Темный целитель. Книга 2
Шрифт:
— А вы? Что вообще такое означает слово "демон"?
— Хочешь, чтобы мы просили прощения?
— Нет. Мне это ни к чему.
— Ты говорила, что можешь исцелить.
— И?
— Что ты хочешь взамен?
— Покоя. Меня не должны найти. А вы такого сделать не можете.
— Кто не должен найти?
— Все.
Мне хотелось еще воды и шаршаха. Но просить их я не буду. Вода есть вон там. Километра два протопать. Я дойду и сама. А еду найду. В лесу и не найти? Я уже не городская неженка, какой была когда-то. Хорошо, что чувство направления — это моя способность, а не демоническая. Пусть она и сбоит иногда.
— А просто так — вылечишь?
—
Он протянул мне шаршах. Я покачала головой, обошла их и направилась к ручью, роднику или что там с водой. Мне от них ничего не надо, только пусть не трогают.
Я все-таки доковыляла. Ручей. Мне везет с ручьями. Вошла в воду как была. Мне по пояс. Напилась. Волосы освобождено рухнули в воду. Кажется, им тоже хотелось пить. Я напряглась. Неужели я потеряла Солнечное пламя неизвестной мне демонессы. Уф, нет. Оно спряталось, или это ему Солнышко помог. Я опустилась на колени. Вода мне по горло. Холодная, бодрящая, бегущая мимо. Это, конечно, не тот ручей, целебный, из Проклятого леса, но тоже хорош.
Почувствовав, что сил прибавилось, вышла на противоположный берег. Оглянулась. На том бережку, откуда пришла, стояла та троица. Смотрели на меня и на то, как из воды выскальзывали мои волосы и собирались кругами вокруг меня. Все мои почти 6 метров.
— Я демон, не забыли?
А потом развернулась и пошла искать чего покушать. Не к месту подумала, что пропустила день рождения Курца. Оно вчера было. Еще только будет. Но все равно пропустила. Так подарок ему и не закончила. А еще подумала, что того, за кем они охотятся сейчас — они не поймают. Да, тут не одно существо, а целая стая. Вон, я следы увидела, а они — нет. Еще бы.
Зачем меня вообще сюда кинули? Что важного здесь и сейчас я не могу увидеть? Или я здесь не для этого? Солнышко, ты знаешь? Нет. Я тоже.
Как охотиться без ауры? И при таком упадке сил? Никак. Я нашла орешки. Нет, не фундук. Не помню названия. Они чуть крупнее, почти как грецкие. Но их можно есть, пусть они еще и зеленые. Вот только как их открыть? Сломала ноготь. Странно. Странный у меня материальный морок. Или это у меня все же полная смена ипостаси? Вот бы еще и следопыты отстали. Им что, больше делать нечего, кроме как за мной наблюдать? Вон пусть идут, ловят своего демона. Или куда-нибудь по более замысловатому маршруту. Жаль, без ауры мне их туда не послать.
Нашла камешек. В лесу это целая проблема. Приловчилась и, наконец, хоть чего-то в рот кинула. Горько, но съедобно. Жаль мало. Нашла еще какой-то корешок. Курц говорил, что такие тоже можно есть. Солнышко, что скажешь? Почистила, как смогла, откусила. А ничего. Трава травой. Ура! Гнездо. Целых три яйца. Правда, крохотных. Ладно, мне и на один зуб не хватит. Живите. Вся живность разбегалась задолго до моего приближения. А вот этот не убежит. Я примерила найденный камень в руке. Не зря же я столько времени кинжалы кидала. Это не кинжал, но тоже можно оглушить хоть ненадолго. Я очень медленно подходила к зверушке. Олень, только маленький, с собаку. Все, дальше засечет и убежит. Вернее, меня уже заметил, но пока стоит на месте. Далековато. Совсем. Ну и ладно, промажу — хуже не будет. Уроки Курца и Рона не пропали даром. Метнулась вперед с максимальной скоростью, на какую была способная в нынешнем состоянии. Урря, у меня есть вкусный обед. Попросив прощения, свернула оленю шею. Резерв чуть пополнился, так, даже процента нет. Был бы хищник — было бы больше, а если бы это был мутант Диких степей — так и до половины могло бы набраться, или уже
Подняла. Так, где-то 7–8 кило. Но зато от предвкушения скорого обеда открылось второе дыхание. Обойдя следопытов по дуге, вернулась к ручью. Быстро собрала хвороста, распалила огонь. Вот только у меня ничего острого нет. А нынешние ногти — это не мои коготки. Убить ими могу. А вот тушку разделать или орешек вскрыть — нет. Несправедливо. И ничего острого в округе тоже нет. Того, что на следопытах понавешано, я не считаю.
