Тень Океана

Гриненкова Лилия

– Спасибо, - ответил я растерянно, положив лист в маленькую стопку. А ведь они даже не посмотрели на мои ответы.

Вейре пришлось отвечать за двоих:

– Почему вы хотите учиться у нас?

– У вас дают хорошее образование.

– Почему вас интересует наш язык?

– Он мелодичен и я бы хотела его изучить.

– Как вы относитесь к искусству?

– Положительно. Я получаю от него эстетическое удовольствие.

– Вы давно дружите?

– Почти шесть лет.

– Вы приняты. Зал два. Ожидайте.

–

Спасибо.

Я взял Вейру под руку и пошёл с ней в указанный зал. На входе стояли двое эндорианцев в серых костюмах, закрывавших всё тело. Они пропустили нас без вопросов.

Второй зал был в три раза меньше первого и построен полукругом. Там уже сидели счастливчики, которых приняли, а их было не так много. Вроде знакомых лиц здесь не наблюдалось.

– Дар, Вейра!
– с первого ряда нам приветливо махал Вэн.
– Вы прошли!

– Мало того, что жить с ним, так теперь ещё и учиться вместе!
– наигранно возмутился я, спускаясь к нему.
– Как тебя вообще приняли!

– Мне задали всего один вопрос, - гордо заявил тот.

– А меня без вопрос приняли, - довольно заявил я.

– Что бы эндорианцы тебя и без вопросов приняли?! Да я лучше в пустошь полечу, чем в такой бред поверю! У тебя на лице написано, что ты пират!

– Куда уж мне простому смертному до тебя, о, великий и могущественный любитель антифризов!

В меня полетела ручка, которую я легко поймал.

– Вейра, сделай ты что-нибудь с ним!
– обиженно сказал Вэн.

– А что с ним сделать, если ты антифриз любишь?
– похлопала глазками Вейра.

– В кого вы такие злые?

– Уж точно не в тебя, - улыбнулся я.

Мы как раз спустились. Парты здесь были на троих. Вейра села посередине, а я так и остался стоять.

– Что выбрал?
– поинтересовался я у братца.

– Эндорианский.

– О, значит, вместе ходить будем, - обрадовалась Вейра.
– Я тоже его выбрала. Больше не могу, времени не хватает.

– А что ты, Дар, выбрал?
– поинтересовался братец.

– Садегистику.

– Что это за предмет?

– Понятия не имею, - честно сказал я.

– Вполне в твоём стиле, выбрать что-то совершенно неизвестное, - фыркнул братец.

– И сделать всё лучше всех, - похвалила меня Вейра.

Я оставил его реплику без внимания и сел. Вовремя. В зал вошла эндорианка. Да, именно она. А следом за ней шли высокородные. Их было человек десять, не больше. К моему сожалению, там были всё те же три знакомых лица. Я быстро отвернулся и постарался сделать вид, что высокородных не заметил, в том и числе мою покровительницу. Эндорианка вышла вперед и встала за кафедру.

– Добрых времени суток, уважаемые дамы и господа. Прежде, чем мы приступим к обычной вводной части, я бы хотела сделать небольшое объявление. Мы собираемся заняться вплотную изучением человеческого поведения в разных условиях. В абсолютно разных. Даже в опасных. Этот предмет занимает достаточно большое

количество часов, поэтому остальные предметы, выбранные вами у нас, фактически исключаются. Те, кого интересует это предложение, пожалуйста, подойдите ко мне.

Повисло молчание. Изучение поведения в опасных ситуациях? Лишь для того, что бы эндорианцы получили свои данные по людям? Не знаю почему, но у меня в голове сразу появилось мысль согласиться на это авантюрное предложение.

"Океан?"

"Делай, как считаешь нужным", - вот и весь ответ моего друга, донёсшийся до меня откуда-то издалека.

Если бы ему это не понравилось, он бы мне сказал. Следовательно, ничем опасным мне это не грозит. Поэтому я встал и пошёл к эндорианке.

– Псих, - донеслось до меня бурчание моего братца.

"Мы не самоубийцы, мы простые ученые!", - веселые мысли Океана донеслись до меня, что сразу подняло мне настроение.

– Молодой человек, вы уверены, что готовы рискнуть ради того, что бы мы получили данные о вашей расе? Ведь наши исследования могут нанести вред вашему организму, - сразу призналась эндорианка.

– Но не смертельный же, - улыбнулся я.

– Не смертельный. Но порой вы будете оказывать в безвыходных ситуациях, почти на грани отчаяния, на грани жизни и смерти.

– Вы сами себе противоречите, - заметил я.

– Мы говорим не о смерти физической, а о смерти вашей личности. Давление будет на вашу психику. Порой очень сильное давление.

"Подумаешь смерть личности! У тебя всё равно есть запасная!" - Океан веселился в предвкушении экспериментов.

Я не знаю почему, но он просто обожал и получал почти физическое наслаждение от удачно проведённого эксперимента. И это было ни с чем несравнимое чувство. И чем сложнее и опасней был эксперимент, тем, больше было счастья у этой интересной личности.

– Я рискну, - твердо сказал я эндорианке.

– После того, как вы подпишите соглашение, вы не сможете отказаться, - заметила эндорианка.
– Эксперимент очень важен, и сбежать вам не удастся.

– Дар, бросай эту затею!
– крикнул Вэн.
– Ты мне ещё живой нужен.

– А я умирать не собираюсь. Мне просто интересно.

– Самоубийца, - вынес вердикт брат.

– Мы не самоубийцы, а простые ученые, - сказал я услышанную от Океана фразу.
– Так что, я согласен на эксперимент и иду на него добровольно.

– В таком случае подумайте ещё раз, молодой человек, - снова сказала эндорианка.
– Эксперимент может сильно на вас повлиять.

"Они меня умудрились заинтриговать! Соглашайся! Я уже хочу знать, что за эксперимент!"

– Я уверен в своём решении, и отказываться от него не собираюсь.

– В таком случае, подпиши здесь и здесь.

Она протянула мне документ, и я быстро подписал его, предварительно пробежав глазами. Обо всех опасностях они меня предупредили, так что, я согласен. Вейра на это только покачала головой.