Тень императрицы
Шрифт:
— Ого!
— Строго говоря, с сегодняшнего дня комиссия будет называться отделом, — заметил Арен. — Я согласовал это с Кларой. И ты — руководитель отдела, да. Со временем и до комитета вырастем, уверен.
Подавив желание почесать лоб, Виктория размеренно вздохнула.
И всё-таки страшновато…
Арен ласково погладил её по спине, а затем сказал:
— Всё, можно выходить. Агата, Александр, только не бегайте по столовой, как в прошлый раз. Сегодня с нами будет завтракать новый человек, ведите себя прилично. А то он решит, что вы не наследники, а демонята.
— Кто? — удивлённо поинтересовалась Агата. Арен
— У меня новый охранник. Он будет сопровождать меня во время выездов. Кстати, Арен… Ты уверен, что ему стоит завтракать с нами? Он может ходить в столовую в это время.
— А это решать тебе, Вик, — ответил император, пожав плечами. — Ты вольна ему приказывать. В первый день я решил так, чтобы он всех нас увидел и немного освоился. Да и эмоции его мне интересны. Только ты, — повернулся к Агате Арен, — не вздумай снимать эмпатический щит.
— Я постараюсь, пап, — лукаво улыбнулась наследница, и в этот момент двери столовой распахнулись, впуская в помещение Софию и Ариэллу.
Эта девочка появилась во дворце недавно, ещё и двух недель не прошло. Поначалу все удивились, когда Гектор Дайд, главный дознаватель, привёл её во дворец — и не к кому-нибудь, а к Софии, когда она сидела с Александром, а Агата была на уроках, и попросил позаботиться о малышке. Потом Гектор отправился к Арену и вышел от императора с разрешением для Ариэллы жить во дворце, пока идёт суд над её бабушкой.
Девочка быстро подружилась и с Софией, и с Агатой и Александром. И если поначалу Виктория не пришла в восторг от поступка Гектора: после множества покушений на Агату она нервничала из-за незнакомых людей рядом, даже если эти люди — маленькие девочки, но затем не только смирилась, но и обрадовалась, что у её детей наконец появилась компания. Агате и Александру действительно не хватало общества других малышей — они чаще проводили время друг с другом и с Софией, чем со сверстниками.
— А где Гай? — удивился император, заметив, что охранник отчего-то отсутствует.
— Я его отправила мыть руки, — призналась София, и все рассмеялись.
***
За завтраком Гай почти всё время помалкивал — говорил, только если спрашивали. Но никто его ни о чём особенном не спрашивал. Дети, привыкшие к слугам и охране, не обращали внимания, разговаривали в основном между собой. Причём девочки обсуждали магию! Да, даже Ариэлла. Они с Агатой вместе, судя по всему, пытались что-то разработать, вызывая понимающие и ласковые улыбки у родителей и Софии. Аньян следила за тем, чтобы дети нормально позавтракали, напоминая всем то про кашу, то про фрукты, то про чай, император молча и быстро ел, а императрица либо смотрела на детей, либо пребывала в собственных мыслях, слегка хмурясь.
Гая посадили напротив Софии и детей, слева от Виктории — и он на своей стороне стола был один. Благодаря этому положению он мог всецело оценить отношения между детьми и их аньян и сделал вывод, что София не зря ест свой хлеб. Наследники определённо были к ней привязаны, да и Ариэлла от них не отставала. И по-видимому, дети чаще находились именно с Софией — поскольку молчание отца и матери они воспринимали абсолютно нормально, а вот своей аньян молчать толком не
А вот император с императрицей стояли особняком. Хотя, когда его величество сообщил, что ему пора, дети обняли отца очень сердечно, и Агата, милая темноволосая и смуглая девочка с карими глазами, полными детской хитрости, искренне и очень заботливо напомнила ему, чтобы не забывал об обеде.
— Я постараюсь, — ответил Арен серьёзно, а затем неожиданно обратился к Гаю: — Держи лицо сегодня. Иллюзорный амулет не панацея, когда общаешься с кем-то, кто тебя хорошо знает.
Гай непроизвольно напрягся, но кивнул, решив не уточнять — на месте во всём разберётся. Хотя и так понятно: по-видимому, император полагает, что Гай вскоре встретится с кем-то знакомым. Это вполне вероятно: он знал многих аристократов, хоть и жил не в столице.
Правда, теперь почти все они были арестованы.
— Агата, Ариэлла, вам тоже пора на уроки, — скомандовала София, поднимаясь из-за стола. — Пойдёмте, я вас провожу.
— До свиданья, мама! — звонко сказала Агата, подбегая к императрице, и крепко её обняла. Спустя пару секунд к ней присоединился и Александр. По возрасту он был близок к Тейке, поэтому Гай старался смотреть на него как можно меньше: слишком тоскливо становилось. — У тебя всё-всё получится!
— Возвлащайся сколее, — картаво произнёс Александр, и императрица, улыбнувшись, расцеловала обоих детей, а затем кивнула Ариэлле, которая стояла рядом с влажными глазами.
— Не волнуйся, Элли, я уверена, совсем скоро ты увидишь свою бабушку, — сочувственно сказала императрица.
— Спасибо, ваше величество, — вежливо ответила девочка, тяжело вздохнув, а затем, отойдя к Софии, которая уже стояла возле двери, уцепилась за её руку. Спустя несколько секунд за другую руку ухватился Александр, и уже за него — Агата.
Так они и вышли из столовой — паровозиком.
— Что ж, — сразу после этого тихо проговорила её величество, вставая, — мы с вами тоже отправляемся, Гай. Сегодня мне нужно в Институт артефакторики.
Гай, помнивший, что императрица по специальности биолог и чем-то занимается в дворцовой оранжерее, удивился.
Впрочем, мало ли, что может быть нужно в институте её величеству? Однако это объясняет, почему император упомянул про «держать лицо».
Гай полагал, что разгадал совет его величества, — однако чуть позже выяснилось, что он ошибался.
***
Комиссия по изучению родовой магии существовала давно. Её организовал ещё прежний император, но много лет разработки стояли на месте. Когда Арен понял, что с напряжением, назревающим в обществе, необходимо что-то сделать, он начал подстёгивать сотрудников комиссии, поскольку именно наличие родовой магии у аристократов являлось главным аргументом против закона о ненаследственной передаче титулов. Со всем остальным можно было спорить, но родовая магия действительно переходила только от аристократа к аристократу, у бастардов она не приживалась — и некоторое время назад стало известно почему.