Темный Дар
Шрифт:
— Вот мне почему-то и кажется, что ты тоже из таких пришельцев, берсерк… — даар смотрел майору прямо в глаза, кривя губы в недоброй усмешке.
— Что ж, вы правы, — тоже усмехнулся Ицхак. — Поняв, что оказался непонятно где, я оглушил стражников и сбежал в лес, где и жил, пока язык не выучил. Дома был офицером, вот и стал искать, где война, чтобы себя показать. Человек с моим опытом вполне мог бы вам пригодиться, мой даар. Например, я знаю, что за оружие у бойцов, засевших в этом доме.
— Там поглядим, — в глазах Шоанта появился легкий интерес. — На церковников мне, в общем-то, плевать, пусть хоть слюной
— Сразу говорить, откуда я, было бы глупо, — вздохнул Ицхак. — Мною бы занялись эти ваши маги, после чего только могилку копать и осталось бы.
— О да, это маги хорошо умеют, — рассмеялся даар. — И любят. Но ладно, коротко расскажи, кто ты и откуда. И как справиться с этими парнями.
— С планеты Земля, — майор сделал вид, что говорит очень неохотно. — Это другой мир, там нет магии. Вообще. Зато люди понавыдумывали такого оружия, что и магов никаких не надо. Служил офицером войск специального назначения — это диверсии в тылу врага. В момент, когда думал, что все, сейчас погибну — наш отряд зажали в овраге — в глазах вдруг потемнело, и я оказался на площади какого-то грязного городишки. Рядом стоял боец вражеской армии, которого я тут же убил. По привычке. Еще одного парня в холщовой одежде с дубиной в руках зарубили мечами воины в латных нагрудниках. Потом нацелились на меня, пришлось их оглушить и сбежать. Долго не мог понять, что случилось, и где я вообще. Со временем сообразил, что это уж никак не Земля. Домой не вернуться, значит, надо устраиваться здесь. Вот и начал отлавливать прохожих, заставляя учить меня языку. Выучил и пошел искать куда приткнуться. Так до вас и добрался.
— Другой мир… — Шоант выглядел ошарашенным. — Надо же… И магии нет. Но ладно, мне сейчас важнее понять, что с этими тремя делать.
— А с чего все началось?
— Появились, как вы обычно появляетесь, на площади. Я как раз там был и понял, что происходит, приказав брать живыми. Так один сразу начал плеваться огнем из какой-то железной загогулины, к нему второй присоединился. А потом и третий. Вырвались с площади, людей по дороге положили немерено. Мы загнали их в этот дом и уже полночи пытаемся выбить, но не выходит. Вон, сам погляди, сколько они народу угробили.
— Так, может, лучше договориться? — прищурился Ицхак. — Я слышу, что говорят на хорошо знакомом мне языке…
Действительно, из дома доносился забористый русский мат.
— А что он говорит? — тут же заинтересовался Шоант.
— Если я переведу, вы обидитесь… — покраснел майор. — Извините, но ваш язык очень беден на ругательства.
— Еще интереснее! — весело заблестели глаза даара. — Переводи!
Ицхак пожал плечами и перевел часть тирады неизвестного парня. Шоант с Ульриком слушали его вытаращенными глазами и все время переглядывались, они и не представляли, что можно так цветисто ругаться. Под конец не выдержали и расхохотались.
— Да-а-а… — восторженно протянул шрамолицый, отсмеявшись. — Силен, бродяга! Это надо запомнить!
— А еще лучше — записать! — вторил ему даар. — То-то я кое-кого удивлю!
— Это он еще слабо ругается, — криво усмехнулся Ицхак. — Вы бы большой боцманский
— Трудно представить, — покачал головой Шоант. — Остроумные у вас люди живут. Но ладно. Значит, хочешь попробовать договориться? Я не против, мне такие бойцы не помешают.
Поклонившись, Ицхак направился к полуразрушенному дому. Стрельба давно стихла — воины даара прекратили атаковать. Не дойдя шагов ста, он скрестил над головой руки и крикнул по-русски:
— Не стреляйте! Поговорить надо!
— О, хоть один по-нашему базарит, — высунулась из полуоткрытых дверей чумазая физиономия крепкого белобрысого парня лет двадцати пяти. — Ну иди сюда, только ручки на виду держи, а то я седня нервный.
Не спеша дойдя до дома, Ицхак вошел. На него уставились три пары настороженных глаз. По одежде майор сразу понял, из каких времен эти люди. Высокий черноволосый мужчина с погонами капитана был в хорошо знакомой форме штурмовых бригад времен Тройственной войны, только почему-то без скафандра — в школе космодесанта историю этой войны изучали очень подробно. Зато остальные… Ицхак даже головой помотал, избавляясь от наваждения. Оба русские, но один в форме императорской армии начала двадцатого века, а второй в пятнистом комбезе спецназовца конца того же века.
— Кто вы и что вам нужно? — холодно спросил капитан.
— Майор Шапиро, космодесант, Земная Федерация.
— Чем докажете?
— Ваш мозговой имплант действует? — поинтересовался Ицхак, одновременно отдавая биокомпу приказ сформировать кодовый сигнал опознания по шифровальным протоколам конца двадцать второго века.
— Да. Включаю на прием.
Майор передал сигнал и подождал, пока имплант капитана обработает его.
— Капитан Серебров, вторая бригада управления спецопераций! — вытянулся тот, получив подтверждение. — Господин майор, насколько я понял по коду, вы имеете особые полномочия?
— Имею, — подтвердил Ицхак.
— Позвольте вопрос?
— Спрашивайте.
— Что происходит? — Серебров выглядел откровенно растерянным. — Где мы? Почему эти люди на нас нападают? Мы же не с людьми воюем, а с рорхами!
— Сейчас я вам все объясню, — вздохнул Ицхак. — Только для начала сообщите из какого вы года. Ваших товарищей прошу о том же.
— Из две тысячи сто девяносто третьего, — недоуменно уставился на него капитан. — А разве сейчас другой? Когда успел-то, с утра вроде сентябрь только был…
— Чего?! — подскочил с места белобрысый десантник. — Колян, у тебя крышу снесло? Две тыщи первый идет!
— Господа, вы ошибаетесь! — вытянулось лицо у третьего, среднего роста сероглазого шатена с погонами штабс-капитана от артиллерии. — Сейчас май одна тысяча девятьсот шестнадцатого!
— А наш корабль стартовал с орбиты Земли в две тысячи семьсот шестьдесят четвертом! — окончательно добил их Ицхак. — И мы все далеко не на родине, а в другой вселенной, на планете Аэйран. Я провожу здесь разведывательную миссию с глубоким внедрением. Вдруг ночью меня вызывает даар, местный князь, и что же я вижу? Кто-то стреляет из автомата Калашникова и лучемета «КТ-22». И мало того, ругается по-русски! Представляете мое изумление?