокойное.
— Как неспокойное? — Искренне удивился Офицер и переглянулся с другими солдатами. На лицах всех читалось недоумение. — Индекс счастья в Агенориде растет с каждым месяцем! А сегодня, люди особенно счастливы, ведь пройдет великий парад! Как тут кто-то может проявлять Агрессию? Нет, вы точно вводите нас в заблуждение! Вы же не озвучиваете эти в корне неверные мысли другим гражданам? Да? — лицо офицера помрачнело.
— Нет, офицер. Я вообще не люблю свои мысли озвучивать.
— Хм, — сказал офицер. — А это подозрительно! Человек, который много думает, но не говорит что думает!
— У нас в Осванне принято думать о науке и технике! — успокоил рунаборжца Ахимас.
— Да, просим прощения! Важному лицу вроде вас это совершенно позволительно! И, даже оправданно! Но, вы тоже приходите на парад, господин Рэйнхорн! Уверен, это поможет в вашей деловой миссии!
— Обязательно приду!
— Хорошего дня!
— Вечно сиять! — попрощался Ахимас.
Но когда он уже отходил, офицер вновь его окликнул:
— Постойте!
Ахимас обернулся. Офицер пристально вгляделся в его лицо. Он снова подумал, что где-то уже видел этого человека, но так и не смог вспомнить.
— Нет, все в порядке. Идите. — вновь сказал он.
Площадь, куда Ахимас направлялся, называлась Религио Квенси. По пути туда он потратил немало нервов. Центр проспекта Баль Бинарэ, был оцеплен солдатами. И Ахимасу пришлось пробираться окольными путями, сворачивая из одного переулка в другой. В одном из них Ахимас встретил мальчика, лет 12, который расклеивал плакаты розыска с его, Ахимаса портретом. За 60 риппэ, он купил у мальчика всю стопку плакатов. И безжалостно разорвал.