Темный Лев
Шрифт:
Мамочки, как же я обожаю, эти его пошлые словечки… Девочкой себя ощущаю… Той самой… Которую он в первые девственности лишал.
– Бесстыдник! – в счастливой улыбке расплываюсь. Между нами только так. По сути, озабоченная из нас я, а виновник в этом, все равно он.
– Да, - подтверждает не скрываясь. – По-другому с тобой ни как.
Боже, разве можно быть настолько счастливой?
– Люблю тебя! – выталкиваю в его губы несдержанно. Сама целую. Он так переживал за меня. С ума сходил, по комнатам маятником метался.
– Я чуть не
– Знаю, прости… - извиняться принимаюсь.
– Ничего подобного, оно того стоило… - перебивает меня тут-же.
– Лиля… она…она просто ангелочек, на Алису так похожа… Спасибо за нее!
– Это Злому спасибо, скажи! – смеяться начинаю. – Знаешь, как долго я его упрашивала…
– Знаю, - осторожно выходит из меня. Глазами чернеющими опаляет. Видимо вспоминает тот самый день, когда я уговорила его со Злым пошалить. Мои стопы кафеля касаются. Ноги еще подрагивают, но равновесие выравнивается.
– Поэтому, кончать в тебя, отныне буду только я… – угрожающе заявляет муж и оставив легкий поцелуй на губах, начинает всю намыливать.
Алина
Господи, моя семья практически в сборе! Кричать от восторга хочется, как радостно на душе.
Боже...
Чувствую всех своих родных всецело и тону от наслаждения неимоверного.
Алиса наша, на седьмом небе от счастья. Жмется к своему Яру, улыбается беззаботно. Наконец на ее душе порядок. Артем больше с Яром не цепляется и для нее это самое важное.
Тёмка, хоть еще и психует в душе, но уже не так открыто, как раньше. Повзрослел мой волчонок. Все же «Лига» закаляет. Стоит в окружении Мирона и Тимура, что-то бурно рассказывает.
Ох, Тимур, Тимур… Кто бы знал, что внучата-волчата так полюбятся тебе?
Ловлю его счастливый взгляд. Замираю.
– Что такое, малыш? – подмигивает игриво.
– Соскучилась, просто…– плечами пожимаю.
Он весь день провозился с Лилей а я с готовкой. Так и не пересекались за сегодня.
Тимур вдруг своих внуков оставляет и очень стремительно ко мне подбирается. Секунда и его мягкие губы к моим прижимаются.
– Я тоже скучал, Алин,– в объятиях сжимает. Господи… как же хорошо в них! Как тепло. – Потерпи немного Темная, отправим Льва с Атемом в аэропорт, и я залюблю тебя до смерти…
– Очень на это надеюсь…
Смотрю на своего единственного сына и мое сердце чуть с петель не срывается. Я чувствую, как его всего тревогой опаляет, а он умело перед всеми все в себе
Я очень хотела поговорить с ним. Уединиться. Но он, как только в дом вошел – дал понять, «не сегодня…».
Поджимаю губы от досады, переводу взгляд на Таю с Яном, стоят оба умиляются, как Лев свою племянницу к себе прижимает. Достойно держались сегодня. Молодцы.
– Ну что, на правах временной хозяйки, приглашаю всех к столу!
Лев
– Рината, как ты, маленькая, не скучаешь? – врываюсь в сознание своей пары, стоя у раковины в гостевом санузле. Только сейчас мне удалось уединиться в одиночестве. Родные и на минуту не выпускали из вида, зная, что скоро улечу.
– Очень скучаю, Лев!– тут же отзывается Рината хныкающем голосом. – Сижу и понимаю, а ведь завтра еще и на работу…– тянет разрушительно, - Как же справляться будем? М?
Слушаю ее расстроенный голосок и кулаки сами собой в кучу собираются. Как же обнять ее хочется. Кто бы знал.
– Мы будем прогуливать с тобой, малыш…– выдаю на автомате. – Все до неприличия просто, но ты сейчас не в том направлении переживаешь...
– Ты о чем, Лев? – ее голос заметно сбивается.
– Лучше переживай за свою чувствительную киску, потому что по прилету, я замучаю ее оргазмами…
– Боже, – выстанывает мучительно сладко. – Замолчи, прошу…
Черт! Я даже сейчас представлю, как она свои голые ножки от смущения вместе сводит.
– Мокрая уже? – еще жара подливаю. Извращенец - знаю.
– Лев… – вибрирует возбуждённый голос. До сих пор стесняется.
– Просто ответь…– не унимаюсь я, и ствол свой каменный в штанах поправляю. Бля… и не спрячешь теперь.
– Да, - вышептывает еле слышно.
Твою мать… Глаза закрываю. Богом клянусь, выйду из туалета и сразу на выход двину.
– Что будешь с влагой делать?
– Тебя ждать! – разрывает меня в нахрен.
Фак! Член ладонью сжимаю, стараясь пульсацию унять. Доигрался, мать вашу…
– В таком случае, я буду очень стараться раньше вернуться, – обещаю практически поскуливая.
– Я буду ждать! – соблазнительно роняет... И все бы ничего, но она еще и на прощание добавляет: - Голая!