Тень брата
Шрифт:
Саша глубоко вздохнул:
– Как скажешь, Одессит.
Заручившись согласием друга, Леня произнес:
– Говори, что там и как будет, а мы подумаем.
– Курьер прилетит на самолете, – начал свой рассказ Саша. – Его встретят. Будет охрана. Но это… это все показуха. Для тех, кто захочет его кинуть. Цацку он на самом деле оставит в камере хранения, в ящике железном. Номер не знает никто, кроме него и того, кто заберет товар. – Он снова вздохнул и развел руками. – Я просто не представляю, как в Москве можно все это провернуть. Пасти курьера бесполезно. Камеру хранения – тем более!
– Почему? Перед камерой хранения поставить людей, и все…
– Дело в том, что я ни в одном московском аэропорту не знаю даже
– Да ладно? – Удивился Леня.
– Именно так! Есть такие на вокзалах, но в аэропорту… Я нашел только одну. В Шереметьево-2. Там есть подходящая… Но тут опять тупик!
– Какой?
– В Шереметьево-2 прилетают только международные рейсы и самолеты издалека. Рейс из Одессы летит в Домодедово. Тем не менее я проверил камеру в Шереметьево. Там ящиков штук двести! А еще везде менты шныряют… Не вариант там. Я потому и решил, что в Одессе сподручнее будет дело провернуть.
– Н-да… – Нахмурился Леня. – Ты завтра уезжаешь?
– Ага, вечерним поездом.
– Добро. Постараюсь до завтра что-то придумать, – подвел итог Леня. – Пойдем за стол.
Парни вернулись к шумной компании, которая, закончив с трапезой, теперь играла в лото. Время было около десяти часов вечера, уже совсем стемнело. Леня сел в стороне и задумался. Задача была не из легких. Немного подумав, он взглядом указал Яше и Зиве отойти в сторону. Когда Леня рассказал друзьям о том, что он узнал от Саши, они тоже крепко задумались. В Одессе они чувствовали себя как рыба в воде, многое могли сделать, но в Москве… Никто из них там даже ни разу не был. Яша позвал Доллара, он попрощался со всеми, и друзья пошли проводить гостя до гостиницы. Молдаванка всегда считалась ночью опасной для приезжих людей, дворовая шпана в темное время промышляла грабежами, нападая на незадачливых туристов. Когда Саша уже был в своем номере, Леня, Яша и Зива сели на скамейку недалеко от гостиницы. Леня подвел итог, пытаясь, собрав всю информацию в кучу, найти подходящее решение.
– Итак, шо мы имеем: цацку рано утром привозит фраер из Стамбула, на Морвокзале его ждут мусора и Фишман с ксивой. Его наверняка также встречает какая-то охрана в погонах, возможно, те же менты, а может, и кагэбэшники… Везут в аэропорт, самолет в Москву улетает где-то часов в двенадцать. Наверняка они все подгадали. В столице он прилетает в Домодедово… Вот тут неувязочка. Как курьер может добраться из одного аэропорта до другого, там расстояния большие, как от Одессы до Херсона! Смысла нет…
– Леня, – вмешалась в его рассуждения Зива, – самолет может сесть в другом аэропорту. Это ж бывает, если туман или еще шо! Видимо, там клиент жирный, наверняка у него есть такая возможность повлиять на рейс.
– Точно. – Щелкнул пальцами Ворон. – Конечно, только так! Еще и лишний раз следы запутают. Тут ясно как день, все мусора, охрана и остальные участники знать не знают, что именно везет этот фраер и почему его охраняют. Известно обо всем только заказчику и тому, кто заберет из камеры хранения цацку. Все остальные думают, что это просто большая шишка тут нарисовалась. Даже слух пустили, будто это сам посол едет, а там на самом деле какой-нибудь простой уборщик из посольства!
– То ясно, – отозвался Яша. – Но как в Москве забрать цацку из камеры хранения? Наверняка, как только он положит туда, ее заберут!
– Нет, – решительно сказала Зива. – Они тоже не дураки, у них план чистый! После того как курьер положит цацку, он должен будет уехать, а другие люди потом заберут диадему.
