Шрифт:
Глава 1
– Ты опять играешь непонятно во что? – резко открыв дверь, крикнула женщина пожилых лет с высоко поднятой головой и высокомерным взглядом.
– Нет, что Вы… Извините. – залепетала девушка, пряча за спину предмет, который так разъярил хозяйку.
– Дай мне это! – приказала она и потянула Мэли за волосы. От боли русоволосая девушка схватилась за голову и, на пол упало самое ценное для неё и заискрило. Она с ненавистью посмотрела на Карлу Уилсон. Та с пренебрежением и презрением пнула предмет и, ударившись об стену, он заискрил в последний раз…
–
Когда Мэли осталась наедине со своими мыслями, она дала волю слезам и побежала к милой игрушке, такой дорогой и поддерживающей её всё это время.
– Я починю тебя. Слышишь? – она подняла её, нежно прижала к груди и чмокнула в пластмассовый, слегка поцарапанный белоснежный лоб.
Девушка осмотрела своего любимого робота и оценила поломки. Его искусственный интеллект помогал ей делать задания, когда она не успевала, отвечал на любые вопросы, поддерживал и обучал её. В нём не было ни души, ни сердца, но было то, чего не хватало людям, которые её окружали.
Она забралась на подоконник, распахнула шторы и посмотрела в окно. Представившийся вид впечатлил её: безумно красивые деревья, окутанные серебристым лунным светом, ветер, ласкающий верхушки деревьев и темнота, чарующе манящая и окутывавшая всё в пелену.
Русые волосы девушки волнами спадали с плеч, но она отбросила их за спину торопливым жестом, тряхнула головкой и принялась за дело: открутила корпус с задней стороны, аккуратно сложила винтики и стала быстро перебирать микросхему. Через пару часов кропотливой и усердной работы Мэли засияла. Закрутив всё обратно, она посмотрела на игрушку и…
– Привет, Мэли. Рад видеть тебя снова. – произнёс робот Кил и протянул небольшие пластмассовые ручки, в то время, как его глазки загорелись голубым светом и, он спрыгнул на пол.
– Ты грустна, тебя надо развлечь. – в этот момент что-то зашелестело внутри него и включилась любимая ирландская песня нашей героини, и, смеясь, они закружились в неторопливом танце.
Глава 2
Ранним утром Мэли проснулась с улыбкой на лице, но глаза у робота почему-то горели зелёным цветом. В остальном не было никаких изменений, поэтому она даже не обратила внимание на эту мелочь. К тому же приехали её родители и заявили её «любимой» тётушке о том, что они покидают город и едут в замок.
Они очень много работали и, наконец-то, решили выбраться на отдых, поэтому сняли замок в аренду и решили отдохнуть от суеты. Её мать – Шини Ларуповну, темноволосую, с овальным лицом и маленькими чёрными глазками, сложно было принять за добродушную женщину, но, тем не менее, она таковой являлась.
Отец же, Профессор (он предпочитал, чтобы его называли именно так) всем своим видом и постоянной улыбкой излучал искренность и доброту. Его голубые глаза сияли, а русая шевелюра в беспорядке указывала на то, что учёный не мало времени проводит за работой. Но, к сожалению, насчёт тётушки им было бесполезно что-либо говорить.
Сборы прошли быстро, и чтобы отдохнуть и расслабиться по-настоящему, родители девушки взяли вино и много всякой техники, чтобы не тратить времени на уборку и бытовые дела. Это выглядело достаточно забавно: «умный
Да, да, её родители вполне могли себе это позволить! Мэли не очень любили в школе из-за богатых родителей, и она часто предпочитала сидеть дома, играть со своим любимым роботом Килом и саморазвиваться.
И вот настал тот час, когда они наконец-то разместились. Мэли улеглась на огромной кровати, в то время, как Кил оживленно рассказывал историю замка и разбирал её одежду. Она зачарованно слушала, посмеиваясь, и в конечном счёте заявила, что в это трудно поверить. Мэли стянула плед с кресла, закуталась в него и подойдя к зеркалу заявила:
– Вау, посмотри, какая я распрекрасная принцесса! Живо мне корону! – при этих словах её взгляд упал на некий замысловатый узор обрамления зеркала. Она выпустила плед из рук и зачарованно начала разглядывать его, так как каждый вензель манил прикоснуться к нему.
Вдруг она увидела какую-то странную фигуру, промелькнувшую в зеркале. Вскрикнув, она резко отскочила от зеркала, но проморгавшись села на кровать:
– Ох, я так устала, что даже в зеркале что-то мерещится. – она рассеянно зевнула и очень порадовалась, что, наконец-то, вырвалась из цепких рук неугомонной и ужасной тёти.
Распахнув тяжёлые шторы и залюбовавшись видом из окна, она опять почувствовала какое-то лёгкое дуновение и движение за спиной. Она дрогнула, но ничего не увидев, решила подробнее ознакомиться с владениями, которые на месяц были в их распоряжении. Кил сопровождал её, то и дело вертя своей головой на 180 градусов в разные стороны.
Комнаты её родителей располагались этажом ниже, прямо под её комнатой и были просторны. Каждая была чуть больше комнаты Мэли и полностью наполнена оживленными роботами. Девушка улыбнулась, но, почувствовав слабость с непривычки обходить такую большую площадь, решила направиться в свои покои. Она прониклась атмосферой и теперь медленно шла так, что каждый её шаг эхом отдавался в просторном коридоре.
Глава 3.
Несколько уличных фонарей висели напротив входных дверей, но её внимание привлёк тот, что горел более тускло. Подойдя к нему поближе, она увидела очень красивую картину, одиноко висевшую и покрытую пылью и паутиной. Она была подёрнута временем и, в некоторых местах потрескавшаяся краска оголяла деревянную основу. На холсте было изображено море, а точнее шторм. Картина была выполнена художником в мрачных и тёмных тонах, что придавало ей ещё больше объёма и угнетения.
Мэли приблизилась к картине и аккуратно провела по ней пальцами. Кил вывел её из задумчивости, потянув за подол платья. Девушка задумалась и от неожиданности потеряла равновесие и чуть не упала, но вовремя ухватилась за стену, на которой висела картина. Скрипнув, «стена» отъехала и, ржавый крючок со звоном упал на пол, а дверь легко, но с диким лязганьем открыла завораживающий вид лестницы, ступени которой вели вниз.
– Вау – прошептала Мэли и медленно ступила вперёд. Кил двинулся следом за ней, перестроившись под фонарик и освещая девушке каждую ступеньку. Она спускалась всё ниже и становилось всё сырее и холоднее. Когда она думала вернуться в покои за тёплой одеждой, то увидела массивную дверь.