Темный Страж
Шрифт:
Я знаю, что она хочет сказать.
Я больше не буду бессмертным.
Я потеряю связь с Неблагим Двором.
Как Фейри, я нуждаюсь в связи с магией Матери-Земли, и получал ее через этот портал. Мой портал. А это означало, что я лишусь и своих теней. Сглотнул, гадая, пострадает ли от этого и Дом Привратника. Он был создан не только с помощью магии Темных Фейри, но и с помощью чего-то гораздо более древнего.
— Но это значит… — Розалин посмотрела на меня, в ее глазах застыл страх. — Ты постареешь и умрешь.
— Постарею и
Она отстранилась, и на ее лбу появилась та самая очаровательная морщинка раздражения.
— Керес, я не могу просить тебя…
Я приложил палец к ее губам.
— Мисс Грин.
Она просто смотрела на меня широко раскрытыми глазами, и я не смог сдержать улыбку, расползшуюся по губам.
— Ты не просила. В последний раз, когда я открыл свое сердце кому-то, у меня не было возможности отдать себя ей полностью, прежде чем ее у меня отняли.
Тяжелые слова застряли в горле. Те, что я должен был сказать ей еще до того, как отвел ее в Неблагой Двор. Те, которые уже и не надеялся когда-нибудь сказать.
— Я не думал, что кто-то сможет полюбить меня настоящего. Того, кто скрыт под этим лицом.
Пытался сохранять твердость, пока она смотрела на середину моей груди. Я чувствовал ее эмоции, но любовь значила разное для разных существ. Люди живут так мало, что я не был уверен, способны ли они любить в той же мере.
— С того момента, как ты вошла в мой дом, я почувствовал в тебе что-то особенное, но тогда не понимал, что именно.
Она подняла взгляд, зеленые глаза блестели от слез.
— Ты видела меня. Всего меня, и не убежала, не спряталась, — я глубоко вздохнул. — Напротив, ты задавала свои раздражающе любопытные вопросы, пока я не начал жаждать их.
Она улыбнулась, по ее щеке скользнула слеза. Ее эмоции растаяли в чем-то беззащитно мягком и заботливом, что у меня перехватило дыхание. Возможно, именно Фейри не умеют по-настоящему любить, потому что она явно была на это способна.
Я повернулся к порталу. Можно будет найти способ все исправить, если понадобится. Его однажды создали, значит, можно создать снова. Затем ухватился за верхнюю часть зеркала и потянул.
Оно опасно наклонилось, и сначала мне показалось, что вернется на место. Но, словно зависнув на одном углу, оно покачнулось вперед и рухнуло, разбиваясь на миллионы крошечных осколков, рассыпавшихся по полу, как ослепительные кристаллы. Звук был настолько громким, что эхом разнесся по всему Дому Привратника и затушил жаровни в комнате.
После, казалось, вечности, проведенной в густой тишине, одинокая жаровня на дальней стороне комнаты робко вспыхнула. Я обернулся и увидел Розалин, ее глаза были широко раскрыты от страха.
Дороги назад не было. Я сделал свой выбор. Тяжесть этого решения выдавила воздух из моих легких, и я пошатнулся.
Магия, что была частью меня, самой моей сущности, исчезла в одно мгновение, оставив
Я больше никогда не смогу вернуть их.
Хрупкие остатки моего я были разбиты и разложены у ног Розалин.
Медленно, с каждым шагом ощущая твердость камня под ногами сильнее, чем когда-либо прежде, я подошел к ней. Впервые не чувствовал ее эмоций, не ощущал, как они переплетаются с моими. Та постоянная связь, что связывала нас, исчезла, и ее место заняла пугающая тишина.
Пустоту тут же заполнили страх, волнение и тревога. Чувства, которых никогда раньше не испытывал.
Я взял ее лицо в ладони, дрожа, пока осознавал, чем только что пожертвовал. Мне хотелось выразить все свои эмоции словами, но многие из них были слишком свежими и неизвестными.
Я пожертвовал бессмертием ради этой жизни.
Ради нее.
Моей Розалин.
В тот же миг выпрямился, опустив руки, и шагнул к ней.
— Можно я постарею с тобой, Розалин Грин?
Она закрыла глаза, по ее щеке скатилась слеза, но губы изогнулись в улыбке. Она потянулась и поцеловала меня.
Каждый наш поцелуй раньше сопровождался вихрем общих эмоций, врывающихся в мое сердце. Но этот был другим, только мои чувства, жаркие и всепоглощающие, заставляли прижимать ее ближе. Она тихо ахнула, когда я углубил поцелуй, обвив ее руками, намереваясь никогда не отпускать, если она сама не пожелает иначе.
Когда она наконец отстранилась, по моим щекам катились слезы, которые я больше не мог сдерживать.
— Ты плачешь, Керес Блэкварден? — прошептала она.
— А ты отвечаешь на мой вопрос вопросом, мисс Грин? — ответил я.
— Да, — сказала мне с озорной улыбкой. Она обвила руками мою шею, и приблизилась, ее дыхание коснулось моего уха. — И да.
Эпилог ~ Моя любовь
Розалин
Я нашла Кереса в коридоре. Его длинные волосы были растрепаны вокруг рогов, крылья плотно прижаты к спине, в одной руке он держал кисть, а в другой палитру. Когда я проснулась и обнаружила, что его нет, запаниковала. Боясь, что с ним что-то случилось.
Он никогда не просыпался раньше меня. Обычно он наблюдал, как я сплю, пока не просыпалась, и только тогда брал меня в свои объятия.
Керес был нежным любовником, и я подозревала, что это было следствием многих лет жестокого обращения со стороны Королевы Ведьм. Мне было трудно представить, через что он прошел и как он мог хотеть, чтобы к нему снова прикасались. Это заставляло меня еще больше ценить каждое ласковое прикосновение, каждый поцелуй, каждое мгновение, проведенное вместе. Как выглядела моя бледная рука, когда она гладила его великолепную темную серебристую кожу.