Темный час
Шрифт:
— В мою постель! И тебя это никаким образом не касается!
— Я убью его! — кричит Боби и начинает ломиться в дом. Слава Богу, мне хватило ума не снимать цепь ограничитель. — Пусти меня, тварь! Я его задушу! А следом задушу и тебя! Мелкая шлюха! Безродная сука!
Наваливаюсь всем телом на дверь, пытаясь не дать ему просунуть даже руку. Пульс подскакивает и бьет набатом по вискам, а в ушах шумит.
— Уходи, твою мать! Боби! Уходи! Это моя жизнь, которая тебя не касается!
А это мой умирающий немой на кровати, который
— Уходи, иначе вызову копов!
— Сука! Пусти!
Он хоть и тощий, как огородный шланг, все равно достаточно сильный. В какой-то момент понимаю, если так и продолжится, то дверь не выдержит. Он вынесет ее.
Петли трещат от натуги, а всего моего веса и силы не хватает, чтобы закрыть дверь до конца. Господи, пожалуйста, пусть он уйдет.
— Тварь! Сука такая! Я вас обоих задушу!
Внезапно слышу за спиной какое-то движение. Быстро оборачиваюсь и понимаю, что немой не просто проснулся. Он пытается встать. И для человека с дырой в теле у него это выходит достаточно ловко.
— Что?! Что ты делаешь?! Зачем встал!
— Так-так, кто это у нас там? — Боби оставляет попытки протиснуться в игольное ушко и внимательно изучает моего гостя, прищурив один глаз.
Шаги за спиной совсем близко. Чувствую за ухом запах болезни и цитруса. Кидаю быстрый взгляд на немого.
Если бы не весь идиотизм этой ситуации, я бы смело могла сказать, что он выглядел до безобразия сексуальным. Мокрые от пота волоса ниспадают на лицо, закрывая глаза. Приоткрытый рот и потрескавшиеся губы. Изуродованный многочисленными шрамами торс. Порезанная футболка так и висит на нем лохмотьями. Левой рукой опирается на стену, правую сжимает в кулак.
— А, привет, приятель! Давненько тебя не видел! — эта ситуация забавляет пьяного Боби. Но даже в таком состоянии он уложит немого, ведь тот серьезно ранен. — Так это ты новый ухажер Джес? Я смотрю, у вас было жарко, — он кидает еще один взгляд мне через плечо. — Ну, как она тебе в постели?
Немой сжимает руку сильнее и делает еще шаг к двери. Кажется, я слышу, как скрипят его зубы. Ему должно быть невыносимо больно стоять.
— Пожалуйста, уходи, Боби, — до немого я вряд ли достучусь, надо уговаривать бывшего парня. — Между нами все кончено. Просто уходи!
— Нет, уж, дорогуша. Дай-ка нам пообщаться с твоим новым приятелем! Я уверен, что мы сможем найти общий язык.
Внезапно немой отодвигает меня от двери. Так просто и уверенно. Заслоняет собой проем, перекрывая мне обзор.
— Привет, а, ты же немой, верно? — издевается Боби, отчего даже у меня возникает дикое желание начистить ему лицо.
Дежавю. Странное чувство, что это все уже было, поднимается изнутри и повисает на губах.
Как и в прошлый раз. Ровно пять секунд немой смотрит на Боби, после чего бывший парень делает шаг назад от двери.
— Ладно, ладно, не кипятись. Я ничего плохого не хотел, просто пообщаться, знаешь ли. Зашел помириться
Молча наблюдаю за этим потрясающим явлением. Лишь один взгляд немого способен не только успокоить Боби, но и заставить отступить. Вспоминая, как мне было страшно смотреть на него при первых встречах, я не удивлена. Есть в нем что-то дикое и опасное.
— Все, я уже ухожу, — он кидает на меня полный злобы взгляд. — Ну, не буду мешать. Развлекайтесь, — он прикладывает руку к голове, словно отдавая честь, и спешно ретируется по лестнице вниз.
Тут же закрываю дверь на все замки, перепроверив их по два раза. Немой разворачивается, смотрит на меня как на провинившегося ребенка.
— Пожалуйста, не смотри так на меня! Он стучался, я боялась, что разбудит тебя! А тебе нужен покой.
И почему меня постоянно тянет оправдываться перед ним?
Он возвращается в постель, ложится и отключается, словно потратил все силы на это небольшое приключение.
Как по-дурацки все получилось.
В эту ночь я решаю лечь с ним.
Чтобы следить, жив он или нет.
Чтобы слушать, как бьется его сердце.
И быть уверенной, что оно все еще бьется.
Сворачиваюсь калачиком на краю кровати, аккуратно положив на него руку. Сон не идет. Почти всю ночь я считаю вздохи. Вверх-вниз. Вдох-выдох. И снова по кругу.
Прокручиваю приход Боби в голове, рассматривая все вдоль и поперек. Никак не получается найти ответ, что же такого Боби видит в глазах немого, какую угрозу он там встречает. За этим занятием не замечаю, как все-таки проваливают в страну быстрых и нелепых кошмаров.
Хлопнувшая дверь резко и бескомпромиссно выдергивает меня из сна. Под рукой пусто. Нет вверх-вниз. Нет вдох-выдох.
Умер.
Подскакиваю, как ужаленная и понимаю, что кровать пуста. В предрассветных сумерках лишь смятая простыня со следами крови насмехается надо мной.
Он ушел.
В полусне быстро оглядываю небольшую квартиру, словно бы он спрятался как ребенок под столом. Пусто. Ничего.
Молниеносно выскакиваю на улицу в одной футболке и шортах, надеясь успеть поймать его. Он сумасшедший! Куда он пошел?! Ночью! В таком состоянии!
Ледяной ветер кусает меня, пронизывая до костей. Обхватываю себя руками, стараясь сохранить хоть немного тепла. В свете тусклого уличного фонаря тихим пеплом падает снег. И ни одной удаляющейся фигуры.
Я его потеряла. Он ушел.
Пытаюсь разглядеть следы на снегу, но тщетно — от подъезда их идет несколько десятков.
А я даже не могу позвать его по имени.
Глава 13
Мне хватило десять минут, проведенных почти голышом на улице, чтобы замерзнуть окончательно. Ноябрьский ветер не оставлял шансов, он забирал с собой последнее тепло моего тела. Поиски не увенчались успехом ни на один процент. Я понятия не имею, куда он ушел.