Темный Лорд
Шрифт:
– Я и сам понимаю… – отодвинулся Кро.
– В общем, он согласен, – опять кивнул недоморф.
– Пусть сам скажет, – переглянулся магистр ордена Грифа с членами малого круга достойных.
– Он не может. – Пальцы Надодуха больно сжали плечо Битали. – День у него сегодня был трудным и долгим. Он завтра скажет, хорошо?
Магистр с золотым треугольником глянул направо, налево. Его товарищи по очереди кивнули.
– Хорошо, мы даем ему время для размышления. До утра. Мир тебе, Битали Кро, урожденный Кро… – Старшекурсники кивнули и с достоинством удалились.
– Не соглашайся! – рубанул кулаком воздух Цивик. – Все они зажравшиеся жлобы.
– Не соглашайся, тебя используют, – поддакнул Дубус.
– В общем, тебе нужно отдохнуть и подумать, –
– Чего ты за меня-то отвечаешь?! – наконец-то получил возможность возмутиться Битали. – У меня что, своей головы нет?
– Давай в башне поговорим? – предложил Надодух и тут же повернулся к остальным сокурсникам. – Извините, ребята, нам пора. Время позднее, ложимся мы рано.
Он ухватил соседа за руку и потащил за собой.
До того, как они нырнули под сфинкса, Кро молчал, но в комнате повторил вопрос:
– Какого беса ты отвечаешь вместо меня, Надодух? Не хочу я в этот орден вступать! Пока обычным парнем был, так им только туфли лизать годился, а как бойцом оказался, так сразу и «меченосец», и «посвящение»! Дубус прав. Они моими руками хотят позорить тех, кто не нравится. Я должен буду вызывать этих учеников на дуэль, а потом заставлять говорить всякие мерзости.
– Естественно, Битали! – пожал плечами недоморф. – Это и Ирри Лараку понятно. Вопрос, чего хочешь ты?
– Я хочу оставаться свободным!
– Так я и знал! – с размаху бухнулся спиной на постель сосед. – Ты честный и прямой парень, Битали. Это здорово! Рубишь правду-матку и делаешь то, чего душа просит. За то кое-кому и нравишься. А очень многим – наоборот. А я, мистер Кро, потомок древнего, древнего рода, выжить которому было очень и очень непросто.
– Ты это о чем? – не понял Битали, переодеваясь у шкафа.
– О том, что тебе нужно. Не хочется, а нужно на самом деле. Тебе нужна безопасность. Или ты успел забыть про мертвых тотемников, пожары, бешеных коров и гаруферов? В ордене с безопасностью порядок, ты сам видел. У них свой этаж и посторонних туда не пускают. Это уже хорошо, второй дохлой коровы тебе не принесут. Да и гаруфера подкинуть будет трудновато. Опять же толпа. Случится шум – сразу изрядное число свидетелей набежит. Темному Лорду мешаться под ногами станут. Если повезет, еще и помогут. Это раз. Второе – тебе нужен хороший аттестат. Это мне плевать, а тебе баллы пригодятся. В ордене, как ни крути, с учебой порядок. И помогут, и напомнят, и прикроют, коли не готов окажешься. Круговая порука. Директор ордену покровительствует, он почетный магистр. Многие учителя тоже. Эления Клеотоу, например, профессор Омар, мадам Деборе. Это тоже плюс, они к ученикам из ордена снисходительнее. Ну и еще всякие мелкие плюсики. Связи на будущее. Друзья из ордена со временем вырастут в глав семей, нунциев орденов – нормальных, не школьных, в хозяев боевых отрядов. Эти знакомства тебе еще очень, очень пригодятся. А еще мелкие неофиты тебе будут носить сок и бутербродики, стелить постель и вылизывать ботинки. Тоже приятно.
– Знаешь, сосед, – переодевшись, сел к столу Битали. – Вроде бы ты все говоришь разумно и правильно. Но в орден мне все равно больше не хочется.
