Темные воды
Шрифт:
– Готов-то ты всегда, – насмешливо протянул его противник, – однако, дальше слов дело не идёт. Как думаешь: это случайность или закономерность, а, Поттер?
– Постоянные случайности складываются в закономерность, – язвительно парировал Гарри.
Темный Лорд снова склонил голову, ожидая пояснений.
– Хочешь, расскажу, где именно ты, мудрый и всесильный, все-таки совершил роковую ошибку?
– Думаю, дело не обошлось без любви? – засмеялся Волдеморт. – Роковой, всевластной, всеправящей и всепобеждающей, а, Поттер? Ох уж мне эта вечная любовь, побеждающая саму смерть! – хохотнул он. – Сказочка для
– Так. Зато её любовь многое изменила для меня.
– Достойный ответ, – кивнул Волдеморт.
– Она любила и этим была сильнее тебя! – говорил Гарри, всё повышая голос. – Как и Альбус Дамблдор! Он был самым лучшим волшебником в мире! – прорычал Поттер. – Он был сильнее тебя!
– Факты отрицают данный постулат. Сильнейший выживает, а Дамблдор – мёртв. Мертв, Поттер… как это не грустно.
«Не закипай, Гарри, - мысленно обращалась к нему София, словно в молитве. – Не давай этому ублюдку спровоцировать тебя».
– Дамблдор мертв, – согласился Гарри. – Но разве не величайшее проявление силы – жить, так, как считаешь нужным? И умереть так, как хочешь? Знай, Северус Снейп служил не тебе! Он был на стороне Дамблдора с тех самых пор, как ты стал преследовать мою мать!
Холодный смех вновь прокатился по зале, но на этот раз он был полон язвительного веселья:
– Право, Поттер, ты честно заслужил несколько часов жизни! Ибо то, с каким видом ты открываешь мне глаза на правду – так забавно! Снейп верный цепной пёс Дамблдора, таскающий старикану из огня каштаны? Какая новость! Я ранен, уязвлён и потрясен открывшейся истиной. Никогда даже не догадывался ни о чем подобном! – скалился Волдеморт. – Что ж? За свою верность бедняга уже заплатил. Наш талантливый зельевар знаешь ли, мог умереть далеко не такой мучительной смертью. Но что поделаешь? За любовь нужно платить.
– Прежде, чем мы сойдемся в поединке, Волдеморт, я призываю вас раскаяться в том, что вы сделали. Это ваш последний шанс. Я был на той, другой стороне и видел то, во что вы превратитесь. Этого не описать словами! Это по-настоящему страшно. Гораздо страшнее смерти.
Зрачки в алых глазах Темного Лорда сузились.
«Он боится, – поняла София, – лорд Волдеморт боится!».
– Поттер, – вкрадчиво зашелестел Тёмный Лорд. – Моя душа не твоя забота. Хватит трепаться! Приступим к главному...
– Твоя палочка не принадлежала Снейпу, ты убил не того человека, – торжествующе проговорил Гарри Поттер.
И снова смех:
– Спасибо, что повеселил меня напоследок…
– Снейп не побеждал Дамблдора! – Поттер, выкрикивая слова, отбивал проклятия Темного Лорда, одно за другим, вынужденный отступать. – Смерть Дамблдора была обговорена между ними! Дамблдор хотел умереть непобеждённым!
– Узнаю старого маразматика, – послал в мальчишку следующее проклятие темный маг. – Вот у кого была мания величия, так мания величии. Мне до неё ещё у-у! сколько…
– Дамблдор умер подлинным хозяином Бузинной палочки, – перешёл в наступление Поттер.
– Молодца! – одобряюще кивнул Темный Лорд.
И было непонятно, кого он хвалит – юнца или старика?
– Ничего не значит то, что сейчас она в твоих руках! – продолжать с пафосом
– Да хрен с этим! Будем считать, что я её временно арендую, – ухмылялся Волдеморт, ловко парируя заклятья Поттера, удар за ударом.
– Настоящий хозяином палочки был Драко Малфой!
– Ох, уж эти мне Малфои! Всему-то хозяева, да? Хорек, всего лишь жалкий Хорек, а ведь исхитрился, и овладеть девушкой, которая тебе приглянулась, и стырить мою палочку. Прямо у нас под носом, а? Вот гаденыш! Выживу, надеру ему задницу, А сейчас… готов, Поттер?
Золотисто-алое сияние рассвета проникло в Большой Зал через восточное окно. Лицо Волдеморта виделось в нём пылающим пятном.
Два голоса выкрикнули одновременно:
– Авада Кедавра!
– Экспелиармус!
Пламя взвилось в самом центре круга, где столкнулись оба заклятья – зеленая вспышка слизеринца с алой вспышкой гриффиндорца. Золотое облако взмыло вверх и рассыпалось, словно перья Жар-птицы. Черный вихрь, похожий на воронку торнадо завертелся там, где за секунду до этого стоял Темный Лорд.
А потом распался крупными черными хлопьями.
Волдеморт рассыпался пеплом, словно в Большом Зале прошумела Черная Метель.
София, ощутив странную тяжесть в кармане мантии, нырнула туда рукой. Пальцы коснулись изломанного кольца с Воскрешающим камнем. Тот пульсировал, став горячим, как уголёк из костра.
София сжала его в ладони и почувствовала, как пол уплывает из-под ног.
***
Высокий темноволосый и черноглазый юноша стоял в центре пентаграммы, составленной из ломаных линий, испещрённых непонятными знаками. Слова наползали одно на другое, как гусеница. Линии тянулись, перекрещивались, снова расходились. Пространство светилось ядовитым зеленым цветом.
Юноша в центре раскинул руки и поднял лицо, принимая в себя токи, идущие снизу-вверх. Его трясло, словно сотни электрический разрядов пробивало тело одновременно.
Пентаграмма вытянулась шестиугольником, над каждым углом которого вращалось вокруг собственной оси шесть предметов: тетрадь, кольцо, медальон, чаша, диадема, лента. За каждым предметом из зеленого яркого свечения сплеталось шесть фигур. Все силуэты поплыли к центру, входя в центральную фигуру.
За яркой вспышкой света последовала острая, разрывающая тело боль.
***
София пришла в себя, корчась на полу.
***
«На полу лежали смертные останки Тома Риддла — слабое, сморщенное тело, безоружные белые руки, пустое, отсутствующее выражение на змеином лице. Волдеморт погиб, убитый собственным, обратившимся вспять, заклятием. Гарри стоял с двумя волшебными палочками в руке и глядел на опустевшую оболочку своего врага», – так напишет в своей статье Рита Скитер. – «Какое-то мгновение вокруг ещё стояла тишина. Потом зал очнулся и взорвался шумом, криками, восклицаниями и стонами. Ослепительное солнце залило окна. Все рванулись к Гарри, и первыми к нему подбежали Рон и Гермиона; это их руки обвивали его, их громкие голоса наполняли звоном уши. Потом рядом возникли Джинни, Невил и Луна, а потом всё семейство Уизли, Хагрид, Кингсли, МакГонагалл, Флитвик.