Темный мастер
Шрифт:
Он был все так же безмолвен.
— Огнезор?
Славе вдруг сделалось страшно. Очень страшно. Страшно до тошноты. Как перед первым убийством, как в день Испытания Боли. Застывшая фигура перед
Его пальцы двигались, лаская мертвые щеки, стирая капельку крови с прокушенной мертвой губы, зарываясь в мокрые темные волосы. Трясясь и сжимая…
Слава видела только их — его пальцы.
— Огнезор?! — На них, на него, на свой страх разозлилась она. — Оставь ее! Уже все! — закричала она в этой жуткой тишине, срывая горло. — Ее нет! Приказ выполнен! Все! Вернись в Гильдию! Там твое место!
Снег падал и падал, залепляя мягко глаза, поглощая незаметно ее крик.
Не было ничего, кроме снега вокруг.
— Уйди, Слава, — прорвался сквозь него мертвый, незнакомый совсем голос.
— Лишь когда заберу тебя! — не сдалась она. — Пойдем! Вернемся вместе!
— Что? — Казалось, он сейчас рассмеется.
Теперь
Слава знала, что будет помнить это лицо до самой смерти.
— Ты должен вернуться! — в последний раз попыталась она. — Ты дол…
— УЙДИ! — закричал он с дикой, страшной яростью, и хлесткая снежная волна ударила ей по щекам. — Уйди, пока я не убил тебя!
Большие мягкие хлопья обернулись сотнями ледяных стрел, царапая и жаля кожу, словно мелкая злая поземка в ветреный день. Тяжело содрогнулась за ее спиной скала. Брызнуло, разлетаясь, каменное крошево.
Как могло быть такое? Ведь даже ветра нет! Показалось?
Девушка сделала шаг назад. Отступила. И еще.
— Я не вернусь, — уже без гнева, безразлично и безжизненно дернул губами Огнезор.
Слава развернулась и медленно-медленно, утопая в свежих сугробах, побрела прочь, так ни разу и не оглянувшись на застывшую в безмолвном снежном кружеве фигуру.