Тень скарабея
Шрифт:
Девушка еще какое-то время надеялась на то, что ей почудилось и на самом деле в саду никого нет. Но слух, обострившийся от предчувствия опасности, уловил новые звуки, подтверждающие нехорошие подозрения. С тихим звоном разбилось оконное стекло на первом этаже, и Кейтлин, плотнее запахнув капот, выскочила из своей комнаты и кинулась вниз. Она знала: откуда бы ни пришла опасность, с чем бы она ни была связана, лучшая защита — нападение, именно этому учил ее отец. Так случилось, что, кроме нее, встать на охрану дома могла лишь Лиз, но Лиз никогда не пользовалась оружием. Мэлори стар, а Меган —
По коридору девушка кралась, стараясь не задеть ни один из экспонатов дядиной коллекции. Ступала осторожно и тихо — она даже обуваться не стала, чтобы не производить лишнего шума. Услышав неясный звук в коридоре за поворотом, Кейтлин предусмотрительно опустила руку с револьвером вниз, так, чтобы длинный рукав халата скрыл оружие, и, прижавшись к стене, на подгибающихся ногах двинулась вперед, в полной мере ощущая всю нелогичность своего поведения. Гораздо правильнее было бы запереться у себя в комнате и надеяться, что опасность минует. Но поступить так Кейтлин не могла: все же она находилась в доме не одна, и судьба остальных обитателей была ей небезразлична. Она с детства усвоила, что хозяйка — это не только привилегии, но и обязанности, главнейшая из которых — защищать.
Их было четверо, в темных удобных костюмах и кепках, натянутых на глаза. Один из них тащил не смеющую даже пикнуть Лиз. Тяжелая чугунная сковородка валялась на полу. Служанка, многое повидавшая на своем веку, судя по всему, пыталась защититься.
Кейтлин замерла, не зная, что предпринять. Грабители были вооружены, стрелять, не опасаясь, что Лиз причинят вред, нельзя, а бросать оружие глупо. Так и не составив плана действий, девушка осторожно двинулась вперед. Она слышала, что с нападающими лучше говорить — это отвлекает, но не могла выдавить из себя ни слова. Зато Лиз быстро опомнилась и запричитала:
— Ой, да что же это такое! Отпустите! Что вам могут сделать слабые женщины? Зачем же вы сюда явились, да еще ночью! Ох, господи боже мой, что творится? Люди добрые, помогите! — Последнюю фразу она прокричала на весь дом и тут же заработала суровое одергивание и тычок под ребра. Кейтлин, увидев это, едва сдержала вопль. Но угомонить Лиз оказалось не так-то просто. Голос служанки разносился по коридорам и иногда срывался на рыдания, но глаза при этом были настороженными и сухими. «Стреляй, что ты медлишь?» — читалось в ее взгляде.
— Кто к нам пожаловал? — медленно произнес один из грабителей — видимо, главный в шайке — и двинулся в сторону Кейтлин, подав знак своим людям.
Двое отправились по коридору в глубь дома, а один, который удерживал Лиз, прижал к ее горлу нож. Главарь, опрометчиво засунув пистолет за пояс, подошел к дрожащей Кейтлин и взял ее за подбородок. Девушке не нужно было изображать страх. От ужаса у нее дрожали колени и губы, а на глазах выступили слезы. Мужчина был высок, он пах дешевым спиртным и потом — запах опасности. Хотелось кричать и бежать со всех ног, но некуда. Кейтлин панически боялась. Боялась этих людей, боялась стрелять, боялась
— Маленькая мисс, думаю, уже изучила этот дом наизусть и подскажет, что здесь хранится ценного? — Низкий пропитой голос пугал еще сильнее, заставлял поддаться смятению, и девушка готова была разрыдаться. — Барон оказался несговорчивым, и его теперь нет в живых. Вы же не хотите повторить его судьбу?
— Я ничего не знаю, — против воли всхлипнула Кейтлин, до боли в костяшках пальцев сжав револьвер. — Это вы убили дядю? За что?
— Нет, не мы, но они тоже искали одну маленькую и очень ценную безделушку, которая нужна нашему хозяину гораздо больше, чем выжившему из ума коллекционеру или глупой американской леди.
— Но я действительно ничего не знаю! Вы даже не сказали, что вам нужно!
— Скажем, не переживай! Очень скоро скажем, — усмехнулся мужчина и сделал шаг вперед.
Кейтлин почувствовала горячее дыхание на своем лице, сильная рука обхватила ее за талию и швырнула к стене. Лиз заголосила громче, осыпая грабителей проклятьями, а Кейтлин механически подняла согнутую в локте руку. Дуло револьвера уперлось грабителю в живот, и дрогнувший палец нажал на спусковой крючок. Громыхнул выстрел. Руке стало горячо и жарко, а мужчина внезапно ослаб, захрипел, отплевываясь кровью, и начал оседать. В его мертвых глазах застыло изумление. Кейтлин всхлипнула и сползла по стене вслед за убитым. Девушку била крупная дрожь, а перед глазами все плыло. Мысли путались, и она почувствовала, что теряет над собой контроль.
— Мэтью! — хрипло крикнул удерживающий Лиз бандит и, видимо, ослабил хватку, потому что служанка удивительно проворно вывернулась из его рук и плюхнулась на пол.
— Я убью тебя, тварь! — заорал мужчина и кинулся вперед, замахиваясь ножом на Кейтлин.
Девушка уже подняла дрожащую руку с пистолетом, готовясь выстрелить второй раз, но сзади подоспела Лиз со сковородкой. Как следует огретый по затылку грабитель рухнул ничком на пол, а Кейтлин зарыдала в голос. Напряжение, накопившееся за ночь, вылилось наружу бессвязным бормотанием и потоком слез.
— Мисс! Мисс! — всполошилась Лиз, спешно обшаривая карманы грабителей и забирая оружие. — Не время сейчас распускать сопли! Что бы сказала ваша матушка, увидев вас в таком виде? Слезы, кровь и халат распахнут! Ну-ка, быстро соберитесь и успокойтесь, — велела она, поднимая девушку с пола и вытирая ей своей юбкой окровавленные руки. — Там же еще двое, а Меган и Мэлори, похоже, даже не слышат. Ох уж эти англичане, совсем отвыкли от опасности в своем благополучном Лондоне! Быстрее, мисс, пока не случилось беды!
Непонятный сдавленный крик донесся из коридора, и мигом взявшая себя в руки Кейтлин кинулась за служанкой по направлению звука. Невозможно было разобрать, кто кричит. Непонятно даже, мужчина или женщина. Темный коридор петлял, в конце него стояла бледная Меган в окровавленной сорочке и с ножом, зажатым в побелевших от напряжения пальцах. У ее ног истекал кровью третий бандит. Кейтлин на миг показалось, что в глазах девушки мелькают кровавые отсветы, но наваждение быстро прошло. Меган тихо дрожала и с ужасом смотрела на содеянное.