Тень Гегемона
Шрифт:
Тогда он отослал от себя Карлотту.
Сцена была не из приятных.
– Ты должен уйти со мной, – требовала она. – Они тебя не остановят. Пойдем.
– Я не пойду, – ответил Боб. – Наверняка неполадки в местной политике. Кто-то не хочет, чтобы я здесь был, – то ли сам Наресуан, то ли кто-то другой.
– Если ты считаешь, что тебе безопасно остаться, то нет смысла мне уезжать.
– Здесь ты не сойдешь за мою бабушку, – заметил Боб. – Сам факт, что у меня есть охранник, меня ослабляет.
– Избавь меня от этой сцены, которую ты хочешь сыграть! – фыркнула Карлотта. – Я знаю,
– Если Ахилл уже знает, где я, значит он глубоко запустил лапы в Бангкок и мне здесь не скрыться. А ты можешь. Информация о том, что со мной пожилая женщина, могла еще до него не дойти. Но скоро дойдет, а тебя он хочет убить не меньше, чем меня. Мне не хочется еще и за тебя волноваться.
– Ладно, я уеду. Но как мне с тобой связаться, если ты никогда не сохраняешь один и тот же адрес?
Боб дал название своей папки на анонимной доске объявлений и ключ шифрования. Она выучила их наизусть.
– Еще одно, – сказал Боб. – В Гринсборо Питер что-то говорил насчет того, что читал твои докладные.
– Я думаю, он соврал, – ответила Карлотта.
– А я по твоей реакции думаю, что, читал он их или нет, такие докладные были, и ты не хочешь, чтобы я их прочел.
– Действительно были и действительно не хочу.
– И это вторая причина, по которой я хочу, чтобы ты уехала.
На лице Карлотты отразился гнев.
– Ты не веришь моим словам, что там нет ничего, что тебе надо сейчас знать?
– Мне все надо о себе знать. Все мои сильные и слабые стороны. Ты знаешь обо мне что-то, что сказала Граффу и не сказала мне. И сейчас не говоришь. Ты считаешь себя вправе решать за меня. Это значит, что мы все-таки не партнеры.
– Что ж, хорошо, – сухо сказала Карлотта. – Я действую в твоих же интересах, но понимаю, что у тебя другая точка зрения.
Боб достаточно хорошо знал Карлотту и понимал, что она сдерживает не гнев, а горе и досаду. Финт насчет ее докладных заставил ее согласиться на отъезд. А Бобу эта история действительно была неприятна.
Через пятнадцать минут сестра Карлотта уже была на пути в аэропорт. Через девять часов в шифрованную папку Боба на доске объявлений пришло сообщение. Карлотта была уже в Маниле, где могла исчезнуть в католическом монастыре. Насчет ссоры – если ее можно было так назвать – не было сказано ни слова. Только упоминалось кратко «признание Локка», как его назвали журналисты. «Бедный Питер, – писала Карлотта. – Он так долго скрывался, и теперь ему будет очень трудно привыкнуть к тому, что приходится сразу сталкиваться с последствиями своих слов».
Боб ответил по ее защищенному адресу в Ватикане: «Я только надеюсь, что Питеру хватило мозгов убраться из Гринсборо. Что ему сейчас нужно – так это сбежать в какую-нибудь малую страну и набраться там административного и политического опыта. И поруководить хотя бы городским водопроводом».
«А мне, – подумал Боб, – нужны солдаты, которыми я буду командовать. За этим я сюда и приехал».
После отъезда Карлотты прошли недели, но молчание все длилось. Вскоре стало очевидно, что Ахилл здесь ни при чем, иначе Боб уже
Боб стал заниматься любой работой, которая могла бы иметь смысл. Хотя у него не было доступа к картам штабной детальности, обычные спутниковые карты были в его распоряжении, карты территории между Индией и сердцем Таиланда – суровой горной страны Северной и Восточной Бирмы, подходы со стороны Индийского океана. У Индии был значительный по меркам региона флот, и она могла бы попытаться пройти Малаккский пролив и ударить по Таиланду с залива. Ко всем возможностям надо было быть готовым.
Некоторые основные сведения о структуре армий Индии и Таиланда можно было взять из сетей. У Таиланда были мощные военно-воздушные силы, дававшие шанс на достижение господства в воздухе, если удастся защитить базы. Поэтому было бы важно иметь возможность срочно развернуть взлетно-посадочные полосы в тысяче мест, а такое инженерное предприятие было бы по плечу таиландской армии, если сейчас провести учения и разместить по всей стране людей, топливо и запчасти. Такая же организация в сочетании с минными полями была бы лучшей защитой от высадки с моря.
Другим уязвимым местом индийской армии должны были быть линии снабжения и пути наступления. Поскольку стратегия Индии не могла не включать использование огромных армий, защита должна была состоять в том, чтобы держать эти армии голодными и все время беспокоить воздушными налетами и вылазками партизан. А если, как было вероятно, индийская армия достигнет плодородной равнины Чао-Фрайа или плато Аорай, надо будет, чтобы они нашли там выжженную землю, а запасы продовольствия – те, что не будут уничтожены, – были рассеяны и спрятаны.
Стратегия жестокая, поскольку вместе с индийской армией пострадает и тайский народ, и пострадает даже сильнее. Значит, разрушение должно быть организовано таким образом, чтобы его осуществили в последнюю минуту. А также, по мере возможности, надо будет эвакуировать женщин и детей в удаленные районы или даже в лагеря беженцев в Лаосе и Камбодже. Конечно, границы индийскую армию не остановят, но труднопроходимая местность может остановить. Имея множество изолированных целей, индийская армия будет вынуждена распылить силы. Тогда – и только тогда – будет иметь смысл начать уничтожение небольших групп индийских сил партизанскими налетами или даже серьезными боями там, где таиландская армия будет иметь временное численное превосходство и подавляющую поддержку с воздуха.
Судя по всему, что Бобу было известно, в этом и состояла военная доктрина руководства тайской армии, и такие предложения могли только раздражать их главный штаб или давать понять, что Боб считает себя умнее их.
И поэтому он тщательно выбирал выражения для своей докладной записки. «Как вами, несомненно, уже сделано» или «Как вы, насколько я понимаю, предусмотрели». Такие фразы тоже, конечно, могли иметь обратный эффект, если они не предусмотрели, – тогда они звучали бы покровительственно. Но что-то надо было делать, чтобы прервать этот заговор молчания.