Темный Берег

Бульдог — вор со звериными метками из фабричных трущоб Заксара.

Вороний Хлыст — взяточник, фабричный надсмотрщик в Заксаре.

Врэт — предводитель Храбрецов, предавший их гремлину Тёмного Берега ради власти над змеедемонами.

Все Облака — мифический жрец доталисманических времён, собравший, по легенде, изречения, составляющие священные тексты Висельных Свитков.

Гвардия Сокола —

грозный отряд, защищающий Наместника.

Гремлин — мелкий злой дух с Тёмного Берега, обладающий чёрной магией и злобным разумом.

Джиоти — дочь Кеона Одолского.

Дрив — герцог и волшебник Ховернесский, герцог Укса, Наместник Совета Семи и Одного, получивший этот пост после убийства Храбрецами его предшественницы и сестры, герцогини Мивеи.

Змеедемоны — фантомы с Тёмного Берега, обладающие на Ирте невероятной силой.

Кавал — отставной мастер клинка Дома Одола, кроме того, служитель в Братстве Мудрецов и Сестричестве Ведьм; нарушитель барьера, побывавший на Тёмном Берегу.

Котяра — созданная звериными метками личина Рииса, волхва с Тёмного Берега.

Крабошляп — агент службы безопасности фабрик в Заксаре, Зул.

Лазор — виртуозный мастер Чарма, один из первых, кто ввёл талисманические инструменты и оружие.

Лара — ведьма, убитая на Тёмном Берегу.

Лебок — маршал Гвардии Сокола.

Мастер Аг — адепт в святилище мудрецов у вершины самой священной горы Ирта — Календаря Очей.

Мивея — герцогиня Укская, Наместник, убитая Храбрецами.

Нетте — наёмница из Дома Убийц.

Огры — мощные и разумные протолюди, ненавидящие Чарм.

Одноглазый Герцог — прадед герцогини Мивеи и лорда Дрива; он разбил все армии своего времени и объединил Ирт в семь доминионов под главенством Укса.

Поч — сын Кеона.

Ромат — полугном, палач у Храбрецов; единственный из банды, избежавший мщения лорда Дрива.

Сестричество — ведьмы, партнёры мудрецов в религиозных применениях Чарма.

Сивиллы — духи срединных небес, иногда спускающиеся на Ирт; славятся талантами предсказателей. Предание гласит, что они никогда не лгут.

Совет Семи и Одного — правящий орган Ирта, составленный из Наместника Укского и одного представителя из каждых других доминионов Ирта:

Дрив, Наместник, герцог Укский;

Альта, маркграфиня Зулская;

Кеон, маркграф Одола;

Лина, заклинательница Мирдата;

Мак, ярл Чарн-Бамбара;

Ралли-Фадж, колдун Паучьих Земель;

Рика, заклинательница Нхэта;

Тилия, королева

ведьм Мальпаисских Гор.

Старая Сова — военный псевдоним волшебницы Рики.

Сто Колёс — агент безопасности, работающая на промышленных магнатов Заксара.

Тиви — беспризорница с обрывов Заксара.

Три Слепых Бога — Смерть, Случай и Справедливость.

Тролли — свирепые некрофаги, обитатели Кафа, пустыни на Ирте.

Умная Рыбка — бывшая воровка, философ, владелица знаменитой рыбной харчевни на верфях Заксара.

Упавшая звезда — некая сущность в форме звезды, эндемик морей пропитанного Чармом эфира в срединных небесах над Иртом.

Фаз — отец Кеона Одолского, дед и учитель маркграфини Джиоти.

Факел — баронет Укский, вдовец Мивеи, отец двух племянников герцога, последних в роду.

Хазар — известный покровитель искусств, супруг чародейки Альты.

Храбрецы — многочисленная банда мусорщиков, которые пытались восстать против пэров, правящего класса Ирта, и были разбиты лордом Дривом.

Сила ведьмы в волосах. И те, кто убил её, об этом знали. Они срезали длинные пряди, скрутили их узлами и этими жуткими шнурами связали своей жертве руки и ноги. Мёртвая, обнажённая, она лежала неподвижно, обратив застывшее лицо к тёмному ночному небу. В чёрных зрачках отражались звезды, яркие спирали света, по которым мы оба спускались к ней из темноты небес. Бесшумные, как свет, неотвратимые, как боль, мы мчались к ней так быстро, как только могли, и осколки звёздного света сверкали в вихре наших волос. Но её уже не было.

Убийцы сделали своё дело. Ведьма погибла. Её искалеченное тело, над которым мы так долго трудились, валялось на лесной подстилке, словно выброшенное старое платье.

Склонившись над телом, мы услышали слабый отголосок жизни — еле слышное пение, угасающее в черноте смерти и отчаяния. Тень смерти.

Я отпрянул. Мы не должны были этого слушать. Ещё немного — и вместо того чтобы найти её душу, мы потеряли бы свои.

Но где же искать её? Конечно, в том мире, где она обитала. В лесу. И наверняка неподалёку отсюда.

Ты склонился над ней и замер в неподвижности. «Пойдём, — позвал я тебя. — Тень смерти очаровывает, но она жестока. Волки воют даже от эха её мелодии. Это плач исчезающей души».

Но ты не слушал и не шевелился. И тогда я отправился на поиски в одиночестве.

Даже ночью я видел следы ног убийц на мягкой лесной подстилке. Они вели на запад, к мрачной стене холмов. Тёмные, неуютные тропы, скрытые в чаще дубов и орешника, вывели меня к вершине. Отсюда открывался вид на реку и город. Я огляделся.