Тень амёбы
Шрифт:
— Без проблем! — отозвалась Хорти, и сделала то, что он просил. В следующие несколько минут все четверо любовались, как мимо проползает это чудище, похожее в темноте на длинное облако слаженно танцующих голубых светлячков (дизайнеры этой физической копии Шаи-Хулуда решили задачку габаритных огней, обклеив мелкими светодиодами поверхность всей надувной туши).
— Уф! — выдохнула Камилла, — Кажется, у меня уже переполнение мозга впечатлениями.
— Тогда поехали в Старую Матмату? — предложила Хорти и, не услышав возражений от пассажиров, направила внедорожник в сторону пока еще довольно далекого скопления оранжевых тыквообразных стратостатов.
…
Матмата, городок с двумя тысячами жителей на краю Малых Атласских гор, менее 40 километров к юго-западу от порта Габес, считается ближайшим к цивилизации местом территории-прототипа планеты Тутуин
…Звучит странно, однако адекватно: с балкона, вынесенного на юг, Луна тут видна от своего восхода и до заката (кроме случаев облачности, редких в здешнем климате). Вот сейчас в обозримом секторе неба висела почти полная луна, чуть оранжевая, так что ее можно было при беглом взгляде спутать с одним из стратостатов. Команда устроилась именно тут, на балконе – хотя было уже очень прохладно (как обычно в пустыне после захода солнца), а на улице шумела тусовка. Камилла ощутила острое желание немного отмокнуть в ванне (остальным хватило нескольких минут в душевой кабинке, и просто смысть с себя пыль). Так вот, поручив Кевину залить удачную часть отснятого на сайт черновиков Euro-Twin (откуда дежурная вахта в Париже возьмет что-то в полуночный выпуск новостей), Камилла уползла в ванную. Не то, что буквально уползла, однако от усталости она с трудом передвигала ноги. По случаю мелькнула мысль: в команде она единственный генетически не модифицированный человек… Пока. А как быть дальше время покажет. «Не буду думать об этом сегодня, подумаю об этом завтра» — говорила Скарлет О’Хара из «Унесенных ветром» в аналогичных случаях.
Привычно успокоив себя этой фразой, Камилла погрузилась в умеренно-теплую воду и почувствовала, как усталость начинает растворяться. Первые минуты комфорта, особое удовольствие. Она улыбнулась в пространство, а в голове уже вертелось все, случайно услышанное на тусовочных остановках в прошедшем сафари. Удивительно, как быстро новость о частичной расшифровке «иероглифов Акиваши» охватила публику.
Камилла мысленно прокрутила историю темы SETI (она вполне обоснованно гордилась своей эрудицией, позволяющей сделать это, не заглядывая в интернет и справочники). …Идея о разумных обитателях иных планет появилась в Античности, сразу как только астрономы объяснили публике, что планеты это объекты того же рода, что Земля. …В 1933-м Циолковский заявил, что из единства физики Вселенной безусловно следует множественность планет, заселенных живыми существами. …В 1950-м Ферми знаменитое: «где все?» имея в виду отсутствие каких-либо сигналов, указывающих на существование алиенов, постулированных Циолковским. …В 1959-м, чтобы разобраться в этом парадоксе Ферми, возникла программа SETI. …В начале 1990-х, после завершения 1-й Холодной войны, цивилизованный мир очень надолго подпал под влияние идей Конца истории и Устойчивого развития …В середине 2000-х был раскручен лозунгом «У нас нет планеты Б», и с этого периода официальная наука и ее популяризаторы диаметрально развернулись в теме алиенов. …Это политически логично: открытие любой (а тем более разумной) жизни где-то еще торпедировало бы доктрину о невозможности планеты Б. …По злому капризу истории, это случилось именно тогда, когда астрофизика достигла уровня, достаточного для поиска объектов соответствующих критериям SETI. Так один космический телескоп Kepler нашел множество землеподобных планет у разных звезд и признаки возможной цивилизации 2-го типа у звезды Табби в созвездии Лебедя. Затем появились еще более продвинутые телескопы и астрономические сети. Так, все труднее становилось поддерживать иллюзию уникальности Земли как колыбели разума. …Значительные ресурсы науки были направлены на дискредитацию любых теорий, где фигурируют внеземные цивилизации… На этой фазе Камилла улыбнулась. В ее памяти всплыл анекдот 30-летней давности из кулуаров одной научной конференции, которую она освещала на старте своей карьеры журналиста. Якобы некий фонд объявил грант на обоснование возврата науки к Геоцентрической системе Птолемея.