– Согласен, Зива, – кивнул Леня. – Они хотят запутать след, думают, кто-то, типа, следить будет. А лишний раз зачем им светиться? Наверняка курьера, который цацку заберет, вообще не будет в аэропорту, либо он спрячется подальше от камеры хранения. Иначе зачем вообще нужен этот цирк? Могли бы просто из рук в руки передать – и все! Там, видать, заказчик какой-то очень недоверчивый
– Ага, – усмехнулся Яша, – поэтому-то от Москвы до Одессы все уже знают о деле!
– Именно поэтому, Яша, – Кивнул Леня. – Он, пытаясь скрыть свое имя, не обратил внимания на то, что стало известно многим вокруг. Плюс, я думаю, информация, скорей всего, идет от того, кто хочет купить эту цацку у нас! Этот хмырь наверняка приближенный заказчика… крыса…
– Давай завтра еще поговорим. – Устало вздохнул Яша. – А вообще тут шанец – ноль. Лучше, по-моему, оставить дельце. Проводим вечером кореша твоего и забудем обо всем.
– Я тоже так думаю, – согласилась Зива. – Если не судьба, лучше не лезть!
– Хорошо, пошли по хатам, – задумчиво протянул Леня.
Думал он до утра. Дом весь уже спал, а Леня то курил на скамейке, то шагал по двору. Поднявшись домой, он заваривал себе крепкий, по тюремной привычке, чай, а потом долго сидел на кухне и размышлял. Около пяти часов утра Леня позвонил Яше. Сонный голос ответил спустя несколько гудков:
– Алло.
– Сиплый, – шепотом, но очень бодро начал Леня. – У тебя, помнишь, дядя в политехе работал?
– Лень, ты? – Не мог понять спросонья Яша.
– Я, я… Ну! Проснись! Дядя в политехе…
– Какой политех? Ты шо не спишь? – Пытался собраться с мыслями Яша.
– В институте. Политехническом. Дядя у тебя работает там сейчас?
– Аа… – Наконец понял друг. – Ну сейчас-то он спит. Кто ж в шабат утром работает?
– Вот ты шлимазала! – нервно воскликнул Леня. – Я не шучу! Серьезно отнесись!
– Работает, работает, – устало ответил Яша. – Только давай поспим еще, а потом поступать пойдешь.
– Отлично! – довольным голосом воскликнул Леня. – Спи. В десять утра я зайду.
Повесив трубку, Леня, улыбаясь, отправился в кровать и сразу крепко заснул.
Глава 7
Рамиль Айзатулин закончил МГИМО в 1980 году. Его отец состоял в партии и занимал высокую должность в Совете министров Татарской АССР. Благодаря своим связям он отправил сына учиться в МГИМО, а по окончании устроил на работу. И вот, двадцатисемилетний Рамиль уже пятый год трудился референтом-переводчиком в посольстве СССР в Анкаре. Работа в принципе была легкая. Турецкий язык сильно похож на татарский, и Рамиль быстро его выучил. Конечно, он немного скучал на столь низкой должности, но перспектива впереди была отличная. Первый секретарь посла объяснил парню, что пока некого назначить на его место, а значит, ему придется немного потерпеть. Но зато потом он не будет проходить каждую ступень: референт, потом атташе, потом третий секретарь… Это не для него! Нынешний первый секретарь метил на должность посла после перевода шефа, а Рамиля собирался двинуть на свое место. Такой расклад устраивал парня, и он продолжал спокойно делать свою мелкую работу, иногда выполняя личные поручения первого секретаря. Как, например, сейчас. Начальник дал ему двухнедельный отпуск и отправил домой. Рамиль был рад возможности побывать дома, несмотря на то что по дороге нужно было сделать небольшой крюк: первый секретарь попросил доехать до Стамбула, оттуда на пароходе в Одессу, а потом уже самолетом в Москву. Как отказать начальству? Тем более, он сообщил между делом, что до перестановки кадров осталось меньше полугода. Рамиль сразу понял, что это очень серьезное задание, в стиле Джеймса Бонда, своего рода экзамен. Ведь он должен был не просто перемещаться между городами. Он вез толстый, сантиметров пятнадцать, конверт, очевидно, там находились какие-то важные документы. Конверт был из плотной бумаги, а поверх еще запакован в пленку и опечатан гербом СССР. До Одессы он, конечно, доедет спокойно, ведь у него есть дипломатические документы. Но что, если по дороге в Москву его остановит милиция или, что еще хуже, КГБ захочет досмотреть?