Темные туннели
Шрифт:
Анатолий без препирательств сдал автомат. Он внимательно смотрел на часовых, пытаясь отыскать у них признаки мутаций, но не увидел ровным счетом ничего. Может быть, они скрыты под плащами?
На платформе Молодежной царил образцовый порядок. Выложенный серым и розовым гранитом пол был чистым, а места для костров огорожены кирпичными бордюрами. Между двумя рядами колонн располагались палатки — заплатанные, износившиеся.
На многих из здешних жителей трудно было смотреть без содрогания. Те, что внешне казались настоящими, «неизмененными» людьми, выглядели чрезвычайно болезненно; у многих на шее висел огромный зоб — распухшая
Гостей проводили в большую палатку, где изуродованный радиацией мужчина средних лет подробно расспросил их о побеге с Тимирязевской. Услышав об оставшемся в туннеле Мобате, он немедленно приказал снарядить спасательный отряд.
— Хотите видеть самого Жабдара?
Мужчина вывел Анатолия из палатки и проводил к стальной двери, расположенной в конце зала. Анатолий ожидал, что подчиненный отправится к начальнику с докладом, но тот просто кивнул и отступил в сторону.
Прежде чем толкнуть дверь, Толя вдохнул поглубже. На платформе ему пришлось насмотреться такого… Каким же чудовищем должен быть предводитель мутантов?
В помещении царил полумрак. Зеленоватый свет, исходивший от флюоресцирующей плесени на стенах, почти не рассеивал темноту, поэтому того, кто сидел в дальнем углу комнаты, различить было невозможно.
— Я не переношу света, — произнесло существо хрипловатым магнетическим голосом. — Много лет назад моя кожа стала прозрачной… Я закрываю веки, но темнота не приходит. Чтобы заснуть, мне приходилось завязывать глаза. Ноги отсохли… И вот уже полжизни я ползаю. Как червь…
Толя вздрогнул. Жабдар испустил тихое свистящее сипение. Смех?
— …или как змея. Раньше, когда в этом мире были еще стороны света, на Севере жили люди, которые верили в Жабдара. Великого змея, который охраняет вход в запретное царство духов. Я взял себе его имя. Когда живешь столько лет в полной тьме, начинаешь видеть в ней вещи, недоступные обычным людям.
— Духов? — тихо спросил Анатолий.
— Зачем тебе знать… — засвистел снова Жабдар. — Когда столько времени живешь в темноте, начинаешь видеть себя изнутри. Я вижу свое сердце и могу остановить его в любую секунду. Я бы избавил от мучений себя, но обрек бы на муки свой народ… — Он замолчал.
— Меня зовут… — не выдержав тишины, начал Анатолий.
— Странник Том. Я слышал о тебе, — кашлянул из темноты Жабдар.
— От кого? — нахмурился Анатолий.
— От Метро, — засвистел человек-змей. — Я знаю, что ты хороший человек. Знаю, что веришь в простые истины, что хочешь спасти мир. Мир жесток. Но ты хочешь спасти всех, чтобы уцелели те немногие, кто тебе дорог. Ты — хороший человек. Думаешь, старик-философ, книги которого ты так любишь, предвидел прекрасный новый мир, справедливое чудесное общество… Не предвидел. Придумал. Он сам был хороший человек. А его использовали головорезы. Ты думаешь, когда-нибудь его учение сможет изменить людей. Но тут одна беда: не все желают верить в то же, во что веришь ты. Бывает, приходится заставлять. Бывает, приходится убивать. Случается, вырезать вместе с семьями. За идею. Идеалисты беспощаднее бандитов. Будь осторожен на этом пути. — Жабдар снова умолк.
— Мне нужно в большое Метро, — произнес Анатолий. — Надо найти человека, который сделал чудовищ из моих товарищей,
— Корбута?.. Я слышал о нем. Ты хочешь смерти этому человеку?
— Я должен убить его. Должен отомстить за своих. Должен помешать ему выковывать монстров! Прикончить его, взорвать лабораторию. Сделать то, ради чего я отправился в этот поход.
— Я вижу настоящее, но мне недоступно будущее. Тебе окажут всю необходимую помощь. Но не думай, что, умертвив этого человека, ты изменишь мир к лучшему. У гидры много голов. Вырастут новые.
Жабдар утих, словно давая Толе возможность возразить. Но тот ничего не хотел говорить, он только сопел упрямо и сжимал кулаки. Тогда человек-змей продолжил:
— Неподалеку от этой станции есть один забавный туннель — автомобильный, без рельсов. Его строили как один из отходных путей для советских вождей. Туннель небезопасный, и радиация там высокая, но все же в нем не так опасно, как на поверхности. Выводит он к Кольцу. Я слышал, с вами идет человек из Ганзы?
Толя кивнул, спрашивая себя, говорил ли он об этом кому-либо на Молодежной. Кажется, не говорил. Что же выходит, духи нашептали?
— Пришли ко мне этого человека сейчас. Я попрошу его помочь вам. Какое-то время он будет считать вас своими друзьями, но помни — мои возможности не беспредельны, поэтому расстаться с ним следует при первой возможности. И последнее, Странник Том. В туннеле, который выведет вас на Кольцевую, вы повстречаете мутантов, окончательно потерявших человеческий облик. Не применяйте оружие против них. Пугает только внешний вид. В остальном это самые безобидные из существ, которых я знаю. Почти животные, уже утратившие всякую связь с цивилизацией. Прощай, Том. Подойди ближе и дай мне пожать твою руку.
Анатолий, переступив через себя, выполнил просьбу Жабдара.
Выползшая из темноты бледная, исхудавшая рука была единственным, что он увидел.
Пока ганзеец находился у Жабдара, Анатолий присоединился к Крабу, уплетавшему за обе щеки какое-то варево из шампиньонов. Краб со свойственным ему непостоянством объявил, что ему очень нравится на Молодежной. Анатолий, думая о здешнем радиационном фоне, ел без особого аппетита и, не поддерживая болтовни спутника, молча наблюдал за тем, что происходит на станции. Обитатели Молодежной выходили из своих палаток и направлялись к краю платформы. На путях что-то происходило. Анатолий встал и, пройдя сквозь толпу, увидел то, что заставило мутантов покинуть свои жилища. Парни, первыми встретившие Анатолия и спутников, несли Мобата. Могучие руки великана бессильно болтались, глаза были закрыты, а фиолетовые губы почернели. Мутант отдал последние силы для того, чтобы вырваться из плена и умереть среди своих собратьев. Прощаясь с Мобатом, мужчины Молодежной откинули капюшоны, обнажив лысые головы.
Анатолия кто-то тронул за плечо. Рядом с человеком, проводившим Анатолия к Жабдару, стоял улыбающийся во весь рот ганзеец. Он протянул руку:
— Михаил. А ты, кажется, Анатолий?
В такой момент улыбка купца выглядела неуместной, но что взять с загипнотизированного? Анатолий пожал протянутую руку. Троицу отвели в одну из палаток, где, как обещал Жабдар, их ждали автоматы, фонарики, рюкзаки с едой и, что самое главное, — пара отличных ботинок.
Часть третья
Стрелки судьбы