Темный мастер
Шрифт:
Обыск домов ничего не дал. Как и обыск сараев, погребов, овинов, бань, сеновалов и подвалов. Ни следа чьего-то присутствия, ни козлиного, ни человечьего. Не было даже мышиного помета. Деревня была заброшена. Полностью и окончательно, много лет назад. Здесь не могло быть никаких козлов и тем более босоногих пастухов. Тем не менее, их следы видели мы все четверо. У меня возникало стойкое ощущение, что ни встреча с Золом, ни эльф-ассасин, ни Библиотека, ни даже эта деревня-непроходимка не имели цели уничтожить нас. Все что от
Не обнаружив никаких следов, мы вернулись в выбранный нами дом, вновь растопили печь и уселись напротив нее полукругом. Начинало смеркаться и я подумал о том, что еще один день прошел впустую, ни на шаг не приблизив меня к моей Тени. Моей Анюте. Зачем она вообще нужна Видящему? Ладонь сжалась в кулак, и я скрипнул зубами. Плевать мне на этот мир и на Демиурга, но если жрец хоть пальцем ее тронет….
За окном хихикнули. Пауль вскочил на ноги, в его руке мгновенно оказался топор и рыцарь рванулся к дверям.
— Сиди, — тихо бросил я. — Еще рано.
Рыцарь удивленно посмотрел на меня, но на этот раз спорить не стал и вернулся на место.
— Пусть побегают, похихикают, — продолжил я. — Либо им надоест и нас выпустят, либо они обидятся, что их игнорируют и придут сами. Есть правда еще один вариант. Нас не выпустят и не обидятся, но тогда мы останемся здесь навсегда.
— И все-таки я не понимаю, — покачала головой воровка. — В деревне нет никаких следов. Ни костей, ни вещей, неужели мы единственные, кто попал сюда?
— Может эти козлы даже костей не оставляют? — попытался пошутить Ламберт.
— Тогда почему они не нападают?
— А может они питаются только падалью?
— Хватит нести чушь, — прикрикнул Пауль. — Темный, так что мы будем делать?
— А что я? Я предлагал уйти еще вчера.
— Думаешь, вчера нам бы это удалось?
— Уже не уверен, но попытаться стоило, — я сладко потянулся. — Когда им надоест ходить кругами, выйдем и перебьем всех. Как обычно.
— А может с ними получится договориться? — хмыкнул шут.
— Не получится, — внезапно ответил детский голосок. Потом вновь раздался смешок, а сразу за ним волчий вой.
— Так это козлы или волки? — спокойно поинтересовался Пауль.
— Думаю, все же козлы. Только полные козлы могут так себя вести.
— Сам козел, — обиженно пискнул все-тот же голосок.
Я поднялся на ноги и вышел на крыльцо. Друзья последовали за мной. Перед дверью стояла девчушка лет десяти с длинными до пояса темными волосами, одетая в ночную рубашку до пят.
— Ох уж мне эти дети, — вздохнул я. — Вечно лезут во взрослые разговоры.
— Я старше тебя на несколько сотен лет, смертный, — гордо вскинула голову малявка.
— И чего же ты хочешь, женщина неопределенного
— Не выпустить вас за пределы деревни, — подтвердила мою догадку девушка и шагнула вперед. На земле остались два отпечатка босых детских ножек.
— Видящий приказал? — усмехнулся я.
— Мне никто не смеет приказывать, — голос изменился, стал грубым и властным. Глаза девочки вспыхнули красными огнями.
— А я думал, вы все под одну дудку пляшите, — я почувствовал сильную ауру ненависти исходящую от ребенка, но продолжил игру словами. На нежить никогда нельзя бросаться сразу и опрометчиво. Это вам не в переулках махаться, тут можно ожидать любых сюрпризов.
— Я — Лан-го-шин, хозяйка этой деревни и этих болот! — взревела девочка уже совсем не детским голосом. Фигура ее вытянулась, стала женской и полупрозрачной, волосы стали еще длиннее, а лицо — более овальным.
— Баньши, — удивленно охнула Кира. — Я думала, их не существует.
— Как и драконов? — усмехнулся я. — Если кто-то мечтал встретить призрака влюбленной утопленницы, то его мечта может осуществиться.
— Кажется, ты ее разозлил, Темный, — поежился Ламберт.
— У меня к этому талант.
От визга разъяренной баньши заложило уши. Тьма вокруг всколыхнулась, словно гигантское море и из нее к дому выбежало два десятка козлов. Нет, волков. Нет, помеси козлов и волков.
Животные бежали на двух козлиных ногах, размахивая передними, как ветряные мельницы. У существ были серые волчьи тела и головы, украшенные козлиными рогами. Из пасти их вырывались странные звуки, напоминающие блеяние и рычание одновременно.
— Дети, порвите этих мерзавцев в клочья! — взревела Лан-го-шин.
— Дети? — изумился рыцарь. — Как же тогда выглядит папочка?
Первого бросившегося на нас козла Ламберт проткнул шпагой. И понеслась. Две твари прыгнули на меня с разных сторон. Одна тут же отлетела к стене дома, жалобно скуля — ребра ее были сломаны. Напавший слева козел получил кинжалом в шею, поперхнулся хлынувшей кровью и упал, дергаясь в предсмертных конвульсиях. Слева и справа от меня слышались предсмертные всхлипы, там вовсю развлекались шут и рыцарь.
Я вновь забыл обо всем на свете, полностью отдавшись запалу битвы. Пьющий Души мелькал, как маленькая черная молния, вспарывая волчьи шеи и протыкая бока. Булава крушила черепа и козлиные ноги, а в груди разгорался комок зеленого пламени.
Пауль, как обычно, выбрал стратегию «танка». Принимал удары на щит и бил в ответ топором, продвигаясь вперед. А вот Ламберт умудрялся еще и шутить во время схватки. Правда, шутки у него получались жуткие. Подрубив ноги одному из козловолков, он подошел к барахтающейся в грязи скотине сзади и со словами: «Скажи А-А-А!», разорвал тому пасть. Кира держалась за нашими спинами, добивая подранков.