– Теперь я тебе скажу, чего ты не хочешь, – закинув руки за голову, продолжил недоморф. – Тебе не хочется выглядеть продажным. Не хочется, чтобы все думали, будто ты продал свой меч за треугольник на грудь и хорошие отметки. Ты не хочешь бросать меня, поскольку, я так надеюсь, считаешь меня своим другом. Не хочешь терять отношения с Цивиком и Дубусом, внезапно оказавшимися полностью на твоей стороне. Ты человек чести, Битали, храбрый и прямолинейный. Завидую. Меня учили выкручиваться, хитрить, выгадывать пользу для семьи даже из поражений. Род ослабел, и нам трудно удерживать в своих руках наследные земли одним лишь мечом и силой. Нам не до жиру. А ты, Битали, так боишься запятнать свою совесть, что преувеличиваешь опасности для нее сверх всякого здравого смысла. Неужели ты, сосед, станешь называть меня недочеловеком или откажешься посидеть со мной на крыше возле башни только потому, что пройдешь посвящение? Глупости,
– А если мне придется из-за ордена вызвать кого-то на поединок?
– Ты сделаешь это с честью. Ведь ты будешь меченосцем, и защищать честь ордена станет твоим долгом.
– Как складно ты излагаешь, – захлопнул дневник сновидений Битали. – Прямо Цицерон.
– Это называется «политика», сосед, – зевнул Надодух. – Победы бессмысленны, если не приносят пользы. Ты получишь безопасность, лишние баллы и удобства, ничего при этом не потеряв. Не делай глупостей, соглашайся войти в орден. Кстати, стать меченосцем без кандидатского стажа – это тоже многого стоит. Останешься в истории школы навсегда, в книгу гордости впишут – для примера новым учащимся. В общем, в твоем положении отказаться от посвящения будет очень большой глупостью. Ты грифовцев, вспомни, оскорбил не слабо. Но они через обиду переступили. Отпихнуть протянутую руку легко – вернуть трудно. Ты успокойся, подумай. Взвесь. Утром сам поймешь, что я совершенно прав.
Отличник
– Клянешься ли ты, славный воин Битали Кро из рода Кро, всеми помыслами и деяниями своими стремиться к славе ордена, укреплять его могущество и достоинство?
– Клянусь! – ответил Кро, делая очередной шаг к алтарю.
– Клянешься ли ты, воин Битали Кро, защищать каждого из членов ордена как себя самого и в любой опасности приходить на помощь, сколь бы ни велика была сила врага?
– Клянусь! – Битали сделал еще шаг.
– Клянешься ли ты, воин Битали Кро, ставить братство нашего ордена превыше всех прочих связей, будь то дружба, родство или плотские желания?
– Клянусь! – Теперь до алтаря осталось всего два шага.
– Клянешься ли ты, воин Битали Кро, отдавать всего себя, свою силу, свое мастерство и свое знание на пользу ордена, на приумножение его могущества, его славы и его чести?
– Клянусь!
Битали сделал предпоследний шаг к алтарю, на котором лежал широкий, покрытый мелкой вязью, серебряный меч. На полированном металле метались кровавые отблески потрескивающих факелов.
– Я, милостью маркиза Клода де Гуяка, основателя нашей школы и нашего ордена, спрашиваю вас, избранные, лучшие из лучших и достойнейшие из достойнейших: даете ли вы право воину Битали Кро из рода Кро принять на хранение древний меч рыцаря ордена и члена совета достойных, дабы в любой миг он мог применить его к нашей общей славе! Отвечайте мне искренне и ясно, руководствуясь лишь заботой о благе ордена, исторгнув из душ своих личную приязнь или ненависть, жалость или доброту, корысть и благодарность. Рыцарь Антуан Фабьез!
Меченосец, стоявший слева у двери, вскинул свой клинок, перевернул его, поцеловал и ударил по треугольнику на груди, отозвавшемуся негромким позвякиванием. Звучно ответил:
– Достоин!
– Рыцарь Табриаз Женеталь!
Опять шелест меча, легкое позвякивание и громкий ответ:
– Достоин!
– Рыцарь Маркос дон Кастуэра!
Битали внезапно поймал себя на том, что он волнуется. Мальчик отлично знал, чем закончится опрос – ведь не он просился, это его позвали в орден. Все предопределено, решено заранее. Но вот сейчас он стоял обнаженный в святилище ордена, осененном крыльями могучего грифа, в последнем шаге от алтаря – и ждал. И каждый раз всем нутром напрягался: а вдруг очередной рыцарь скажет «Нет!»? Вдруг его сочтут недостойным, припомнят какой-то проступок, ошибку – и придется разворачиваться, бежать, подхватив одежду и втягивая голову из-за переливчатого улюлюканья, несущегося вслед?