Темный целитель. Книга 2

Паллада Химера

Выдохнувшись, легла на пол. Что я поняла из слов огня? Да ничего нового. Чему я научилась за этот безумный прыжок? Ничему. Так зачем это было так надо? В ушах стояло эхо всего услышанного. Закрыв глаза, вздрогнула от неожиданности. Я увидела четкую картинку. Очень четкую. Зал для совещаний, куча народу, идет подведение итогов. Удивилась странной точки зрения, словно откуда-то сверху. Ко мне повернулся какой-то дроу, начал вежливую речь, часть которой я прослушала. До меня дошло, что это просто я выросла, поэтому мне и кажется все таким небольшим. Значит, это картинка из

будущего? А потом до меня дошел смысл его такой вежливой речи. Такое следует говорить кратко и матом, не размазывая тонким слоем велеречивости. Получается, что все усилия по зачистке Диких степей и гибельных пустынь полетели в тартарары из-за допущенных мною ошибок. Откуда-то пришло знание, что ошибки не были исключительно моими, все действия разрабатывались и обсуждались неоднократно всеми, решения принимались не столько и не сколько мною (СакКарра-Ши вмешиваться и не думали). И мне было очень плохо от того, что мне только что в лицо бросил этот дроу.

А потом эта картинка пропала, появилась другая, смазанная. Разъяренный Рон, вокруг которого рушился Сарроэнр. Откуда-то я знала, что это уже не первый раз, когда придется тут все восстанавливать. О, так тут такая разруха не только от его усилий, тут еще и моя ручка чувствуется. Интересно, это что, наши семейные разборки? Выяснение отношений с битьем посуды?

Третья картинка. Выжженное поле, горы трупов до самого горизонта во все стороны. И знание — это те, кто погиб, сражаясь с мутантами и аномалиями. Какова моя вина в их смерти?

Еще одна картинка. Пылающие подземелья. Снующие фигурки, пытающиеся спастись от огня и накатывающих обезумевших мутантов.

Следующая картинка. Незнакомый храм дикой планировки и архитектуры. А, это в инферно. Высшие демоны. Странная аура от них и от самого места. Мне не нравится, совсем. Они боятся, и их страх режет мои взведенные нервы. Они боятся меня.

Картинки сменяли друг друга, явно относясь к разным периодам. Это что, мое будущее? Такое вот… нерадостное? Что пошло не так?

— Я выросла, — тихий шепот.

— И это случилось слишком рано? — от собственного голоса, прозвучавшего не от меня или одной их моих Я, меня проняла дрожь.

— Да, можно сказать и так. А можно сказать, что это случилось слишком поздно.

— Ты мой очередной глюк или…?

— Или, — смешок, и я, наконец, смогла разглядеть ее, вернее себя. Нет, все же ее. От меня тут так мало осталось. И тот взгляд, что я уловила в зеркале — это ее взгляд.

— Ты пришла предупредить?

— И да, и нет, — она задумчиво смотрела на меня, — Я пришла в попытке вспомнить, какой я была когда-то.

— Получилось?

— Не особо.

— И не получится, да?

— Да.

— Насколько реально то, что я видела?

— Чересчур.

— Ты тоже мне ничего не расскажешь из того, что я хочу знать?

— Да.

— Значит, все же есть весомая причина для такого дозирования информации?

— Не уверена, что она весома настолько.

— И тем не менее?

— Да.

— Можно ли изменить будущее?

— Нет.

— Потому что это твое настоящее? Какое интересное молчание. Знаешь,

для меня ничего еще не случилось такого, что сделало бы меня вот такой вот. И значит, от моих поступков будет зависеть, в какой-то мере, случится ли вообще. Ты сильно обидишься, если тебя не станет?

— Неужели я была такой когда-то, — она засмеялась. Жуткий смех, в нем слишком много печали.

— Не знаю, может, и не была. Может, ты — это совсем не мое будущее Я, а я — не твое прошлое?

— Все может быть, — смех исчез, а печаль осталась, тщательно спрятанная, но все же осталась.

— Знаешь, как противно с тобой говорить? Ну прямо вылитый Рон в женском обличье.

— Я ему передам, — она улыбнулась.

— До того как в энный раз разнесете Сарроэнр или после?

— Во время.

— Что означают слова огня?

— Это видения, предвидение, предостережение, прошлое и будущее без разграничения одного и другого, это то, что знает сама стихия, то, что можно научиться понимать и использовать.

— То есть я буду самой крутой гадалкой-предсказательницей?

— Нет, по запросу у меня не было ни одного видения. Может потом, когда я стану еще старше, когда мы станем.

— Мы не станем. Тебя такой не будет.

— Почему?

— Потому. Мне не нравится то, что я увидела. А потому я такой не стану.

— Блажен, кто верует. Даже знаешь, с чего начать?

— Знаю.

— Почему же я сама этого не сделала?

— Потому что не послушала совета.

— Чьего? — она знакомым движение склонила голову на бок.

— Рона.

— И ты знаешь какого именно?

— Да. И ты тоже знаешь.

— Ну попробуй. Я потом сравним наши воспоминания.

— Не выйдет. Тебя не будет, не с кем будет сравнивать.

— Уверена?

— Да, — и я материализовала Скальпель, — А ты уверена?

Она расхохоталась, звонко и задорно, почему-то я не услышала в ее смехе уже привычной мировой грусти и печали, и тут… я оказалась в храме. Боррель. Знание и мудрость (ну и прочее до кучи). Подходит под ситуацию. Недолго думая, послала волну радости в Сарроэнр:

— Ну что, краску для рано поседевших демонов варим или как?

В ответ получила укоризненный взгляд появившегося Рона и мелькнувшие ауры остальных. Так, стоит только слезть с алтаря и меня ждет длинная и поучительная лекция о недопустимости некоторых поступков. Например, что прыгать в сердитый вулкан маленьким детям вредно. Моему тяжкому вздоху от предвкушения этой нотации вторили облегченные вздохи моей великолепной шестерки.

— Рон, а ты оказывается такой нетерпеливый, хотя и считаешь, что терпения у тебя много, — и я бросила ему картинку, что подсмотрела в будущем. О, первый раз вижу смущенного Рона. Эту картинку я ему тоже кинула. Класс! Давно хотела увидеть его таким. Еще бы чуть-чуть, но ничего, это все впереди.

— Так что ты узнала?

— Что ты был абсолютно прав.

— И для этого тебе понадобилось прыгнуть?

— Нет. И опять нет, я не покажу, что видела. Но это было надо.

Погладив Шшели, скользнувшего на алтарь рядом, осмотрела всех присутствующих.