Тень якудзы

Силлов Дмитрий Олегович

Стас сидел на кровати хмурый, как грозовая туча. На его бедре красовался огромный пластырь, прикрывающий свежие швы.

— Ничего особенного, — пробурчал он. — Вспоминал прошлое, намекал, что слишком деловые герои часто исчезают не проснувшись. Говорил, что Путь — это Путь, а не дорога из шпал и двух рельсов. Ну, естественно, в этом ключе все сводилось к эзотерике, любви к ближнему, к верности клану и все такое. Ч-черт!

— Не дери пластырь, заразу занесешь, — сказала

Александра, присаживаясь на край кровати.

Собрав роскошную гриву в пучок на затылке, она заколола ее двумя длинными спицами и от этого стала здорово смахивать на японскую девушку со старого календаря советских времен.

— Насчет «герои не проснувшись» — это ты Басё имел в виду? Кстати, о любви к ближнему — знаешь, есть легенда, что Басё имел привычку ребром ладони отрубать головы тем, кому не нравились его рэнга.

— Понятия не имею, Басё — не Басё, — сказал Стас. — Это ты у нас всякими хайку-танками увлекаешься. Куда уж нам сирым, неграмотным…

— Кончай строить из себя сиротку Хасю, — сказала Александра. — И пластырь не дери, говорю тебе.

— А ты мне не мать Тереза, — огрызнулся Стас. — И с кровати свали. А то зайдет кто…

— И что? — язвительно осведомилась Александра. — Боишься, что не успею вскочить и поклониться: «Чего изволите, мой повелитель?»

Стас прихлопнул слегка намокший от выступившей крови пластырь на место.

— Слушай, я, конечно, все понимаю…

Он запнулся.

Справа к кровати приближалась пантера. Глаза ее горели нехорошим огнем.

— Кровь, — прошептала Александра. — Она почуяла запах крови…

Сяпа прыгнул молча.

Стас схватил подушку и успел прикрыть шею. Длинные клыки пантеры пробили материю и запутались в горе модных мягких шариков, которыми была набита подушка. Одна из когтистых лап пробороздила спинку кровати. Другую лапу Стас успел перехватить в нескольких сантиметрах от своего правого бока.

Мускулы гиганта вздулись и, словно туго натянутые канаты, заиграли под кожей, борясь с колоссальным напряжением. На несколько секунд человек и зверь застыли в страшной и прекрасной композиции. Но потом пантера рванулась и замотала головой, освобождая пасть от набившихся в нее шариков. Одновременно она засучила лапами, сгребая простыни и бороздя когтями все, что попадалось под костяные лезвия ее лап. Одно из них чиркнуло по бедру Стаса, содрав пластырь и вспоров свежие швы.

Стас зарычал от боли и ярости, перехватил рукой вторую лапу животного и ударил лбом в нос пантеры. Та мотнула башкой, издала что-то среднее между рычанием и жалобным мявом…

— Нееет!!! — заорал Стас.

Но было поздно.

Зверь резко

ослабил хватку и черным атласным мешком повалился на грудь хозяина…

Стас рывком сбросил с себя безвольное тело животного и вскочил с кровати.

— Ты чего сделала, сука?!!! — закричал он.

На кровати лежала мертвая пантера. Из ее уха торчала стальная спица-кансаси.

— Кажется, сука только что спасла тебе жизнь, — равнодушно сказала Александра, с неженской силой выдергивая кансаси из уха животного. Голова пантеры дернулась, из ее уха на простыни потекла тоненькая струйка крови.

Стас сделал шаг, замахнулся… и остановил удар, наткнувшись на пронизывающий взгляд молодой женщины.

— Не забывай, зачем мы здесь, — тем же равнодушным голосом произнесла она. Потом медленно вытерла кансаси о простыню, поправила слегка растрепавшуюся прическу и воткнула спицу на прежнее место.

— Я бы справился, — выдохнул Стас, сползая по стене на пол. Из его ноги на пол частой дробью капала кровь, но Стас не обращал на рану ни малейшего внимания. Он закрыл лицо руками и застонал.

— Сяпа… Это же был Сяпа… Как ты могла…

— Еще немного — и этот твой Сяпа порвал бы тебя, как ту подушку, — произнесла Александра, отрывая от простыни длинную полосу. — Дай ногу перетяну…

Она шагнула было к Стасу…

— Уйди!!! — страшно, по-звериному заревел гигант. — Уйди отсюда на хер, сукааа!!!

Последний выкрик закончился жутким, нечеловеческим воем. Александра остановилась на мгновение в нерешительности, потом ее губы скривились в презрительной усмешке.

— Ну и пошел ты… вместе со своей падалью.

Последние слова, правда, она пробормотала про себя. Но Стасу сейчас, видимо, было наплевать и на нее, и на то, что она говорит. Он встал, держась за стену, подошел к кровати и лег рядом с мертвой пантерой, обняв ее за шею.

Под двумя неподвижными телами по простыням медленно расползалось темно-красное пятно. Кровь зверя и человека, смешиваясь между собой, постепенно пропитывала материю, превращая рваные простыни в чернобордовое покрывало.

Александра вышла из спальни и, достав из кармана халата крошечный мобильник, набрала номер.

— Афанасий, — сказала она в трубку. — Срочно к шефу. Он в своей спальне. Захвати аптечку, пару носилок и четырех своих амбалов. Ничего не случилось, приедешь — увидишь. И, кстати, может понадобиться пистолет со снотворным. Нет, не для Сяпы. Для него. Он меня к себе не подпустил и, думаю, никого не подпустит. И не надо ему перезванивать. Давай быстрее, если не хочешь, чтобы он кровью истек…