Тень Гегемона
Шрифт:
– Мы пришли тебе сказать, что твой дом горит, а ты ведешь себя как обиженный подросток.
– Обработай эту информацию, – предложил Джон Пол, – будто мы – два твоих источника. Притворись, будто думаешь, что нам в самом деле кое-что известно. А пока ты это будешь делать, проведи наскоро перекличку и посмотри, насколько действенно Ахилл удалил от тебя всех, кому полностью можно доверять. Кроме нас.
– Я знаю, что вы мне добра желаете, – сказал Питер, но голос его выдавал гнев.
– Заткнись, – велела Тереза. – Убери к чертям
– Судя по всему, – сказал Джон Пол, – китайцы готовы начать операцию.
– Или тебя арестуют солдаты Сури, – добавила Тереза.
– Иначе говоря, вы понятия не имеете, чего именно мне следует опасаться.
– Именно так, – ответила Тереза. – Совершенно верно. Потому что ты играл в его игру, он дал тебе сценарий, и ты читал свои реплики – как робот.
– Ты сейчас марионетка, Питер, – сказал Джон Пол. – Ты думал, что дергаешь за ниточки, а на самом деле дергали тебя.
– И сейчас тебе надо бежать, – заявила Тереза.
– А что за срочность? – нетерпеливо огрызнулся Питер. – Вы не знаете, что он собирается сделать и когда.
– Рано или поздно тебе придется бежать, – сказала Тереза. – Или ты собираешься ждать, пока он тебя убьет? Или нас? А когда ты сбежишь, это должно быть неожиданно, внезапно, вдруг. Лучшего шанса не будет, чем сейчас – пока мы все живы. Ты можешь гарантировать, что мы еще будем живы завтра? Сегодня днем? Не думаю.
– До рассвета, – предложил Джон Пол. – Выйти за территорию, в город, на самолет, и прочь из Бразилии.
Питер сидел, переводя взгляд с отца на мать и обратно. Но выражение злости с его лица исчезло. В самом деле? Он услышал их слова?
– Если я скроюсь, – сказал Питер, – они заявят, что я отрекся.
– Ты можешь сказать, что это не так.
– Я поставлю себя в дурацкое положение. Буду полностью дискредитирован.
– Ты сам себя поставил в это положение, – сказала Тереза. – Если ты скажешь это первым, никто уже не заработает очков на этой фразе. Ничего не скрывай. Выпусти пресс-релиз с борта самолета. Ты – Локк, ты – Демосфен. Ты можешь все закрутить снова.
Питер встал и взялся за свою одежду.
– Я думаю, что вы правы, – сказал он. – Ваш анализ абсолютно верен.
Тереза посмотрела на Джона Пола.
Джон Пол посмотрел на Терезу.
Это говорил Питер?
– Спасибо вам, что не плюнули на меня, – продолжал он. – Но должность Гегемона – дело дохлое. Я упустил шанс заставить ее работать – шанс был, но я его профукал. Все мне говорили не везти сюда Ахилла. Я строил планы заманить его в западню, а сам попался к нему в капкан.
– Я тебе сегодня уже один раз велела заткнуться. Не заставляй меня повторять.
Питер
– Пошли, – сказал он.
Тереза была рада видеть, что он не пытается ничего взять с собой. Он только остановился возле компьютера и ввел единственную команду. Потом направился к двери.
– Ты не собираешься стирать файлы? – спросил Джон Пол. – Предупредить начальника своей охраны?
– Я это уже сделал.
Значит, он был готов к подобному. У него уже была программа, которая автоматически уничтожит все, что надо уничтожить. И предупредит тех, кого надо предупредить.
– У нас десять минут, пока люди, которым я доверял, получат предупреждение и указание эвакуироваться. Поскольку я не знаю, кому из них все еще можно доверять, нам к тому времени уже надо убраться.
В его план входила забота о тех, кто все еще ему верен, кто будет в опасности, когда Ахилл возьмет власть. Тереза не могла себе представить, что Питер об этом подумает. Приятно узнать такое о нем.
Они не спешили, не бежали, просто шли шагом по лужайке к ближайшим воротам, оживленно разговаривая. Пусть еще рано, но кто может себе вообразить, что Гегемон и его родители пытаются сбежать? Без багажа, без спешки, без скрытности. Идут и спорят – совершенно нормальная сцена.
И спорят по-настоящему. Говорили они тихо, потому что в рассветной тишине далеко слышно, но в приглушенных голосах было достаточно напора.
– Хватит устраивать трагедию, – говорил Джон Пол. – Жизнь не кончена. Ты сделал огромную ошибку, и кто-нибудь скажет, что бегство – ошибка еще большая. Но мы с матерью знаем, что это не так. Пока ты жив, есть надежда.
– Надежда – это Боб, – возразил Питер. – Он-то не прострелил себе ногу. Я буду поддерживать Боба… или лучше не надо. А то моя поддержка – вроде поцелуя смерти.
– Питер, – сказал Джон Пол. – Ты – Гегемон. Тебя выбрали. Тебя, а не этот городок. И ты сам перенес сюда резиденцию. Теперь ты переезжаешь в другое место. Где ты, там и Гегемония, и никогда не говори ничего такого, что могло бы свидетельствовать об обратном. Даже если все твои войска в этом мире состоят из меня и матери, это уже что-то. Потому что ты – Питер Виггин, а мы, черт побери, Джон Пол и Тереза Виггин, и под нашей обаятельной и цивилизованной внешностью скрываются крутые головорезы.
Питер промолчал.
– На самом деле, – сказала Тереза Джону Полу, – это мы головорезы. А Питер – просто голова.
Питер покачал головой.
– Именно, – настаивала Тереза. – И знаешь, почему я так решила? Потому что у тебя хватило ума нас послушать и вовремя смыться.
– Я просто думаю, – сказал Питер.
– О чем? – спросила Тереза раньше, чем Джон Пол успел сказать свое обычное: «Давно пора». Сейчас эта шутка была бы неуместна, но Джон Пол умел шутить не вовремя. Это был рефлекс, мозги в этом не участвовали.