Итак, начиная с середины 2010-х, инструментальные данные о космических артефактах накапливались. В кулуарах науки формировалось понимание ситуации,
Раньше большинство людей даже не задумывались о том, что Солнце лишь одна из 100 миллиардов звезд в галактике диаметром 100 тысяч световых лет, а эта галактика лишь одна из 100 тысяч галактик сверхскопления Ланиакея. Теперь эта астрономия перестала выглядеть абстракцией и грубо вторглась в их жизнь: дары Каимитиро, объект Чубакка, джамбли, и еще Акиваша, которая старше динозавров. Кстати, по мнению ряда ученых, Акиваша практически интереснее всего прочего, поскольку ее создатели находились на уровне технологий, лишь немного выше нашего. Так для античного инженера было бы полезнее получить не чертежи сверхзвукового самолета, а чертежи простого парохода (которые он мог бы понять и применить). Хотя вопрос: есть ли на Акиваше чертежи?..
…Тут Камилла спохватилась, что отмокает слишком долго. Она заставила себя встать, вылезти из ванны, вытереться полотенцем, надеть халат, придирчиво осмотреть себя в зеркале (вдруг что-то не так?). Решив, что внешность более-менее в порядке, Камилла предстала перед командой, продолжавшей торчать на балконе, хотя воздух остыл уже почти до арктического уровня… Хотя нет, это ей показалось после ванны. Хлотар мгновенно одарил ее комплементами, пледом и чашкой кофе. Кевин развернул к ней свой ноутбук и гордо продемонстрировал «Звездный Хэллуин в Татуине», размещенный уже на фронтальной странице сайта Euro-Twin. Хорти ткнула пальцем в соседнюю колонку и сообщила:
— Акиваша-шоу соскальзывает глубоко в хоррор до уровня слэшера.
— Что там? – спросила Камилла, сделав первый глоток кофе.
— Там альтернативно-одаренный босс дежурной вахты запустил ленту коротких мнений подписчиков с высоким рейтингом.
— Что-что? С высоким рейтингом чего?
— Откуда мне знать, как это устроено в вашей шеф-редакции, — Хорти пожала плечами.
— Да, верно… — Камилла глотнула еще кофе и цапнула со стола свой планшетник, чтобы посмотреть, насколько все плохо.
— Не зависай надолго в дежурной колонке, — посоветовал Хлотар, крутя другую ленту на своем смартфона — я зашел в твою флагманскую рубрику Questions au Homo et Galaxy и наблюдаю там Вавилон, Содом и Армагеддон.
— Что-что? — снова удивилась Камилла, — Там ведь Лола Ву должна отвечать на вопросы зрительского чата о космосе!
— Она и отвечает. Проблема в том, на какие вопросы и как именно.
Камилла залпом допила кофе, уселась за стол, включила свой ноутбук, и попробовала в начале читать сразу в двух окнах (слева — ленту мнений, справа – чат Questions…). Уже через минуту она заметила, что это одно и то же. Кто-то переформулировал мнения как вопросы, и сливал в чат. Лола Ву старалась держать темп, но это было трудно. Похоже, требовалась помощь, но сейчас в офисе Euro-Twin не было никого из менеджеров, кто обладал бы служебной компетенцией на соответствующее решение. Но компетенцией такого уровня обладала Камилла. Она негромко хлопнула ладонью по столу и сказала:
— Ребята, у меня внезапная просьба: давайте вместе поможем Лоле.
— Ну, понятно, — отреагировал Кевин, — нас ведь атакуют.
— Давайте разделим поток вбросов, как пиццу, — добавила Хорти.
— Это я и предлагаю, — подтвердила Камилла, параллельно задумавшись: правда ли сайт подвергается атаке-троллингу или эффект спонтанный, от перегрева темы?
Вопрос так и остался неясным. Может, кто-то зачем-то инициировал вал вбросов (и не только на Questions au Homo et Galaxy, но и на иные похожие ресурсы), но по-любому, спонтанность преобладала. В средине ночи вал иссяк, а гуру Талвиц по свежим следам назвал это «идеальным штормом из слипшихся флешмобов, рожденных кульминацией экзистенциального кризиса мыслящего тростника». Гуру экономики смыслов далеко не впервые изобретал этакие вычурные заголовки (заимствуя яркие образы из философии раннего Просвещения – так «мыслящий тростник» он позаимствовал у Паскаля). Но, в отличие от прочих эстетствующих деятелей, Талвиц всегда объяснял свои вычурности.