Шрифт:
Глава 1
В тот день Джиллиан Леннокс совсем не собиралась умирать.
Она была просто очень-очень расстроена. Расстроена, потому что ее забыли подвезти из школы домой, потому что она замерзла и потому, что до Рождества оставалось всего две недели, а она была так одинока.
Джиллиан брела по обочине пустынной дороги, такой же извилистой и холмистой, как и любое другое пригородное шоссе, и вымещала свою обиду на комьях снега, то и дело попадавшихся под ноги.
Отвратительный день: небо хмурое, снег
«Ну, конечно, она про меня просто забыла». Джиллиан не сердилась на Эми, совсем не сердилась, хотя ей и было немного грустно: всего неделю назад им исполнилось по шестнадцать и обе они еще ни разу в жизни не целовались. А теперь у Эми есть друг...
Джиллиан хотелось поскорее добраться до дому – и только.
Внезапно раздавшийся неясный звук отвлек ее от собственных грустных мыслей. Нет, ей, конечно, послышалось. Она остановилась и огляделась. Похоже на плач ребенка, а может быть, это кричит кошка? Звук доносился из леса.
Джиллиан тут же вспомнила о Пауле Белицер! Нет, это просто невозможно. С того времени, как эта маленькая девочка пропала где-то в этих местах, прошел уже целый год!
Но вот опять. Голос такой тоненький и далекий, словно он идет из самой глубины леса. На этот раз звук точь-в-точь походил на плач ребенка.
– Эй! Есть тут кто-нибудь?!
Никакого отклика. Джиллиан вглядывалась в чащу леса, стараясь разглядеть что-нибудь за переплетением могучих дубов и раскидистого густого орешника. Лес выглядел неприветливо. Даже жутко.
Она посмотрела на дорогу: вверх, вниз – никого. Неудивительно – здесь редко проезжают машины.
«Не лезть же туда одной», – подумала Джиллиан. Конечно, трусихой она не была, но при мысли о том, что придется идти одной по пустынному дремучему лесу, девочка невольно поежилась.
«Но кто бы это мог быть? И что он там делает?
С кем-то случилась беда!»
Она накинула на левое плечо свободно болтавшийся ремешок ранца, передвинула его за спину, чтобы обе руки были свободны, и стала осторожно карабкаться вверх по заснеженной насыпи, отделявшей шоссе от леса.
– Эй!.. Эй! Кто там?
Ни слова в ответ. Только плач – слабый, непрекращающийся – где-то впереди.
Джиллиан начала спускаться с насыпи в лес, Она была хрупкой и почти невесомой, и все же ее ноги глубоко проваливались в рыхлый снег, покрытый тонкой корочкой льда.
Ну вот: кроссовки уже промокли. Зато в лесу, под деревьями снег был не очень глубоким. Такой белый и такой чистый! У Джиллиан возникло ощущение полного одиночества, словно она была одна на всей земле.
Как тихо. Джиллиан двинулась дальше в глубь леса; тишина становилась все пронзительнее. Теперь, чтобы услышать далекий плач, нужно было остановиться и затаить дыхание.
«Это где-то слева. Надо идти. Здесь нечего бояться», – успокаивала себя девочка.
Но она никак не могла заставить себя снова
...Джиллиан все шла и шла, оставив дорогу далеко позади. Вот и следы: здесь пробежала лисица, а это птица коснулась крыльями снега. Но нигде не видно следов человека.
Плач стал громче и доносился из леса прямо перед ней. Теперь она ясно его слышала.
«Хорошо, значит, надо перебраться через эту горку. Я смогу. Так, выше и еще выше. Ноги совсем окоченели...»
Карабкаясь по изрытому склону холма, она старалась отвлечься приятными мыслями. «Может быть, я потом напишу об этом статью в школьную газету «Новости викингов* и все будут мною восхищаться... Стоп! Кого-нибудь спасти – это классно или нет? А вдруг спасение людей – дело слишком достойное, чтобы быть классным?»
Это вопрос очень важный, потому что на сегодняшний день у Джиллиан было всего две несбыточных мечты: во-первых, добиться внимания Дэвида Блэкберна, а во-вторых, получить приглашение на какую-нибудь крутую тусовку. И исполнение этих желаний зависит, прежде всего, от того, сумеет ли она стать классной девчонкой.
«Некоторым везет! Когда ты красива, тебя все любят. И, конечно, когда тебя любят и принимают такою, какая ты есть, легко стать великой личностью, совершить что-нибудь для всего человечества, что-то значительное». Если бы не маленький рост, детское личико и ее ужасная застенчивость... Джиллиан добралась до вершины холма и ухватилась за дерево, чтобы не скатиться вниз, перевела дух и огляделась.
Никого. Безмолвный лес спускается вниз к ручью. Ни звука. И плач прекратился.
«Ой! Не поступай так со мною, пожалуйста!» Разочарование подогрело решимость Джиллиан найти этого несчастного ребенка и развеяло ее страхи. И, осмелев, она крикнула:
– Эй! Ты еще там? Ты меня слышишь? Я иду к тебе на помощь!
Тишина. И затем едва различимый звук где-то впереди.
«О боже! – Джиллиан содрогнулась. – Ручей! Ребенок упал в ручей, зацепился за что-то и едва держится слабеющими ручками...»
Скользя и спотыкаясь, она бросилась вниз с холма. Мокрый снег налипал на брюки... С отчаянно бьющимся сердцем, запыхавшись, она остановилась на берегу ручья.
Прямо перед ней, на краю обрыва, над водой нависал хрупкий лед. Брызги, заледеневшие на ярко-зеленом дерне, сверкали, как бриллианты, Но нигде вокруг не было заметно никаких признаков присутствия человека.
Джиллиан напряженно вглядывалась в темную поверхность ручья.
– Где ты? Ты меня слышишь?
Мертвая тишина в ответ. Только глухое ворчание стремительного потока, бурлящего вокруг выступов скал и обломков деревьев, застрявших между камней.
– Ну где же ты?!
Она больше не слышала плача. Шум воды был слишком сильным.
«Неужели ребенок утонул?!»
Джиллиан подалась вперед, стараясь разглядеть под водой смутные очертания человеческого тела, наклонилась ниже, еще ниже, и...