Темный Империум
Шрифт:
— За Императора! — неожиданно пришел ответ, за секунду до того, как Ваэль услышал звук болт-пистолета, разряжаемого в противника с расстояния меньше длины руки. Выстрелы звучали вновь и вновь, сопровождаемые гудением работающего на полную мощность силового кулака. Грохот звучал каждый раз, когда кулак соприкасался с броней противников. Кровь брызнула на Ваэля, и он, наконец, увидел нежданного союзника, бившегося с берсерками с безумной яростью. Фигура несла на своей броне знаки Мстящих Сынов. Фигура в белом.
—
Кровь Корпа пела. Он парировал силовым кулаком удар цепного меча, и тот разлетелся на части, столкнувшись с энергополем кулака. Корп приставил болт-пистолет к черной грудной пластине противника и дважды нажал на курок. Не прекращая смеяться, берсерк упал с развороченной грудью. Переступив через тело, апотекарий положил открытую ладонь силового кулака на затылок еще одного безумца. Тот был слишком занят попытками добраться до скаутов и заметил Корпа слишком поздно. Тело в черных доспехах содрогнулось.
— Возмездие! — выдохнул Корп, и сжал кулак.
Потеряв остатки разума в бою со скаутами, берсерки не смогли противостоять Корпу, который, словно ураган, ворвался в их ряды. Слишком увлекшись скаутами Ваэля, предатели не сразу заметили закованного в белую броню гиганта: пока они разворачивались в его сторону и поднимали оружие, Корп использовал эти секунды, приставив пистолет к шлему одного из безумцев и выстрелив.
Увидев это, Ваэль кинулся к ближайшему хаоситу — и чуть не лишился головы. Упав на одно колено и избежав удара цепным мечом, он прицелился в колено берсерка и спустил курок. Вскочив на ноги, скаут тремя выстрелами разнес череп упавшего врага.
— Вперед, Мстящие Сыны! — крикнул он. — Мы еще можем победить!
Он обернулся в поисках новой цели и лицом к лицу столкнулся со своим спасителем. Не сказав ни слова, тот шагнул мимо, спеша на помощь трем скаутам за спиной Ваэля, которых грозили убить воины Хаоса.
Прежде чем последовать за нежданным союзником, сержант скаутов окинул взглядом поле боя. Там, где раньше скалились шлемы-черепа, теперь дымились лишь развороченные тела.
— Да восславится Император! Он вновь спас нас! — выдохнул Ваэль и поспешил присоединиться к бушующей рядом битве.
— Все? — голос Ваэля выдавал его потрясение, смешанное с недоверием и страхом. На лицах остальных скаутов было написано то же самое, пока апотекарий рассказывал им о последних часах второй роты.
— Да, вся вторая рота, — Корп, сняв шлем, обрабатывал раненую руку Мара, пользуясь длинным шприцом для введения лечебных препаратов в окровавленную плоть. Генетически измененная кровь скаута уже свернулась, закрыв рану, но вызывающие омертвение плоти инфекции все еще представляли угрозу для того, кто пока что не прошел полный курс биоизменений, который вознес бы его до статуса космодесантника.
— Теперь главным для нас является время, — сказал Корп, закончив перевязку Мара и надевая шлем. — Этот мир потерян. Мой долг — уберечь
— Мы готовы, — доложил Ваэль. Скауты внимательно слушали командира. Корп посмотрел на них и удовлетворенно кивнул. Из пяти выживших скаутов серьезное ранение получил лишь Мар.
— Тогда вперед, — сказал апотекарий. — Возьмите его оружие.
Он кивнул на тело, лежащее у одного из контейнеров. Удар топора почти разрубил Флавия пополам. Оррис взял его болт-пистолет и цепной меч, и пристегнул к поясу. Затем Корп указал сначала на Салва, а затем на Таллиса:
— Ты идешь впереди. Ты прикрываешь тыл.
Как и ожидал Корп, ясные приказы подняли боевой дух скаутов. После смерти сержанта, изжаренного мелтой во время разведывательной миссии, отряд играл в кошки-мышки с врагом, мечась по полю боя в надежде найти вторую роту. Не зная, где они находятся, и не имея возможности связаться с братьями из-за странных помех, скауты остановились у этих складов с провизией, надеясь дождаться подкрепления или хотя бы передохнуть, но вместо этого им пришлось вступить в бой.
— Вас послал сам Император, — сказал Корпу Ваэль. — Мы бы стали пищей для демонов, если бы не вы.
— Император смотрит за всеми нами, — привычно ответил Корп. Кровь еще пела в ушах, желание убивать, убивать без раздумий и жалости, без эмоций, все еще жило в нем — и, по правде говоря, он желал, чтобы оно никогда не ушло. Убийственный гнев – Мстительное Сердце, как это прозвали еще сотни лет назад — являлся неотъемлемой частью любого Мстящего Сына. Воины ордена в таком состоянии были практически непобедимы: их единственным желанием было сражаться, независимо от того, кто противостоял им. Их единственной целью было убийство.
Это и делало последние действия Селлея столь необъяснимыми. Будучи апотекарием, Корп понимал, что следует сдерживать Мстительное Сердце, дабы исполнять свой долг. Это было честью, и он принимал это как волю Императора. Но чтобы Селлей преднамеренно уничтожил сердца своей роты...
Сомнения вернулись, когда ярость и желание сражаться утихли. Чтобы затушить эти чувства до конца, Корп обратился мыслями к своей новой роли командира скаутов. Но сильное биение Мстительного Сердца глубоко в его груди не хотело утихать.
— Какое-то движение, — доложил Ваэль, глядя в окулярий. Потом что-то подкрутил, и линзы выдвинулись вперед, улучшая обзор. — Возможно, человек.
— Сомнительно, — сказал Корп. Вместе со скаутом он залег за грудой аэродвигателей около взлетного поля. Склады и ангары рядами стояли по обе стороны поля, многие здания были обезображены выстрелами тяжелых орудий и лазпушек. Поле было испещрено кратерами от взрывов, в которых догорали остатки военной и гражданской авиатехники. Когда Корп и остальные Сыны десантировались сюда, то и машины, и здания были в полном порядке.