Тень мага
Шрифт:
Оружейник, низенький, мускулистый, уверенно расхаживал между стеллажами, на которых стояли самые различные образцы оружия и говорил Охотнику.
– Вот, посмотри, совершенно чудесный карамультук, последнего образца. Фитиль сделан из высококачественного дарбонового волокна, приклад отделан костью мастодонта. Видишь ли, сейчас многие состоятельные люди считают, что убить дичь из какой-нибудь суперснайперской винтовки – плевое и никчемное дело, о котором не стоит и упоминать в кругах профессионалов. То ли дело – старинный
– Да-да, – пробормотал охотник, делая вид, что любуется изящной резьбой на ложе карамультука. – Однако, я хотел бы тебе напомнить...
– И будешь совершенно прав, совершенно прав, – перебил его оружейник. – Карамультук слишком долго заряжать и при охоте за очень прыткой дичью он не приносит желаемого эффекта. Кстати, я могу предложить парочку чудеснейших кремневых пистолетов. Посмотри, какой у них калибр! А как изумительно проведено серебрение стволов! Конечно, многие специалисты считают, что применение новейших технологий для украшения старинного оружия – недопустимо. Позволь, в свою очередь...
Глаза оружейника горели энтузиазмом. Чувствовалось, что он оседлал своего любимого конька и может теперь говорить очень долго. Надо было что – то предпринять.
– Позволь, – решительно перебил оружейника Хантер и пока тот снова не начал разглагольствовать об оружии, быстро сказал:
– Мне нужен огнемет. Простой, современный огнемет.
– Что же ты раньше-то мне этого не сказал! – воскликнул оружейник. – Пошли сюда, вот сюда! Прошу!
Он подвел Охотника к дальним стеллажам.
– Вот, они здесь.
Действительно на стеллажах лежали самые настоящие огнеметы и сонно щурили глазки. Быстро схватив один из них, оружейник сказал:
– Обрати внимание на его пасть. Она шире чем у всех других, а значит, может выпускать более мощную струю. Также увеличенное брюхо, позволяет именно этому огнемету хранить в себе больший запас смеси. Смесь самой новейшей марки и воспламеняется, просто, от соприкосновения с воздухом.
Огнемет охотнику понравился. Его было исключительно удобно держать в руках.
Между тем, оружейник трещал не переставая.
– Но если эта модель оставляет у тебя чувство неудовлетворенности, я могу предложить другую, по размерам более компактную. Конечно, при этом ты потеряешь в мощности огня, но компактность, при некоторых условиях, значит гораздо больше...
– Достаточно, – перебил его охотник. – Я беру именно этот. Он мне нравится.
Огнемет бросил на него заинтересованный взгляд, и пробормотал:
– Ты мне тоже. Что будем жечь?
– Цыц! – прикрикнул на него оружейник и сказал Хантеру. – Ох уж эти огнеметы. Все они страшные болтуны. Но что поделаешь, других не бывает.
Чувствовалось, что он был недоволен таким быстрым выбором
Охотнику было на это совершенно наплевать. Он торопился, буквально чувствуя кожей, как уходит каждая минута.
Быстро расплатившись, он покинул оружейную лавку и вышел на улицу, где его уже ждала Лисандра. Вид у нее был несколько более угрюмый, чем обычно, на руках виднелись засохшие пятна крови.
– Это что? – спросил Охотник.
– Маленькое приключение, – улыбнулась Лисандра и плотоядно облизнулась.
– Я имею в виду: откуда ты взялась?
– Мне так кажется, штурмовать дом черного мага гораздо легче вдвоем, – снова улыбнулась она.
– Тут ты права – легче, – согласился охотник.
– Так в чем же дело?
12
В небе догорали огни последнего фейерверка. Усталые оркестранты расходились по домам. До рассвета оставалось не более полутора часов.
Они стояли перед домом черного мага, Лисандра и охотник. Хантер держал в руках огнемет, а у вампирши не было никакого оружия кроме клыков и когтей. Собственно, никакого другого ей не было и нужно. Клыки и когти вампира – оружие серьезное.
Лисандра посмотрела на Хантера и подумала, что он – полный идиот.
Этому-то что тут надо? Ну, какая ему разница? Он-то вполне мог не связываться ни с какими черными магами, а жить в свое удовольствие. Зачем он лезет в каждую дыру? Из спортивного интереса? Пощекотать нервы? Показать всем, какой он ухарь?
Да вроде бы нет. Те, кто любят показать свое ухарство, ведут себя совсем по-другому. Тогда, что же заставляет его воевать с черными магами? Что?
Она еще раз посмотрела на Хантера и пожала плечами.
А может быть он такой же, как и этот черный маг? Может быть, если бы он наплюнул на охоту и стал жить в свое удовольствие, из него как раз бы маг и получился? Кто знает? Вполне может быть. А может и не быть. И вообще, ее-то какое дело? Ей надо избавиться от проклятья, а потом и от этого, слишком уж хитрого и изворотливого охотника. Как? Да просто – убить.
– “А ведь придется, – подумала она. – Потом, когда с черными магом будет покончено, исподтишка полоснуть его горлу...”
Эта идея ей не нравилась, но так требовал инстинкт самосохранения. Это полное вранье, что бессмертные не думают о смерти. Еще как думают, поскольку способны потерять гораздо больше, чем обыкновенные люди – вечную жизнь.
“Впрочем, – спросила себя вампирша. – Ты-то сама кому нужна? Кто опечалится, если с тобой что-то случится?”
Да никому. И правильно, так гораздо честнее. Потому что все эти дружбы, привязанности, родственные связи, не более чем средство, способ ограничить свободу, заставить стать таким же как и большинство людей – ломовой лошадью, чей хребет буквально трещит под тяжестью взятых на себя обязательств и неоплатных долгов. А вот она свободна. И не сказать, чтобы эта свобода далась ей легко.