Тень в зеркале
Шрифт:
— Может, ты хочешь, чтобы я сообщил об этом Совету и самому Мендарку? — иронически спросил Траск, обнажив в безбрежной улыбке все свои огромные зубы, прямоугольные, как надгробные плиты. — Что ж, я могу сгонять в Туркад хоть завтра.
Туркад был крупнейшим городом на Мельдорине, находившимся в нескольких неделях пути на восток. Это был древний, прекрасно укрепленный и богатый город, кишевший тем не менее попрошайками, которых там было что червей в зловонной выгребной яме. С незапамятных времен в Туркаде проживал и Мендарк, коварный и изворотливый Магистр Совета Сантенара.
Вистан
— Мендарку! Раньше ледяная бездна содрогнется от своей пустоты, чем я сделаю этому мерзавцу еще одно одолжение! До сих пор не могу простить ему того, что он вынудил меня принять в Школу Лиана!
Вистан вытащил из украшенной эмалью табакерки щепотку нюхательного табака, засунул ее себе в ноздрю, залился пунцовой краской и громко чихнул. Траск протянул ему свой зеленый шейный платок, которым Вистан вытер заслезившиеся глаза.
— Но ведь Лиан — гордость нашей Школы, — заметил Траск.
— Где бы он сейчас был без нашей Школы? Обратись он ко мне, как все остальные, я, возможно, и сам принял бы его, хотя он всего лишь жалкий дзаинянин. Зачем Мендарку летописец из дзаинян? Чего он хочет от него взамен? Боюсь, Школе это не принесет пользы!.. Пошли! Нам надо в библиотеку.
— Но ведь сейчас два часа ночи! — запротестовал было Траск. — Даже Лиан, наверно, уже в постели. — Впрочем, возражал он лишь для виду, зная, что Вистан почти не спит и не откажется от своего замысла.
— И уж конечно, с одной из моих студенток! — фыркнул Вистан. — На, неси! — Он сунул в руки Траску пачку бумаг, затем отпер один из ящиков стола, достал оттуда витой серебряный браслет и надел его себе на запястье.
— Да, похоже, дело нешуточное, — сказал Траск. Он знал, что браслет служил ключом к сейфу директора Школы, а все попавшее в этот сейф извлекалось на белый свет только после смерти директора, положившего туда бумаги.
— Мы спрячем там бумаги, которыми Лиан доказал правдивость своего сказания. Чтобы найти их, ему потребовалось четыре года, и вот теперь никто их больше не увидит, пока я жив.
Траск ни о чем не спрашивал. Вистан закрыл за собой дверь и пошел вслед за начальником стражи через широкий зал, пол которого был выложен терракотовыми плитами. На стенах висели портреты прославленных летописцев, давно умерших и ныне живущих. Траск указал пальцем на пустое место на стене.
— А что, Лиана уже рисуют? — весело поинтересовался он. Вистан поморщился:
— Боюсь, это ему не грозит.
Траск с директором вышли из здания Школы через боковую дверь. Начальник стражи поднял лампу, чтобы осветить извилистую тропинку, хотя оба они и с завязанными глазами смогли бы пройти по ней между высоких кустов лаванды и розмарина до самой Библиотеки Преданий, архитектурного каприза, состоявшего из больших и маленьких башен, шпилей, куполов и бесчисленных декоративных элементов на его стенах.
Вистан открыл одну из створок массивной резной двери библиотеки директорским ключом и по привычке расписался в книге посетителей.
— Какое чудовищное сооружение! — сказал он, глядя вверх на облупившийся карниз, когда-то выкрашенный не менее чем в двенадцать цветов.
— Библиотека —
— Это здание — стыд и позор Школы! Я снес бы его хоть завтра, будь у нас деньги, чтобы построить новое! Какое-нибудь простенькое и симпатичное, вроде древнего храма.
— Может, тогда стоит быть полюбезнее с Лианом. Ведь ему покровительствует Мендарк, а он купается в золоте!
— Вот еще!.. Пошли! Нам надо в архив.
Траск вопросительно посмотрел на Вистана:
— Выходит, мы спрячем все бумаги Лиана и все остальные документы, касающиеся Непреодолимой Преграды, туда, где их никто больше не увидит?
— Они содержат страшную тайну. И я должен позаботиться о безопасности своей Школы, — ответил Вистан.
Траск хмыкнул.
— Ты что-нибудь имеешь против?.. Впрочем, мне плевать! Как-нибудь обойдусь и без твоего мнения. Сейчас нужны только твои мускулы… Взять бы и сжечь эти проклятые бумаги!
После такого невероятного заявления даже добродушный Траск перестал соглашаться с директором.
— Ты что, хочешь сжечь одно из Преданий?! А зачем же нужна Школа, если их не будет?! Ты же ее директор и посвятил Преданиям всю жизнь!
— Я посвятил Преданиям всю жизнь… — тяжело вздохнув, повторил Вистан. — Да, когда-то я действительно жил только ради них. Теперь же, хотя мне это и не легко признать, доживаю свой век ради Школы и не могу допустить, чтобы ей что-нибудь угрожало.
Понадобилось несколько часов, чтобы перетащить все имеющие отношение к сказанию Лиана книги и документы с полок библиотеки в подвал, в запертый на замок архив с материалами запрещенного, опасного или непристойного содержания. В углу подвала стоял сейф в человеческий рост, где хранились особо секретные документы и свитки. Когда дело было сделано, Вистан вставил серебряный браслет в углубление на задней стенке сейфа. Под углублением открылась длинная щель. Вистан просунул в нее руку с бумагами, разжал пальцы и сразу же выдернул руку из щели, внутри которой в тот же миг что-то со стуком захлопнулось.
— Так и без руки остаться недолго, — ухмыльнувшись, заметил Траск.
— И поделом бы! Не стал бы в следующий раз перекладывать свои проблемы на плечи потомков, — ответил Вистан с недовольной гримасой. — Ладно, пусть с этим возятся те, кто придет после меня.
— А как же быть с Лианом? Ты же не посадишь его под замок, а он знает, чем доказать правдивость своего сказания.
— Пусть мелет языком сколько угодно! Ведь подлинных документов у него теперь нет. А пустые слова не доказательство. Впрочем, Лианом я, на всякий случай, тоже займусь.
— Ну, ты с ним все-таки полегче, — сказал Траск. — Лично мне Лиан нравится. Ведь им гордится вся Школа! А как он рассказывает!..
— Не говори глупости! Этот ничтожный дзаинянин действует мне на нервы. Он слишком кичится своей работой, да еще сует нос куда не следует! Он ни перед чем не остановится, лишь бы прославиться собственным сказанием!.. Он — дзаинянин до мозга костей!
— Ты что, первым бросишь в него камень?
— Да ничего я с ним не сделаю, пока он меня слушается! — буркнул Вистан.