Темный Лорд
Шрифт:
Герр Хатор пристально всмотрелся в незнакомца, мгновенно подметив плотный кожаный шнурок на мощной шее, зачем-то обернулся и посмотрел на пустынную дорогу, словно ждал кого-то еще, но новых лиц поблизости не обнаружил, после чего слегка нахмурился, заколебался, но затем все-таки спросил:
– По делу или как?
– По делу, уважаемый. Возможно, вам не помешает еще один человек в охране?
– Возможно, - медленно ответил купец и взглянул еще острее.
– Ворья на дорогах много, попутчиков мало, а вот достойных воинов найти трудно.
Седовласый
– Может, я подойду? Герр Тирас отзывался о вас, как о разумном человеке.
– Может, и подойдешь...
– караванщик странно пожевал губами и кинул быстрый взгляд на три молчаливые фигуры в плащах.
– Гаррон, я предупреждал тебя о возможных... гостях. Займись. Бумаги с собой?
Воин кивнул и с готовностью вынул запечатанную сургучом трубку, которую купец немедленно открыл, вытряхивая оттуда ожидаемое письмо. Быстро пробежался глазами по изящно выписанным строчкам, подтверждающим права и личность нового охранника, проворно убрал за пазуху и только потом поднял заметно посветлевший взгляд, в котором читалось едва уловимое облегчение.
– Оплата - пять золотых сразу, еще десять по прибытии на место. Оружие и снаряжение свое. Будь мы в городе, дал бы подъемных больше, но поскольку Аккмал уже далеко, то и расклад получается другой. Обязанности уточнишь у Гаррона - с этого момента за тебя отвечает он. Все вопросы по работе тоже к нему, а об остальном поговорим вечером...
– герр Хатор чуть прищурил немолодые глаза и, поколебавшись, добавил: - Правда, кузен обещал мне двоих помощников в дорогу, а не одного.
– Со мной едет племянник, - спокойно кивнул незнакомец.
Гаррон преувеличенно внимательно оглядел новичка со всех сторон и глубокомысленно нахмурил лоб, словно стараясь понять, куда пропало еще одно действующее лицо, но рядом не оказалось никого, подходившего под описание "племянника". Разве что сопящий под гостем здоровенный серый жеребец, у которого из всех достоинств только и было, что могучая стать и поистине фантастическое спокойствие, которое, судя по виду, ничем не прошибить. Зверюга флегматично обмахивалась длинным хвостом и безразлично ждала, пока хозяин не надумает тронуться с места, изредка лениво шевелила ушами и вообще делала вид, что ей все по боку. Иными словами, редкостный был битюг.
Герр Хатор хмыкнул.
– Гаррон, перестань сверлить глазами несчастное животное. Вряд ли наш гость имел в виду коня.
Кто-то из старательно прислушивающихся охранников негромко хохотнул, по достоинству оценив разыгранную пантомиму, а смуглокожий южанин растянул губы в тонкой усмешке и "виновато" развел руками.
– Что поделаешь, господин, никого другого рядом нет. Не забыл ли ваш гость своего племянника на постоялом дворе? Или, может, потерял где-то по дороге?
Незнакомец хмыкнул.
– Нет, не забыл. Он сейчас будет...
Его прервал стремительно нарастающий грохот копыт. Но не позади, а откуда-то сверху, будто невидимый путник отчаянно спешил и мчался по неровной верхушке ближайшего холма во
Гаррон не успел додумать важную мысль, как из-за ближайшего гребня в длинном прыжке выметнулось массивное тело, в котором с трудом угадывались очертания крупного зверя с развевающейся иссиня черной гривой, на чьей широкой спине нелепым горбом прилепилась сжавшаяся в комок фигурка. Казалось, лихой наездник просто не заметил, что земля под ногами скоро закончится, и легкомысленно послал рослого вороного вперед, на верную гибель, ибо приземляться с такой высоты на пологий склон грозило первому неминуемо переломать кости, а второму - гарантированно свернуть себе шею.
Кто-то в караване испуганно ахнул, углядев этот смертельный прыжок в никуда, но вороной уверенно подогнул под себя задние ноги, ловко спружинив при приземлении, будто был не породистым скакуном, а каким-нибудь горным котом. На короткий миг резко присел, упираясь передними копытами в грунт и едва не прочертив в жесткой траве длинную борозду крепким задом, но все-таки удержался, выровнялся. А потом так же уверенно, ничуть не сбавляя скорости, заскользил по каменистому склону вниз, взрывая широкими копытами плотную землю. Еще через пару мгновений достиг подножия, возле крупного валуна ловко свернул, а у самой земли снова упруго оттолкнулся, взмыл черной стрелой вверх и коротким, но мощным прыжком соскочил рядом с седовласым пришельцем, где и встал, как вкопанный.
– Здор-р- ово, Дядько! Извини, мы малость задержались, - раздалось звонкое со спины вороного, и из-за длинной гривы кто-то звучно чихнул.
– Проклятие... Карраш! Ты опять поднял жуткую пылищу! Неужели нельзя было соскочить поаккуратнее?!
Конь довольно фыркнул и шумно отряхнулся, ничуть не расстроившись из-за густых серых клубов, вьющихся над головами караванщиков. Затем гордо выпрямился, обведя высокомерным взглядом изумленно разинувших рты всадников, презрительно вздернул губу при виде малорослых лошадок вокруг себя и дерзко тряхнул роскошной гривой.
Знающие люди тихо ахнули: мать моя женщина! Настоящий гаррканец! Ни с чем его не спутаешь - вон, как глазищи раскосые сверкают, да грива пушится, будто шелковая! А стать! А точеные ноги! А характерный гребешок над переносьем! Нет, точно гаррканец! Причем, вороной, что уже совсем редкость, из той изумительной породы, которая признается лучшей даже Перворожденными! Очень дорогой породы, между прочим, владение которой могут себе позволить лишь весьма состоятельные люди. Ну, и бессмертные, конечно. А тут - нате вам! Сопляк какой-то, юнец малохольный, который едва не угробил это изумительное животное своим безумным поступком!