Тёмный защитник
Шрифт:
ГЛАВА 1
ЭЛОДИ
СИЦИЛИЯ
В моей комнате находится незнакомец, и его тяжёлое дыхание, которое я слышу, свидетельствует о том, что он стоит прямо у моей кровати. Нависая надо мной, я ощущаю запах его дешёвого лосьона после бритья, который можно купить в аптеке. Приторно-сладкий, с примесью пота и табака… этот человек не вызывает у меня симпатии. Я не открываю глаза, и чем дольше он думает, что я сплю, тем лучше. Раздаётся почти беззвучный щелчок — это он снимает с
Если бы он пришёл сюда, чтобы убить меня, я была бы уже мертва. Для убийцы от него слишком плохо пахнет. У настоящих убийц нет ни запаха, ни звука. Они как призраки, никто не видит и не чувствует их приближения. Если бы это был кто-то, кто пришёл убить меня, я была бы мертва ещё до того, как узнала бы о его присутствии.
Это не убийца. Нет, он здесь, чтобы попытаться схватить меня.
В семьях Коза Ностры похищения людей — обычное дело. Мы, дети, являемся источником силы и представляем собой наиболее выгодный вариант для выкупа. Моя семья была готова к этому. С самого раннего возраста меня учили, как действовать, если кто-то попытается меня похитить.
Страховка на случай моей гибели могла бы стать веским мотивом для такого рода действий. Выкуп ребёнка у мужчины за все деньги, которые он может потребовать по страховке, — это лёгкий способ заработать. Большинство детей мафиози застрахованы на крупные суммы, и существует процветающий синдикат по похищению людей, действующий внутри наркокартелей.
Когда преступная деятельность перестаёт приносить доход, вы крадёте у преступников самое ценное — их семьи. Для каждого из нас нет ничего дороже тех, кого мы любим.
— Просто встань и иди тихо, — произнёс глубокий баритон, даже не пытаясь говорить шёпотом.
Я не собираюсь подчиняться. Эти люди не понимают, с кем они связываются.
Спрыгнув с кровати, я достаю пистолет из-под подушки и направляюсь к выходу. Одним быстрым движением я стреляю ему в грудь, и смотрю на него сверху вниз, как он корчится на полу, вопя, словно зарезанный поросёнок. Его кровь заливает персидский ковёр, который я купила в прошлом году во время поездки в Турцию. Мне нравился этот ковёр, а теперь он был испорчен.
При ближайшем рассмотрении я замечаю на его шее татуировку — большую, богато украшенную звезду. Это Стидда, что означает, что на меня было совершено нападение извне, а не похищение ради выкупа.
Они нарушили перемирие.
Если они в моём доме, это значит, что на наш комплекс было совершено нападение. Это неприемлемо.
Я быстро надеваю кроссовки, которые храню рядом с кроватью, всегда готовая к бегу. Я слышу шаги на холодном мраморном полу… они приближаются. Всё ближе и ближе. Я прислушиваюсь и считаю голоса: четверо или пятеро мужчин. Похоже, они в кабинете, у меня ещё есть время.
Спрятаться или сражаться — вот мой выбор. Сражение. Мне нужно добраться до моего отца и моего кузена Гвидо. Я украдкой выглядываю в коридор, слышу, как они приближаются, но пока не догнали своего почти мёртвого друга, который булькает собственной кровью, пачкающей мой ковёр. Пока ещё нет. Мой телефон
Я бегу к задней лестнице, стараясь бежать как можно быстрее. Не думаю, что они меня заметили, но я не оглядываюсь, чтобы проверить. Прижавшись спиной к стене, я останавливаюсь и прислушиваюсь. Из-за тяжёлого дыхания и бешеного пульса я ничего не слышу. Только адреналин не даёт мне развалиться на части.
Что происходит? Где наша охрана? Я проверяю свой телефон и понимаю, что у нас большие проблемы. Весь мой мир вот-вот рухнет.
"Комната безопасности. Сейчас же."
Это сообщение от Гвидо, который отвечает за безопасность комплекса. Я закрываю глаза и сжимая пистолет, который держу в руке, чувствую, как дрожит моя рука. Вот почему мы репетировали это тысячу раз, Элоди, напоминаю я себе. Я могу это сделать.
Я смотрю через маленькое стеклянное окошко в двери. В мою комнату врываются четверо вооружённых мужчин в бронежилетах. Мне лучше идти дальше, потому что там они меня не найдут. Единственное, что там есть, — это их мёртвый друг, и это их разозлит.
Эта дверь открывается только с одной стороны, и это наш единственный путь к отступлению. Я поворачиваю замок и, перепрыгивая через две ступеньки, бегу вниз. Эхо мужских криков и грохот выстрелов, отражаясь от стен и пола, постепенно затихают, пока я спускаюсь в безопасную комнату, расположенную под домом. Я уже почти на месте.
Осталось преодолеть последний биометрический замок, и я окажусь за дверью, где меня никто не сможет достать. Эта маленькая крепость была создана, чтобы защитить нас от любой угрозы.
Электронный замок с щелчком открывается при сканировании моего лица, и я быстро закрываю дверь за собой. Я знаю, что никто из них не находится достаточно близко, чтобы войти, но сейчас я действую на чистом адреналине, и мои мысли и действия словно в тумане.
— Бамбина.
Я услышала напряжённый голос отца и оглянулась. Когда он произнёс это слово, я сразу поняла, что что-то не так. Это было наше кодовое слово, означающее, что надвигаются неприятности, и я почувствовала страх.
Рядом с отцом на диване сидел Гвидо, а Массимо прижимал полотенца к его груди. Массимо — его называют мясником. Он умеет разрезать людей на части и собирать их обратно, если это необходимо. Мне говорили, что он ценный работник, но я считаю его очень страшным. Он больше похож на ветеринара, чем на врача, и я не уверена, что он достаточно квалифицирован для своей работы.
— Папа, что случилось? — Спросила я, бросаясь к нему, но Гвидо остановил меня. Его крепкое тело было как кирпичная стена, которую я не могла преодолеть. — Позволь мне подойти к нему, — попросила я, но мой кузен держал меня крепко, пока я не перестала сопротивляться.
— Тише, Элоди, — говорит он, — мы всё контролируем. Стидда прорвали оборону, но наши люди уже почти всех вывели. — Гвидо так спокоен, что я чувствую, как у меня вот-вот случится сердечный приступ. Мой отец серьёзно ранен, как он ещё не потерял сознание, я не знаю.