Тень прошлого

Уэбб Дебра

– Доктор Пирс, сейчас я, возможно, задам вам самый важный вопрос, – предупредила Белла. – Имеются ли у Саттера серьезные основания желать мести? – Она ждала, глядя ему в глаза.

Шли секунды: одна, две, три… Он отпил еще бурбона.

– Да.

– Хорошо. Имеются ли у него какие-либо сведения или улики, способные вам навредить?

– С профессиональной точки зрения – нет.

– А с личной? – Белла вдруг затаила дыхание.

Прежде чем посмотреть ей в глаза, Пирс допил бурбон.

– Он считает, что я убил свою жену.

– Есть ли у него веские доказательства

или причина для того, чтобы считать, что вы желали смерти жены?

Пока Белла ждала ответа, ей казалось, что сердце у нее замерло.

– Вы когда-нибудь любили так сильно, что готовы были на все, лишь бы обладать желаемым и сохранить его, когда оно стало вашим?

Он говорил так тихо, что ей пришлось напрячь слух. Если быть абсолютно честной, такие чувства она испытывала по отношению к своей работе. Работа стала главным в ее жизни. Больше не было ничего. Они с сестрой редко разговаривали и никогда не навещали друг друга. По сути, у нее не было семьи. И настоящей личной жизни тоже. Карьера и профессиональная репутация – все, что у нее осталось.

– Да, наверное, – ответила она наконец.

– Я любил жену, мисс Литл. – Он крепко сжал пустой бокал. – Больше всего на свете. Мне казалось, будет достаточно, если я буду давать ей все, чего она желает, однако этого оказалось мало. Она хотела большего, а я ничего не понимал, пока не стало поздно.

– Она полюбила другого? – спросила Белла.

– Да… – ответил он, ставя бокал на столик рядом с остывшим кофе.

– И что вы предприняли по этому поводу? – Ее поразило собственное желание оправдать его.

– Ничего. Я не обращал внимания. Надеялся, что само пройдет.

Странный ответ для человека, который гордился тем, что контролирует все стороны жизни.

– Вашим… соперником был Саттер?

– Понятия не имею. – Он поднял руки вверх. – Она унесла эту тайну с собой в могилу.

Однако Саттер оставался компаньоном Пирса еще какое-то время после ее гибели. Что-то не сходится…

– Вы не пробовали нанять частного детектива, который навел бы справки о ее… других занятиях?

– Нет. – Он кашлянул. – Не имел желания подтверждать свои подозрения. Я любил ее. Повторяю, я надеялся – даже если правдой было самое худшее, – что со временем это пройдет.

– Как вы узнали, что Саттер подозревает вас в убийстве жены?

– Может быть, он думал: если он останется близко от меня, я рано или поздно ему признаюсь… или он найдет какие-нибудь улики. – Пирс смотрел на бокал, как будто обдумывал, не налить ли еще виски. – Я понятия не имею, о чем он думал. И почему у него возникли такие мысли.

– Знал ли он, что вы догадались о романе жены?

– Наверное, да. Возможно, он считал это достаточным мотивом для того, чтобы я желал ей смерти. Откровенно говоря, никакого другого смысла в его записке я не вижу.

– Но ваша жена умерла в больнице после автомобильной аварии. Как вы могли убить ее в таких обстоятельствах?

Белла читала отчеты. Полиция пришла к выводу, что причиной аварии стала сильная метель. Как и говорил Пирс, ближайшая больница оказалась недостаточно хорошо оснащенной.

Никто из тамошних врачей не мог провести операцию, которая требовалась его жене. Рядом с ней был только доктор Девон Пирс, который также пострадал в аварии: трещина ключицы и челюсти, рана на голове – ему наложили двадцать швов, перелом носа. Он отказывался от помощи, пока состояние жены не стабилизируется. Поняв, что никто не сможет ей помочь, он попытался прооперировать ее сам. С разрывом селезенки он справился, но у нее произошло кровоизлияние в мозг. Ситуация стремительно вышла из-под контроля. Но ни доктор Пирс, ни кто-либо еще из тех, кто был на тот момент в больнице, не могли ничего сделать.

Пирс снова встал.

– У меня нет ответа на ваш вопрос. Могу лишь предположить, что Саттер сошел с ума. Если у вас больше нет ко мне вопросов, мне пора работать.

– Встретимся у вас в кабинете завтра утром, – сказала Белла, вставая.

– Обычно я приезжаю на работу к семи.

– Я приеду тоже, – не колеблясь, заявила она.

Они молча шли рядом к двери. Белла размышляла: на первый взгляд, мысль о том, что он мог убить жену, кажется необоснованной. Не было никаких свидетельств того, что он не в состоянии совладать со своими вспышками гнева. Она какое-то время вела дела о домашнем насилии; Девон Пирс не подходил под такой тип. Зато его жена идеально вписывалась в образ избалованной богатой дамочки. Она явно любила тратить деньги и потакать своим прихотям.

На пороге Белла остановилась и высказала то, что не давало ей покоя:

– Тот, кто вам угрожает, Саттер или другой, очень умен. – Она подождала, пока он посмотрит ей в глаза. – Должно быть, у него есть повод верить, что вы вели себя подозрительно. А также основания полагать, что воскрешение вашей жены каким-то образом подтолкнет вас к решительным действиям.

Шесть с лишним лет назад проверяли правомерность его действий как врача. Обычная практика. Он сделал все, что нужно.

Он пристально посмотрел на нее, а потом резко отвернулся.

– Раз в год мы навещали ее родню, поэтому я много раз бывал в тех краях. Я знал, что возможности медицинской помощи там весьма ограниченны… – Пирс пожал плечами. – Может, он думает, что я нарочно взял напрокат седан, а не полноприводный внедорожник, а потом специально поехал в сильную метель, чтобы спровоцировать несчастный случай. Это горная дорога, извилистая, опасная, зато кратчайший путь. Тогда мне казалось, что я принял правильное решение.

– А почему вы взяли седан?

Пирс посмотрел на нее в упор:

– Внедорожников в том прокатном агентстве просто не оказалось. Их все разобрали. Либо надо было брать что есть, либо ждать, когда кто-нибудь вернет внедорожник. Что, учитывая погоду, могло затянуться на несколько часов или даже дней. Мисс Литл, я не отличаюсь излишней терпеливостью…

– Вы ссорились, когда произошел несчастный случай?

– Да. – Лицо его потемнело. – Она потребовала, чтобы я развернулся, я отказался. Мы почти приехали. О том, чтобы ехать назад, не могло быть и речи. Дорога за нами была хуже, чем впереди.