— Ты ведешь себя, как обиженный ребенок.
— Я и есть — ребенок. Мне всего 13 процентов времени от совершеннолетия. По человеческим меркам — года два выходит. А вы меня обидели и сильно.
Они поморщились. Один протянул мне нож.
— Не боишься, что я вас им почикаю?
— Нет.
— Я обедом делиться не буду.
— И не надо.
Я вздохнула и нож взяла. Вскрыла ребра, вытащила печенку и, насадив на палку, протянула над огнем. Нет, я могу работать и аккуратнее. Но есть хочется жутко. Потом вынула сердце и положила на крупный лист не знаю чего. Не лопух точно, и не папоротник.
Горячая непрожаренная печень ушла только так. Подвесила сердце. На собственном сердце становилось веселее. Все-таки еда — одно из мощнейший удовольствий, если забыть о том, что это, в первую очередь, необходимость. Волосы тоже повеселели. Вон как волнами ходят. Опасности я не ощущала. Ни от следопытов, ни от того неведомого, что чуяла в городе. Да, ауру нельзя использовать ни в коем случае, но ведь как-то 25 лет я без нее прожила, правда? А здесь мне надо продержаться еще 29 дней, даже уже чуть поменьше.
Чуть подкрепившись, я все еще не был сытой, затушила костер. Больше держать глаза открытыми я не могла. Свернулась и уснула.
Проснулась я на кровати, в нормальной постели. Где это я? Что у меня за дурацкая привычка, просыпаться неизвестно где? С этим надо срочно завязывать.
Ой, я в демоническом облике. И сюда кто-то идет. Вот…!!! Следопыт-ветеран. Я нырнула под одеяло с головой, только волосы по полу раскиданными остались.
— Я слышу, ты уже не спишь.
— Я пленница? — ну же, Солнышко, помоги, мне надо срочно вернуться в человеческий вид. Он ведь меня такой не видел? Не видел. И никто не видела? Никто. Ну же, скорее.
— Нет.
— Тогда зачем меня сюда притащили? И куда это сюда? — уф, получилось, кажется, первый раз получилось, когда надо. Откинула одеяло и села.
— Это деревня Мрашки. Здесь наш временный штаб.
— Так зачем я здесь? И зачем ты сейчас пришел? — вот не понимаю я их, абсолютно. То издеваются надо мной, теперь отстать не могут. А, да, я же могу исцелить их. Сама напросилась.
Он внимательно смотрел, потом кивнул, словно уловил ход моих мыслей.
— Так ты поможешь?
— А если откажусь, меня убьют?
— Нет.
— Я уже сказала, что помогу, — я пожала плечами, — Зачем спрашивать еще раз?
Сжал челюсти, и опять кивнул.
— Пойдем, тебе надо поесть.
— Неа, — я покачала головой, — Я пойду в лес, сама найду, чего поесть.
— Почему?
— Я ни тебе, ни никому другому здесь не верю. Не без причины, да? Что тут может быть непонятного? Да, не отравите. Но оставаться с вами не хочу. Я не хочу быть вам ничем обязанной. Ни на вот столечко. Лучше потом, как силы восстановлю, вернусь, — он только смотрел внимательно, — Думаешь, детский сад — штаны на лямках? Возможно. Но мне так будет лучше.