Темный мастер
Шрифт:
Ответить Архимаг не успел, потому что в дверь несколько раз громко постучали.
— Кого там принесло? — недовольно сфокусировал взгляд на двери Хаар и сурово сдвинул брови. — Забыли, к кому они домой пришли? Лори, солнышко, ты не посмотришь, кто там?
Девушка, которая, кстати, пила меньше всех кивнула и направилась к дверям. Открыв дверь, она с кем-то переговорила и вернулась назад, держа в руке небольшой свиток.
— Послание от короля, — она протянула свиток брату.
Тот взял документ, быстро пробежал по нему глазами.
— Король благодарит Архимага Хаара Верского
— Я не пойду на бал. Я никогда не был на балу! Я не знаю, как себя вести, — я вдруг понял, что жутко не хочу на бал. — Мне нечего надеть!
Сказав последнее, я понял, что сморозил дикую глупость, но отступать было поздно.
— Боюсь, что тебе придется пойти, — пожал плечами Архимаг. — В списке гостей есть некая Милада Старийская, наследная баронесса Старии и прилегающих земель.
Договорить ему не дали. Мои друзья завопили на разные голоса и прямо через стол кинулись обниматься. Ламберт подошел ко мне, ухватился за палец и как маленький ребенок принялся ныть на одной ноте:
— Ну пошли на бал, ну пошли на бал, ну пошли на бал…
— Хорошо! — рявкнул я. — Мы пойдем на бал. Только мне одеть все равно нечего. И как Милада успеет на бал? Ведь до Старии три дня пути.
— Если сокола с приглашением отправили сегодня днем, то он к вечеру должен был быть уже у леди Милады. Как раз к вечеру третьего дня она будет здесь, — ответил Хаар.
— Ну, в крайнем случае мы возьмем наших чудесных лошадок и в два счета домчим ее до Кардарана, — толкнул меня локтем в бок шут. — Верно, Темный?
Я вздохнул и обвел взглядом всех окружающих. Хаар перечитывал свиток, Пауль о чем-то переговаривался с Кирой, положив руку ей на колено, Ламберт стоял у меня над душой. Лори смотрела на меня и улыбалась. Я улыбнулся в ответ и налил себе и девушке еще вина. Даже спаситель двух миров иногда имеет полное право отпустить тормоза и как следует расслабиться.
Давно я так не пил. Пожалуй последний раз, когда я не помнил, как все закончилось, был еще до Третьей Мировой. Проснувшись, я с трудом разлепил глаза и тут же закрыл. Комната крутилась вокруг меня, словно на цепных каруселях. Или это я крутился внутри нее? Нет, скорее все же она вокруг меня.
Вставать не получалось, но и лежать дальше я не мог. К горлу то и дело подкатывал комок тошноты, да и вообще, состояние мое было премерзким. Голова была тяжелой, словно внутрь поместили выводок свинцовых ежей. И эти заразы при каждом моем неловком движении начинали устраивать в моей черепной коробке бойцовский клуб.
Первое, что я понял, это то, что я лежу все же на кровати, а не на полу. И это было замечательно, потому что с пола я бы подняться не смог. Кое как приняв вертикальное положение и держась за шкаф, я огляделся. Комната, в которой я пришел в себя была довольно просторной. По крайней мере в ней поместилась большая двуспальная кровать с балдахином, шкаф, о который я опирался,
Вода! Почему никто не принес мне в комнату холодной, ледяной воды? Ведро. А лучше два.
Натянув кое-как штаны, я потопал на поиски жидкости. Хоть какой-нибудь. В идеале — холодного пива или рассола. Надеяться на минералку мне, конечно же, не стоило.
Вздохнув, я вышел из комнаты и попал в коридор на втором этаже. Так, если я пойду направо, то попаду в ванную, а если налево, то спустившись на первый этаж смогу отыскать кухню. Так ванная или кухня? Пока я боролся с выбором, одна из дверей открылась и, держась за стену, в коридор выбрался Хаар. В помятых штанах и с помятой физиономией. Мы обменялись одинаковыми хмурыми взглядами, и Архимаг кивком головы пригласил меня следовать за ним. По-видимому, этот жест ему на пользу не пошел, парень скривился, и просто махнул рукой. Я тоже вяло помахал ему ладошкой, показав, что понял и мы, держась за стену, пошли на кухню.
Спуск по лестнице я описывать не буду. Может в старости, когда у меня будет время, я окунусь в ностальгию и стану писать мемуары, то опишу наш поход из комнаты в кухню. Да так, что если бы Кафка прочитал этот трехтомник, он бы залился горючими слезами от умиления.
Кухня была меньше, чем гостиная, но намного больше, чем я мог себе представить. Две огромных печи, четыре стола, несколько раковин, многочисленные шкафчики и полочки, стены, на которых висели блестящие половники, ножи, вилки и прочие предметы кухонной утвари.
Архимаг уверенно открыл один из шкафчиков, закрыл его, открыл другой, уже не так уверенно, потом третий. Наконец отчаявшись найти то, что искал, Хаар выглянул из кухни и позвал:
— Сюзанна!
Через минуту в кухню вошла невысокая старушка в синем ситцевом платье и белом переднике. Седые ее волосы были убраны под белый чепчик, но в руках, уже по-старчески высохших, не было дрожи. В них чувствовалась сила хозяйки.
— Сюзанна, — смущенно пробормотал Архимаг. — Я не могу найти чашки.
Старушка вздохнула, распахнула один из шкафчиков прямо перед носом Хаара и извлекла из него две высокие фарфоровые чашки. Укоризненно посмотрев хозяину дома в глаза, кухарка вновь вышла из кухни.
— Спасибо, Сюзанна, — крикнул ей вслед парень. Ну, силен. У меня не было ни сил, ни желания разговаривать в принципе.
Архимаг же, уже подхватил обе чашки и наполнял их водой и кувшина. Потом он накидал туда каких-то травок и протянул одну чашку мне. Не отвечая на мой вопросительный взгляд, Хаар приложился к чашке, залпом выпив все ее содержимое.