Темпестус
Шрифт:
Человек бормотал в предсмертной агонии, повторяя одно и то же, снова и снова.
— Что ты там бормочешь? — требовательно спросила Грейс.
Он улыбнулся канониссе, в его взгляде была сумасшедшая радость. Кровь сочилась через щели между зубами.
— Они идут, — сказал он. — Они наконец-то идут. Они идут. Они наконец-то идут.
— Кто? Кто идет?
Человек резко вздрогнул, и больше ничего не сказал. Лицевые щупальца продолжали дергаться ещё несколько секунд после его смерти.
Канонисса задумчиво склонила голову, в то время как сестры присоединялись к ней на скалистом уступе. Внезапно события на
— Сестра, — сказала она Кайристе, — плоть этого человека подверглась порче. Избавь его от неё.
Кайриста вскинула оружие и омыла тело прометием. Помещение наполнилось едким дымом и зловонием расплавленного пластека.
Позже, после того, как она помолится за души Тарши и Карин, Грейс составит отчет об этой последней стычке с шелсистами и отправит его на Терру. Сейчас же она просто стояла и смотрела, как сгорает приспешник Богини Морской, пока от него не осталось ничего, кроме пепла.
«Я любила тебя с того дня, как этот мир был уничтожен. Кажется, всю жизнь я гналась за тобой. Неужели ты не спустишься из своей обители в небесах? Как я желаю быть с тобой, дотронуться до тебя…»
ГЛАВА ВТОРАЯ
Инквизитор начал свой день с регулярных занятий: час интенсивной физической нагрузки, за которыми следовали полчаса тренировок с мечом. Завтрак состоял из смеси протеинов и аминокислот, которую он жадно выпил из высокого стакана. Жидкость была густой как клей и абсолютно безвкусной, но инквизитор отказывался позволить условиям космического перелета как-либо ослабить его. Безопасность Солнечной системы закончилась парсеки назад, его ожидал новый мир, и он не падет жертвой того, что оказался слишком слаб или недостаточно быстр на какую-то долю секунды.
Покрытый потом и одетый только в свободную робу, инквизитор убрал занавеску с иллюминатора и устремил взгляд в космос. Корабль покинул варп два дня назад и постепенно снижал скорость. Вчера он приказал запустить в океан несколько торпед-зондов, чьи сигналы подтвердили его надежды. В течение часа он и его команда приземлятся на поверхность. И начнется охота. Всё шло гладко. Его единственным сожалением было то, что он достигнет величия на таком отвратительно выглядящем мире.
Лизиос, казалось, был самым вгоняющим в тоску местом, которое ему довелось увидеть. Единственный естественный спутник планеты, Иксой, был настолько огромен и находился на такой близкой орбите, что его гравитационное поле исказило планету, придав ей форму яйца. Полушарие противоположное луне было тектонически нестабильно и покрыто разломами, а ближнее полностью занимал океан. Он вздымался подобно горе, сделанной из воды, на километры в высоту. Гребни его волн практически доставали до стратосферы и создавали айсберги, падающие с подветренной стороны. Кроме того, этот вертикальный океан двигался. Чтобы
Уверен, там внизу воняет, — подумал инквизитор. — Рыбой и илом.
Он переоделся в свежую одежду и осмотрел себя в зеркало. Как только он остался удовлетворен увиденным, то открыл древний сундук, в котором хранились его оружие и снаряжение. Боевая броня была легкой, но прекрасно сработанной. Инквизитор закрепил портупею на поясе, а кобуру с пистолетом на левой подмышке, проверил и перепроверил заряд и работу генератора отражающего поля.
Затем раздался стук в перегородку за его спиной, и он услышал, как сквозь дверь раздался голос, называющий его по имени.
— Инквизитор Ульрих?
Он, конечно, знал, кто это был. На борту находилась всего одна женщина. Инквизитор пересек комнату и открыл дверь.
В коридоре стояла девушка, такая же высокая, как и он сам. Её волосы были натурального цвета платины и длиннее, чем у любой другой сестры Сороритас, с которыми инквизитор раньше имел дело, указывая на то, что она проводила свою жизнь в скриптории, вместо того, чтобы перекатываться по каким-то грязным полям боя. Её кожа была бледной, глаза желто-зелеными, а остальное инквизитор не мог оценить, потому что сестра носила толстую робу писца, идущую от шеи до лодыжек.
— Сестра Марджин, — сказал он. Нос инквизитора дернулся. От неё пахло пергаментом и чёрнилами. Эти запахи он не очень любил.
Сестра протянула ему тонкую стопку бумаг.
— Инквизитор. Это доклад о готовности от темпестора Чависа. Он и его люди подготавливают два взятых с собой наземных транспорта и ожидают вашего присутствия на погрузочной палубе.
Ульрих оставил её в коридоре, а сам прошел до стола. Он достал из корзины с фруктами поперин. Фрукт был маленьким и круглым, с крапчатой красно-зеленой кожицей. Инквизитор медленно жевал его, бегло просматривая доклад.
— Хочешь взглянуть на него?
— Извините?
Инквизитор указал на окно.
— Лизиос. Я подумал, что ты захочешь увидеть планету, в особенности после всего времени, которое ты провела, читая о ней.
— Да, хотела бы, — ответила Марджин. — В моей каюте нет иллюминаторов.
— Не можем же мы все путешествовать первым классом, так ведь? — Ульрих откусил ещё кусок от своего экзотического фрукта и направил пристальный взгляд на Марджин, подходящую к окну.
— Я никогда не видела ничего подобного, — почти шепотом произнесла она.
— Да, так я и думал, — ответил Ульрих. — Это первый раз, когда ты покинула Терру, так?
Она склонила голову при упоминании священного родного мира всего Человечества, но не отвела взгляда от странной планеты внизу.
— Так и есть, — сказала сестра. — Это не только моё первое путешествие в другую звездную систему, но и первый раз, когда я покинула Конвент Приорис с начала моего обучения в детстве. — Она повернула голову, чтобы посмотреть на него. — Ещё раз благодарю вас за возможность, инквизитор. Я не подведу вас.